Между ангелом и бесом

— Что делать? — вздохнул Рыжий воришка. — К хорошему быстро привыкаешь. Я ведь теперь не просто вор, я теперь вор с королевскими манерами. Тошно здесь. Раньше, помню, душа радовалась.

Действительно, куда-то исчезли прохладные фонтаны, засохли роскошные сады, и даже небо, пронзительно-голубое когда-то, стало грязно-серым, будто его затянуло дымом.

— Что-то горит? — спросил Бенедикт и принюхался.

— Тентогль волшебную бурду-мурду варит, — объяснил Хасан. — Сегодня обещал закончить. Весь город у дворца собрался — ждут!

— Посмотрим-ка поближе на этого предприимчивого химика, — зловеще прошептал черт и прибавил скорость.

Парни побежали следом. Хасан и его таксисты, сгибаясь под тяжестью ковров, старались не потерять их из виду.

В центре дворцовой площади стоял огромный чан. Женщины суетились вокруг, подкладывая дрова в костер. Пламя длинными горячими языками облизываю бока закопченной посудины. Толпа была в экстазе. Люди покачивались и завывали.

На деревянном помосте, что возвышался над чаном, стоял тщедушный человечек в маленькой круглой шапочке на лысой макушке. Он помешивал варево черпаком на длинной палке и вещал надтреснутым голосом:

— Волшебство не терпит жадности, дети мои.

Женщины суетились вокруг, подкладывая дрова в костер. Пламя длинными горячими языками облизываю бока закопченной посудины. Толпа была в экстазе. Люди покачивались и завывали.

На деревянном помосте, что возвышался над чаном, стоял тщедушный человечек в маленькой круглой шапочке на лысой макушке. Он помешивал варево черпаком на длинной палке и вещал надтреснутым голосом:

— Волшебство не терпит жадности, дети мои. Несите еще золота!

На помост поднялась тоненькая девушка в простом платьице и, брезгливо наморщив носик, заглянула в котел.

— Фу, какая гадость, — воскликнула она и отшатнулась. — А золота больше нет.

— Как это нет? — возмутился колдун. — Надо, чтобы было! Тогда волшебное зелье будет действовать и великий колдун Тентогль, то есть я, снимет с вас заклятие демонов!

— Это кого он демонами обозвал? — воскликнул Самсон. — Нас, что ли?

— А кто мы для этих бедных женщин? — рассмеялся Гуча. — Может, добрые бабушки? Да если бы со мной кто сотворил такое, то вариться бы тому шутнику в подобном котле!

— Тише вы, остряки, — шикнул на них внимательно наблюдавший за развитием событий Бенедикт.

— Нет больше золота, и все! — Девушка топнула ножкой и, капризно надув губки, ласковым голоском попросила: — Ну, могу я оставить себе хоть этот вот маленький браслетик?

— Тебе жалко ничтожную капельку металла?! Тебя не волнуют страдания этих несчастных, потерявших надежду женщин? Ты пожалела отдать песчинку во имя спасения своих подданных? — Тентогль изобразил на сморщенной мордочке такую скорбь, что толпа внизу возмущенно зароптала.

— Вот гад, — выругался Самсон и сплюнул. — Последнее с девчонки снимает!

— С девчонки, говоришь? — ухмыльнулся Гуча. — Не узнал бультерьершу?

— Ой, мамочки, — выдохнул Рыжий, — как ее жизнь-то уделала!

За прошедшие десять лет Гуль-Буль-Тамар изменилась. Она не постарела, нет, напротив — стала выглядеть моложе. Вместе с килограммами косметики и золотых украшений с нее слетела надменность. Она казалась маленькой обиженной девочкой.

— Бросай, дочь моя, — добрым голосом сказал колдун, помогая ей расстаться с последней побрякушкой. Принцесса разжала пальчики — и тонкий золотой браслетик желтой змейкой скользнул в сизые клубы пара, поднимавшиеся из чана.

— Мошенник! — продолжал громко возмущаться Самсон. — Он ведь браслетик себе в карман опустил. У меня глаз на такие трюки наметан, не обманешь!

— Не кипятись, — осадил его Гуча. — Тебе этот товарищ никого не напоминает?

— Нет.

— А ты, Бенедикт, не узнаешь?

— Где-то я его видел. — Ангел внимательно посмотрел на колдуна. — Точно знаю, что видел, но вот где?

— Плохо, братцы! — рассмеялся Гуча. — Врагов надо помнить в лицо. Святого отца не узнали? Помните, он нас в прошлый раз на костре немного поджарил?

Бывший наследник пригляделся и воскликнул:

— Точно, он! Вот дела, а я еще голову ломал, куда он пропал! Я его еще тогда казнить хотел, да не нашел. Он словно сквозь землю провалился!

— Жаль, что не казнил, — помрачнел Гуча. — Чувствую, нам придется с ним повозиться.

Тем временем события вокруг чана шли своим чередом.

— дочь моя, — охмурял принцессу мошенник, — осталось добавить три капли живой воды, и готово!

— Так добавь! — Гуль-Буль-Тамар топнула ножкой.

— Добавлю, сразу же добавлю, но сначала пусть твои женщины добудут эту воду!

— Опять?! — взбесилась правительница. Она десять лет старалась быть терпеливой, но вздорный характер время от времени брал свое. — Паршивый индюк, ты много лет обещаешь сварить это вонючее пойло и каждый раз тебе чего-то не хватает! Я прикажу тебя самого сварить в этой гадости! А ну расколдуй всех сейчас же!

— Расколдую, как только будет живая вода, так расколдую! — проблеял Тентогль, пытаясь вырвать свою жидкую бороденку из маленького кулачка.

— Какую еще воду-моду тебе надо?

— Живую.

— А святой водой не пробовали, ваше преосвященство? — крикнул Самсон. На площади стало так тихо, что слышался треск горящего хвороста и бульканье в котле.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92