— Не будь дурой, — мрачно буркнула ей Лючике и села рядом. Некоторое время дышала, наслаждаясь воздухом, тишиной и спокойствием. Затем повернула лицо и глянула в недоверчиво присматривающиеся глаза.
— А то будто я не догадалась — либо мы одолеем тварь и ты окажешься вроде как помощницей… либо она нас, а ты перед ней потом отмажешься. Дескать, привела прямо к тебе, чтоб ты их самолично прикончила. Хоть так, хоть эдак подстраховалась, — ведьма вздохнула, с отвращением глядя на свои руки и прикидывая, намного ли чище лицо. — Такая уж подлая у нас, людей, натура.
— И что? — осторожно поинтересовалась та, потирая полыхающую ведьминской пятернёй щёку.
— Живи уж, если сможешь, — великодушно разрешила Лючике и кое-как встала на ноги. — А вообще, для начала веди обратно во дворец…
Над великим городом медленно и величественно плыли клубы чёрного дыма — южная часть Рондека горела, пачкая белизну снега жирными хлопьями пепла. «Да уж, наворочали» — Александр поморщился от боли в простреленном плече, пронзившей тело после неловкого движения, не без вздоха проводил взглядом пару чёрных, величаво летящих кэльпи, что словно удостоверились, что победа достигнута и теперь, облобызав Тиль на прощанье, улетали прочь. Вот они стали уже совсем маленьким, вот влетели в брюхо темнеющей к вечеру тучи. Исчезли совсем, и старлей подумал, что ему очень будет не хватать этих проказников. Он вздохнул опять, наслаждаясь чистым морозным воздухом, и отвернулся, отошёл от выбитого взрывом окна.
Следом за ним ветер швырнул в проём несколько колючих снежинок. Надо же — плевать равнодушной природе на страсти людские. Снег пошёл, а вы тут внизу хоть совсем поубивайте друг друга…
Стоящая рядом Тиль передёрнулась зябко. Обхватила себя руками, поёжилась.
— Замёрзла? — Алекс окинул взглядом разгромленную тронную залу, выхватил из-под обвалившейся резной колонны почти не обгоревшую, горностаевую королевскую мантию.
Отряхнул от пыли и тут же великодушно завернул в роскошные меха малышку. Подхватил на руки, понёс по извозюканной ковровой дорожке к возвышению, и усадил на трон с отгрызенной пулемётной очередью спинкой.
— Сиди тут, на виду, — буркнул он. Одобрительно кивнул, заметив как из-под одной горностаевой шкурки тут же высунулся наружу рябой от перегрева ствол стрекоталки.
Королевский дворец замер в нехорошем ожидании и какой-то оцепенелой тишине. Что горстка испуганных дворян в углу, что раздавленные и униженные гвардейцы, за коими зорко присматривала Изельда — все они ещё не в силах были осмыслить случившееся. Горстка чужаков на железной повозке разнесла вдребезги все препоны и полосы защиты. И от короля да высших сановников остались только окровавленные пятна копоти на стенах.
И всё же, парни дрались отчаянно. В роскошном парке, тогда ещё не изрытом колёсами и не усыпанном истерзанными трупами, какой-то умник догадался вывести из башни крепостную баллисту, и прямо из-за прикрытия какого-то памятника выстрелить в бэтээр прямой наводкой. Калёный наконечник таки пробил борт и застрял только в корзине с хлебом.
Да и магики добавили обгорелых вмятин на броне — ещё бы немного, и поджарили, паразиты.
Алекс повернул голову, посмотрел на виднеющийся в проломе стены нос верного железного коня — закопчённый, исковерканный, засыпанный местами пропитавшейся алым каменной крошкой. Это какое-то чудо, что Изельда сообразила погнать тяжёлую машину прямо по парадной лестнице и ворваться в просторные анфилады залов второго этажа. Именно тут, на подступах к королевской канцелярии и тронному залу обороняющиеся, что называется, упёрлись рогом. И только шквальный огонь из всех стволов разметал людей и наспех сооружённую импровизированную баррикаду в клочья.
Там же погиб и моложавый мужчина со сверлящим взглядом — король. Не хотел умирать даже тогда, когда грудь его разлетелась в клочья от перечеркнувшей и отбросившей его пулемётной очереди. Лишь тяжеленный камень, что выпал из кладки и весьма удачно размозжил голову монарха, остановил эту непонятную жизнь.
Старлей вспомнил то ощущение — словно лопнул невидимый обруч, всё сильнее стискивавший виски и мутным прессом давивший на сознание. Видать, не соврал недавно выбравшийся из подвалов граф Валента на плече какой-то злющей девицы. Неведомая тварь каким-то образом промывала мозги здешним людям… лишь бы ведьма с Альфой справились.
Прикинув, что остановить эдакую разгулявшуюся парочку смог бы только конец света или на худой конец всемирный потоп, он устало усмехнулся. Провёл пальцами по небритой щеке, стряхнул с неё известковую пыль…
В коридоре что-то рухнуло, затем раздались истошные перепуганные вопли, и через вздыбившиеся щепой остатки двери в залу шагнула Лючике. Следом с тихим басовитым жужжанием залетела роботесса — ох, боги, видок у обеих ещё тот. Ведьму словно пропустили через мясорубку — да только не довели до конца свою работу. Но глаза её горели мрачным торжеством.
Да и в Альфу словно долго и с упоением палили не из самых мелких калибров. Местами титановая броня зияла дырами, в воздухе за роботессой отчётливо виднелся сизый дымок. Но в дыру напротив реакторного отсека задорными то ли пассажирами, то ли десантниками выглядывали неугомонные бесенята, и по своей неистребимой привычке корчили рожицы.
— Ох, мне нужен отпуск и капитальный ремонт, — проворчала роботесса, воспаряя посреди залы.
— Ну, и что дальше? — проворчала из угла дебелая пышнотелая маркиза с большим, аляповатым розовым бантом на турнюре.
Из уважения к прекрасной половине человечества, дамам великодушно разрешили усесться на низеньких золочёных диванчиках, которые бесшумно скользящие даже по нынешнему бардаку лакеи кое-как обмахнули от пыли. Правда, большая часть дам находилась в откровенно полуобморочном состоянии. Зато некоторые особо прыткие уже сообразили, что никто не собирается чинить над ними непотребство прямо сейчас, а оттого проявляли завидную активность в стремлении узнать что-нибудь насчёт своей дальнейшей судьбы.
Алекс в пол-уха слушал скупой рассказ Лючике и Альфы об их приключениях в подземелье, и мрачно отмолчался на вопрос маркизы, прикидывая какой беспредел и грызня за трон начнётся в обезглавленном королевстве. С другой стороны, оно и к лучшему — можно уехать куда-нибудь в глухомань и ещё долго не беспокоиться об опасности со стороны здешних прохвостов…
Неугомонная Тиль заворочалась в пышных мехах. Из-под мантии вылезла поцарапанная девчоночья рука, нашарила простецки висящую на резном завитке трона и никому сейчас не нужную корону. Девчонка отряхнула драгоценный зубчатый ободок от грязи. Дунула на него, снова воздев в воздух облачко пыли. Затем вытерла прямо о свою роскошную меховую накидку и косо напялила на голову.
— Мне идёт? — её задиристая мордашка прямо-таки лучилась удовольствием.
— Идёт, идёт, — машинально заверил её Александр. И только тут он сообразил. — Чёрт, а ведь мысль очень даже недурна! Что скажете?
Это стоило видеть — с какой скоростью самодовольная физиономия Тиль сменилась на жутко перепуганную.
— Эй, вы чего? — жалобно возопила она, когда Лючике нескромно изобразила в её сторону изящный реверанс.
