Очевидно, Радуга до сих пор не верит в серьезность его угроз. Надменные маги скорее всего полагают себя в силе разделаться с ним одним ударом. Но чего, чего же они ждут, проклятые? Может, его ошибки? Может, какого?то определенного шага? Или, может, все это — лишь его домыслы, а на самом деле они сами его смертельно боятся? Но почему тогда не шлют парламентеров? Боятся, что он без лишних разговоров прикажет их повесить? Правильно боятся, ибо именно так он и поступит… Увидеть кого?то из Верховных магов в зеркале Император не пытался, даже несмотря на Искажающий Камень Фесса.
А вот на кое?кого другого он взглянул, Зеркало больше сопротивлялось. Императору почти не пришлось напрягать свою волю, и след девушки?Дану отыскался тотчас. Правда, сперва Императору предстала дотла выжженная и разоренная деревня. Ветер уныло раскачивал повешенные вверх ногами на уцелевших тополях нагие трупы.
— Фесс! — прорычал Император.
Молодой воин появился как из?под земли. Император готов был поклясться, что полог его походного шатра даже не колыхнулся.
— Взгляни.
Фесс посмотрел, и глаза его опасно сузились. Он молча стиснул зубы.
— Работа Дану, — произнес Император. — Они неведомым волшебством оказались прямо в сердце Империи.., и наступают, убивая все и всех. Мы должны их остановить.
— Если мой Император отдаст приказ, я в тот же миг отправлюсь на восток — даже в одиночку, — глядя в глаза Императору, проговорил Фесс.
— С западных рубежей сообщают о вторжении гномов, — неожиданно сказал Император. — Почтовый голубь доставил сообщение из Маренти. Пять — или около того — тысяч гномов перешли Тиллу. Идут вдоль Поясного Тракта. Двенадцатый и Четырнадцатый легионы, — Император сделал паузу, — разбиты.
Вкупе с ополчением того края. Легат Марк погиб в бою. Правильно сделал, потому что иначе я приказал бы его распять. — В глазах Императора полыхнул гнев, так что даже Фесс вынужден был потупиться. — Гномы прут прямиком к Мельину. — Губы Императора скривились в желчной усмешке. — Отчего они стали вдруг такими смелыми, Фесс, как они ухитрились разбить войско, превосходившее их по численности в пять раз?!
— Мой повелитель.., я не маг, но с помощью Искажающего Камня могу попытаться…
— Не «могу попытаться», а ты это сделаешь, Фесс! Гномы опьянели от крови так же, как и Дану. Два удара с двух сторон, таких разных противников — и в то же время они так друг на друга похожи! В руках той девочки?Дану — Деревянный Меч. Оружие Возмездия ее народа, если только легенды не слишком привирают. Что, если у гномов на поверхность вырвался Алмазный?
— Сразу оба? — усомнился Фесс.
— А как ты еще объяснишь мне это, советник? — Кулаки Императора сжались. — Древнее проклятие.., или только что сотворенное чародейство.., неважно, они рвут мою Империю на части! А тут еще этот болван?архиепископ распускает нелепые слухи о близком конце света… Проклятье, они хоронят мир всякий раз, как заметят на небе самую обыкновенную комету! Я надеялся, что войско не станет внимать этим завываниям, однако…
— Баронские дружины и Восьмой легион не остались глухи к этим пророчествам, — осторожно заметил Фесс.
— Так я и знал. Придется показать этим святошам, этим напыщенным слугам «Спасителя», кто владычествует здесь! — Император вновь сжал кулаки с такой силой, что белая перчатка на левой руке жалобно хрустнула. — Как только войдем в ближайший город…
— Мой повелитель, разумно ли раздражать ваших подданных именно сейчас? Слухи пройдут, никакого конца света, конечно же, не случится… — Да, ты прав, советник. Но… — вдруг признался Император, — что?то очень настойчиво подталкивает меня сделать это. Испепелить храмы, перевешать всех попов…
— Так поступают Дану на востоке и гномы на западе, мой повелитель, — тихо заметил Фесс. — Но владыка Империи так поступать не может.
Несколько мгновений они в упор смотрели друг на друга. Император первым отвел взгляд.
— И вновь ты прав, советник. Действуй же! Я должен узнать правду. Не мешкай! Что нужно тебе для волшебства?
— Только тишина и покой, мой повелитель.
— Должен ли я уйти?
— Нет, мой Император. Я думаю, что черный камень в вашем перстне может оказаться полезен.
Император отошел в угол шатра, туда, где гудел огонь в походной печке. Подбросил в плаун несколько черных кусков гномьего горючего камня.
Фесс вновь вытащил из?за пазухи Искажающий Камень. Огненные блики играли на гладко отполированных гранях фальшивого самоцвета — Фесс знал, что во всем этом кристалле нет и грана того, что ученые маги?теоретики в Долине называли словом «материя».
Теперь необходимые действия выполнялись куда проще — Камень словно бы признал власть Фесса над собой, На сей раз Искажающему Камню потребовалось зеркало. На миг мелькнуло белое, заснеженное поле, угрюмый черный лес, воздетые голые ветви деревьев — и упрямо шагающий по Поясному Тракту отряд гномов. Их даже трудно было назвать войском. Совсем немного — тысячи четыре с половиной, не больше.
— Очень хорошо, — проронил Император. По виску Фесса скатилась первая капля пота. Что?то очень сильно мешало, кололо глаза, путало мысли; сердце заныло, схваченное когтями непонятной боли. Ага! Вот оно!
— Ковчег, мой повелитель! Смотрите на ковчег! — простонал Фесс.
Боль в груди стала почти нестерпимой. Искажающий Камень полыхнул зеленоватым светом, и зеркало тотчас сделалось пустым и серым, Император медленно поднялся, — Я видел достаточно, советник. Ты прав — там был ковчег. А в ковчеге — Алмазный Меч. Два Брата вырвались?таки на свободу. И идут навстречу друг Другу…
— Мой Император, неужели…
— Конечно, Фесс. Я верю твоим знаниям и сноровке.., а ты поверь моему подарку. — Император усмехнулся, поднимая вверх руку в латной рукавице. — Алмазный и Деревянный Мечи созданы были чтобы уничтожить друг друга. И пусть бы, но пророчества гласят, что в этом случае они захватят с собой весь наш мир. Понимаешь, Фесс? Не нашествие какой?то иноземной рати, не орды чудовищ, а всего лишь два Меча. Однако это хуже, чем целые сонмы злобных магов или там еще каких?нибудь страшилищ… Тебе знакомы пророчества Илэйны? Фесс отрицательно покачал головой.
— Эта безумная Дану что?то толковала о Двух Братьях. Но кто же в наше время прислушивается к пророчествам! Сколько их было, громогласных, устрашающих — из тех, что не исполнились ни на йоту! А вот это, похоже, сбывается… Ты не согласен, советник?
— Нет, мой повелитель. Не согласен. И Алмазный, и Деревянный Меч, бесспорно, придали сил и гномам, и Дану, вооружили их бесноватой храбростью; однако неужели четыре тысячи секир и жалкий отряд в полторы сотни лесных луков способны обратить во прах всю Империю? Сами маги страшатся встречи с нами в открытом бою. Двинемся навстречу или гномам, или Дану, дадим им бой и уничтожим! Всех до единого. А их Мечи пусть послужат нам защитой в грядущем сражении с Радугой.
— Слова истинного воина, — проронил Император. — Я бы очень хотел поверить тебе, советник Фесс. Я сам теряюсь в догадках, почему маги не выступают против меня открыто… Конечно, было бы очень заманчиво поверить в их страх, но — я чувствую, что это не так. Что?то иное отвлекает магов от нашей армии, не дает выступить в полную силу…
