Он некоторое время постоял, любуясь небом, а когда вернулся, то ссора была уже в самом разгаре…
— И зачем тебе эта железяка, скажи? — спрашивал родовитый, который, судя по всему, успел изрядно выпить. Он тыкал пальцем в Харальда, который собирался пройти наверх и, наверное, задел кого?то из компании фон Ахара мечом.
На губах родовитого блуждала глумливая усмешка.
— Не твое дело, — спокойно отвечал Харальд, похоже уже не в первый раз. Лицо его было спокойным, лишь в глазах горел недобрый огонек. Иерам и возчики в испуге жались на лавке, явно опасаясь встревать.
— Нет, ты скажи! — повторил родовитый. — Чтобы мух бить?
Его подручные дружно захохотали. Улыбнулся и фон Ахар.
— А ну хватит, — сказал Берг негромко. — Поговорили, и будет…
— Вот уж нет! — покачал головой родовитый. — В этих землях я решаю, когда заканчивать беседу. Все должны мне подчиняться, тут все мое. А если он чувствует себя обиженным, — длинный палец поднялся, указав на Харальда, — то я готов ответить за свои слова…
Узкая ладонь легла на эфес.
И тут Харальд сделал то, чего Теневой никак не ожидал.
Юноша легко шагнул вперед и несильно, почти издевательски стукнул фон Ахара ладонью по щеке. И сделал он это столь стремительно, что родовитый не успел ни защититься, ни уклониться.
А Харальд отступил и замер, словно ничего не случилось.
— Ах ты тварь! — просипел фон Ахар. В глазах его полыхнула злость. Будь она способна сжигать, Харальд тут же превратился бы в кучку пепла, а от постоялого двора остались бы обгорелые бревна.
Приспешники родовитого изумленно притихли. Похоже, они давно не видели такого обращения со своим хозяином.
Откуда?то вывернулся владелец постоялого двора.
— Не надо ссориться, почтенные! — заблеял он. Лицо его блестело, а глаза просто светились от страха. — Не надо…
— Все, поединок! — не обращая внимания на жалобы розоволицего, выкрикнул фон Ахар, и меч его с легким шорохом вылетел из ножен. — А если откажешься, то я назову тебя трусом!
Он орал и брызгал слюной, забыв о достоинстве родовитого, а Харальд стоял спокойно, неподвижный, словно статуя, лишь глаза его мрачно блестели.
— Хорошо, — проговорил он раздельно. — Только не здесь, а во дворе. Пусть принесут факелы.
— Идет! — кивнул фон Ахар, оскалившись, и повернулся к подручным. — Эй, где вы там, пошевеливайтесь!
Все сразу пришло в движение. Загрохотали отодвигаемые стулья, послышался гомон. Отмер и зашевелился Иерам, несмело задвигались рядом с ним возчики.
— Зря ты это затеял, — сказал Берг, подойдя к Харальду. — Он же меч в руках с пяти лет держит, а ты учиться два месяца назад начал. Пусть он пьян и самоуверен, но все же…
— Ничего, я справлюсь, — коротко ответил юноша, и глаза его были холодны, словно два куска зеленого льда. Берг на миг испугался, решив, что Харальд выбрал необычный и почетный способ самоубийства, так и не оправившись от гибели Гуннара.
— Эй, ты идешь? — хлестнул от двери крик фон Ахара. Его слуги успели раздобыть факелы и один за другим выбирались на улицу. — Или в твоем худородном сердце закончилась смелость?
— Иду.
— Пойдемте тоже, — сказал Берг спутникам. Он уже решил, что в крайнем случае вмешается в схватку и спасет младшего соратника, что бы за этим ни последовало. — Или боитесь?
Иерам мрачно засопел и поднялся.
— И вы возьмите факелы! — бросил он возчикам. — Света должно быть много!
— Не стоит вам с ним драться! — Хозяин постоялого двора вцепился Бергу в локоть словно клещ. — Вдруг ваш человек его ранит или убьет!
— И чего? — не понял Теневой, раздраженно хмурясь.
— Ведь это Торбьерн фон Ахар! — Глаза розоволицего округлились. Он явно недоумевал, почему путешественники не падают в обморок от страха, услышав это имя. — Он младший сын первого вассала нашего Владетеля!
— Теперь я вспомнил, откуда его имя мне знакомо, — кивнул Иерам. — Это тот самый родовитый, который когда?то восстал против Владетеля Свенельда, а потом перешел на его сторону?
— Совершенно верно, почтенные господа! — Хозяин буквально извивался от страха. — Так что остановите поединок!
— Не я его начал, не мне и прекращать, — буркнул Теневой, направляясь к двери. За ним потянулись спутники.
Из?за спины доносилось поскуливание хозяина.
Во дворе было прохладно, пламя факелов под ударами ветра судорожно металось оранжевыми лепестками. Держащие факелы встали полукольцом, в центре которого оказались поединщики. Оба сбросили плащи и обнажили оружие, и тусклые багровые отблески забегали по отточенным лезвиям. У фон Ахара меч был на пару вершков длиннее, да и сам родовитый выглядел мощнее.
— Ну что, как будем биться? — спросил Харальд, помахивая клинком, чтобы размять кисть. — До крови?
— Нет, — блеснул зубами в злобной усмешке фон Ахар. — Я хочу убить тебя, наглец! И крови твоей мне будет мало… Начнем!
И он атаковал. Лезвие с шипением распороло воздух.
Лезвие с шипением распороло воздух.
Харальд, казалось не ожидавший нападения, легко отразил его. Сталь звякнула о сталь.
Да, родовитый был сильнее — это Берг определил сразу. Но выпитое замедляло его движения и мешало сражаться хладнокровно. Пусть он был более умелым бойцом, зато Харальд перемещался с такой скоростью, что фон Ахар никак не мог провести четкую атаку.
Черные тени метались по земле, карикатурно отображая движения бойцов, клинки в руках теней казались то непомерно длинными, то почти исчезали. Тут шло свое сражение, беззвучное в отличие от настоящего.
Лязгали клинки, слышалось шумное дыхание бойцов, да фон Ахар иногда рычал что?то злобное сквозь сжатые зубы.
Харальд на мгновение оступился, зацепившись за какую?то кочку, и чуть запоздал с защитой. Клевреты родовитого дружно завопили, когда плечо его противника окрасилось кровью.
— Ха! — Родовитый Торбьерн отступил на шаг, глаза его торжествующе сверкнули. — Готовься к смерти!
Но Берг видел, что грудь фон Ахара тяжело вздымается, в то время как Харальд дышит легко. Он не устал и не выглядел испуганным. Рана же, похоже, не мешала ему двигаться.
Родовитый бросился вперед, а затем все случилось очень быстро. Лишь Берг тренированным взглядом отметил, как Харальд легко скользнул вбок, выбросил лезвие вперед, а затем повел на себя, и оно уже не блестело, будучи измазано чем?то темным.
Затем Харальд замер, словно распрямившийся лук.
А фон Ахар повалился на колени, и на лице его застыло выражение крайнего изумления. На животе его расплывалось багровое пятно.
— Он… как? — прошипел родовитый и рухнул навзничь.
На двор упала гулкая, дрожащая тишина. Было слышно, как кто?то из спутников фон Ахара икнул.
— Готовьтесь уезжать, — шепнул Берг, наклонившись к Иераму.
— Сейчас? — изумленно блеснул глазами тот.
— Да, — кивнул Теневой. — Завтра, боюсь, нам уже не дадут уйти.
Купец сдвинулся с места, и тут приспешники родовитого Торбьерна пришли в себя. Они раздраженно загудели и один за другим обнажали клинки.
— Убьем его! — крикнул кто?то. — Уничтожим худородную тварь!
Остальные поддержали крикуна одобрительными возгласами.
Берг вздохнул, отметив краем глаза, как Иерам и возчики поспешно отступают в угол двора, к телеге.
Сражаться совершенно не хотелось, но Теневой на всякий случай обнажил меч.
— Стойте! — Возглас был слаб и шел откуда?то снизу, но его услышали все. Остались раскрытыми разинутые рты, не опустились вскинутые мечи, лишь на бесстрастном лице Харальда обозначилось нечто похожее на удивление.
