Берг молчал.
— Ладно. — Окунем из тины в голос Канута проскользнуло разочарование. — Попробуем ещё раз…
Берг сжался, готовясь к новой боли.
* * *
Когда его отвязали, он рухнул на пол точно труп. Говорить уже не мог, а ослепшие глаза отказывались видеть хоть что?то, кроме матового белого свечения. Он мог лишь ощущать и слушать.
Ковер ворсистой поверхностью царапал ладони, а где?то в вышине гулко отдавались голоса.
— Отнесите его назад, — проговорил кто?то скрипучим, как новая кожа, голосом.
— Что, не признался? — подобострастно поинтересовался кто?то другой, и Берг почувствовал, что его подхватывают под руки и поднимают. Он попытался напрячь ноги, чтобы опереться на них, но не смог.
— Крепок очень, — с сожалением проговорил скрипучий.
— Ничего, завтра попробуем по?другому. Приводите обоих.
Берга подняли и куда?то понесли. Хлопнула дверь, затем шаги несущих стали гулко отдаваться от стен, а сапоги зашуршали по камню. Он на некоторое время отключился, а когда очнулся, то понял, что уже что?то может видеть. Сквозь белесую дымку просвечивало багровое пятно. Запах смолы подсказывал, что это факел.
— Эк его, — проговорил кто?то мощным голосом, вызывающим воспоминание о горных обвалах.
И Берга, с его весом в пять без малого пудов, потащили, зажав под мышкой, словно мальчонку!
Проскрежетал замок, и он упал вперед, в сырую и вонючую темноту.
— Ты жив, жив? — спросил кто?то знакомый, и Теневой почувствовал на плечах руки.
— Дхга, — сказал он и закашлялся. Сорванное криком горло отзывалось вспышкой боли на каждое произнесенное слово, но молчать было нельзя — это он понимал.
— Они тебя пытали?
— Да, — отозвался Берг, на этот раз более членораздельно.
— Пользовались магией?
— Да.
— Ничего, эти твари любят наслаждаться своей жестокостью. — В голосе юноши прозвенела такая ненависть, что Теневой невольно содрогнулся. Откуда, из каких бездн души молодого ещё человека могло родиться подобное чудовище? — Но мы им ещё покажем. Послушай, Берг, я понимаю, что тебе трудно говорить, но скажи, как вооружены тюремщики. Ты видел их больше меня.
— У одного дубинка, — преодолевая боль в горле, проговорил Теневой. — Размером с тебя. А у другого — кинжал на поясе, здоровенный, почти как меч. Аршин в нем будет. — Тут он замялся, перед глазами мелькнула картинка — оттопыренное голенище на левой ноге у того тюремщика, что поменьше, и чуть высовывающаяся из сапога рукоять ножа.
— Ага, засапожник, — радостно засмеялся Харальд, когда услышал об этом. — Вот он?то мне и пригодится.
— Ты собираешься с ножом перебить всю охрану? — поинтересовался Берг, от изумления забыв о телесных муках. — Ты сумасшедший! Даже если ты сможешь отобрать его у этого здоровяка, что это даст?
Но когда Харальд изложил план, то Берг замолчал.
Шансов на успех мало, но если не попробоватьчто тогда? Пытки, казнь? Уж лучше погибнуть в бою!
* * *
На этот раз вместе с водой принесли еду — миску жидкой овсянки. Берг проглотил свою половину, не чувствуя вкуса. Боль от вчерашних пыток ослабела, но не прошла. Хорошо хоть, усталость оказалась сильнее мук и ночью удалось выспаться.
Когда замок заскрежетал вновь, он лежал навзничь. Свет от факела просочился сквозь веки и, словно горячая жидкость, потек по глазницам, но Берг не пошевельнулся.
— Вставай, пойдем, — прорычал тюремщик. — Владетель не любит ждать.
— Мой друг не может идти после вчерашних пыток, — звенящим голосом ответил Харальд. — У него отказали ноги!
— Клянусь козьей задницей! — выругался более высокий страж. — Вчера я пер этого лося, сейчас — твоя очередь!
— Ладно. — Берг ощутил, как огромная лапа поднимает его и прижимает к горячему, пахнущему потом боку.
Они вышли в коридор. Здесь он рискнул открыть глаза.
Впереди виднелись ноги Харальда. Штаны его слиплись, и от них мерзко воняло, словно юноша неделю просидел в сточной канаве. Рядом двигалась могучая нога тюремщика, которая подошла бы быку. Рукоять ножа выглядывала из?за голенища, словно голова любопытного карлика.
Берг опустил руку и легко, одним движением, вытащил нож. Лезвие предательски блеснуло, но он уже укрыл его в рукаве.
Лязгнула отпираемая решетка, и тот тюремщик, который нес Берга, с облегчением проговорил:
— Забирайте их.
Лязгнула отпираемая решетка, и тот тюремщик, который нес Берга, с облегчением проговорил:
— Забирайте их. Скорее бы, что ли, их казнили, а то надоели уже. Таскай их туда?сюда…
— Скоро уже, — ответил знакомый голос, принадлежащий воину в серебрёном шлеме. — Если сегодня не заговорят, то Владетель велит отвезти их на границу с Торгримом, там зарубить, а тела бросить. Пусть знает северный выскочка, с кем имеет дело!
Пока они болтали, Харальд ухитрился переместиться вплотную к Бергу, и нож рыбкой скользнул в его ладонь. Теневой облегченно вздохнул — пока удача не отворачивалась от них. Но что будет дальше?
Наверх его волокли за руки. Колени больно бились о ступени, но он только слабо стонал. Нельзя было показывать, что в теле сохранились силы.
Знакомая дверь распахнулась, и Берга рывком поставили на колени. Подняв голову, он уперся взглядом в кипящие янтарем глаза Владетеля Канута.
— А я думал, что он покрепче, — пробормотал тот с изумлением и перевел взгляд куда?то вправо и вверх. Надо думать, на Харальда.
На лице мага мелькнуло сомнение. Но только на миг.
— Так, — сказал он, иронично усмехаясь. — Этот вряд ли чего знает, но мы его и спрашивать не будем…
Повинуясь жесту Владетеля, двое из воинов привязали Харальда к столбу. Тот не сопротивлялся, изображая полностью сломленного человека. Лицо его было вполне натурально перекошено от страха.
— Ну что, рыжебородый? — Канут посмотрел на стоящего на коленях Берга. — Ты стоек, я признаю. Но если ты не заговоришь сейчас, я буду пытать твоего приятеля. Ему будет очень больно.
Теневой захрипел, попытался плюнуть в мага, но лишь запачкал ковер. Плевок словно истощил все его силы, и пленник повис на руках стражей.
— Этого тоже свяжите, — бросил Владетель, — и посадите на стул так, чтобы он видел своего друга
Янтарные глаза горели. Похоже, что их обладателя сильно раззадорило упорство допрашиваемых.
Берга связали куда жестче, чем вчера. Веревки больно впились в плоть, не давая шевелиться, а под задницей оказался жесткий стул, на котором и несвязанному сидеть было бы неудобно.
— Оставьте нас, — проговорил маг, и Берг с трудом удержался от улыбки. Пока все шло так, как пленники и предполагали.
Стражники один за другим покинули комнату, а Владетель взял в руки хрустальную сферу. Харальд, не видевший её ранее, вытаращился на переливающийся шар во все глаза.
Маг установил шар на треногу, внутренности сферы мягко засияли. А на полу, вокруг столба, к которому был привязан юноша, вспыхнул на мгновение и тут же пропал круг с какими?то рисунками внутри.
Берг, решив, что ему показалось, с тревогой уставился на Харальда. Тот смотрел на светящийся шар, не отводя взгляда, на лице его застыло напряжение. Но на самом ли деле он околдован или просто умело изображает, что поддался, — об этом Теневой мог только гадать. Предполагалось, что чародейскому шару юноша окажется не по зубам, как и прочей магии, но пленники не могли знать этого наверняка…
