— А что это тут за грязный инопланетяшка у нас сидит?
Я удивленно посмотрел на Старха. До сих пор никаких проблем с моей принадлежностью к другой расе у меня не возникало.
— Ребята, — миролюбиво заметил Старх. — Давайте мирно разойдемся. Этот инопланетянин работает в военных исследованиях и помогает нам. Вы не будете отрицать, что это благородное дело?
Один из этих комотов криво усмехнулся.
Вы не будете отрицать, что это благородное дело?
Один из этих комотов криво усмехнулся.
— Инопланетянин помогает нам? Дожили. До чего мы докатились. — Он вдруг наклонился и схватил меня за воротник, приподняв над полом. — Слушай, ты, инопланетяшка, а ну катись из этого бара, и чтобы я тебя больше не видел!!! Ты понял!
— Ладно-ладно! — поспешно заговорил я, с трудом сдерживая ярость. — Мы уже уходим.
Мое заявление, похоже, озадачили моего собеседника. Он не ожидал, что я так просто сдамся. Он явно нарывался на драку. Точнее не на драку, а надавать «грязному инопланетяшке» по мордам. А что именно так все и будет, он не сомневался.
— Вот-вот, проваливай, — заговорил второй из компании. — А мы пока разберемся с твоим дружком. Если что и есть хуже грязных инопланетяшек, так это их друзья, продающие собственную расу.
Я вежливо улыбнулся. Эти типы уже начали мне надоедать.
— Мы уйдем с моим другом вдвоем.
— А тебя кто спрашивает? — поинтересовался первый. Похоже, он и был здесь главный. Поняв, что драка все равно будет, он снова вернул себе хорошее настроение. Протянув руку, он снова попытался схватить меня за воротник. Я быстро перехватил его ладонь и слегка сжал, прислушиваясь как захрустели кости незадачливого драчуна. При этом я продолжал вежливо улыбаться.
— Прошу прощения, но мы уйдем вдвоем, — повторил я, сильнее сжимая ладонь. — Возражения есть?
Мой собеседник раскрыл рот, пытаясь сдержать крик. Его ярко-красная кожа слегка потускнела. Он попытался что-то сказать, но не смог выдавить и слова. Только головой затряс. Я чуть ослабил хватку.
— Нет, — прохрипел он, под недоуменными взглядами приятелей — Похоже, мы ошиблись.
— Я тоже так думаю. Вы ведь не откажетесь проводить нас? — Я опять сжал ладонь комота и снова ослабил.
— Н-нет.
— Эй, Торн, ты чего? — удивился приятель моего собеседника. — А как же забава?
Торн скорчил зверскую физиономию. Я, чтобы напомнить о себе, снова сжал его ладонь. Торн дернулся, а потом с руганью набросился на своих приятелей. Из потока его слов я узнал родословную всех этих комотов, коэффициент их интеллекта, а также то, какие мы со Стархом оказывается милые люди. Приятели Торна проводили своего предводителя озадаченными взглядами.
Я довел Торна до двери, где и отпустил его, вежливо попрощавшись. Но прежде, чем уйти, сочувственно посмотрел на его ладонь.
— Вы сходите к врачу, — посоветовал я. — Мне кажется, у вас там что-то сломалось.
Едва добравшись до нашего аэрокара, Старх начал хохотать. Я слегка озадаченно смотрел на него. Старх наконец-то успокоился.
— Ну ты даешь! Я же боялся, что ты там весь бар разнесешь, поэтому и хотел поскорее тебя увести. Но ты ловко справился. Как ты так быстро вычислил предводителя?
Быстро? Мне так не показалось. И тут я вспомнил об особенности мышления хоргов.
— Ладно, — махнул рукой Старх. — Потом расскажешь. Но ловко ты с ними обошелся.
— А кто такие эти комоты?
— А, — махнул рукой Старх. — Они из сафан. Сторонники войны. Фанатики, в общем. Словно не понимают, что если между нами и дролами начнется большая война, то вряд ли в известной галактике что-нибудь уцелеет.
Они хотят, что бы хорги доминировали в галактике. Считают нас избранным народом.
— А ты что считаешь?
— Я? — Старх как-то странно посмотрел на меня. Потом вздохнул. — Лично я уже ни в чем не уверен. Порой мне становится просто стыдно за мою расу. — Он как-то сгорбился и замолчал.
Я удивленно смотрел на своего друга и не понимал, что это на него нашло. Но тут наш аэрокар влетел в люк корабля. Здесь нас уже встречали. Это был один из вестовых командира корабля, который передавал только личные распоряжения капитана.
— Старх-сафан, — официально обратился он к моему другу. — Капитан требует вас немедленно к себе.
Как я уже успел узнать порядки у хоргов, «требует немедленно к себе», означает гораздо быстрее, чем очень срочно. Тут вестовой посмотрел на меня, и холодности в его взгляде заметно поубавилось.
— А вас ожидает госпожа Мелиана. Ей нужно с вами поговорить.
Я удивленно взглянул на Старха. Тот ободряюще мне кивнул и отправился следом за вестовым. Кажется, я чего-то не понимаю. Потом пожал плечами. Ладно, сначала посмотрим, что там хочет от меня Мелиана, а потом надо будет разыскать Старха и спросить что от него хотели.
Придя к такому выводу, я отправился в кабинет корабельного психолога.
Мелиана ждала меня у двери. Проводив в комнату, она старательно закрыла за мной дверь и села напротив.
— Кирилл, сейчас у нас будет очень серьезный разговор, от которого зависит многое. Я хочу чтобы ты подробно рассказал обо всем, что было в баре на планете. Все свои чувства, мысли в тот момент.
— А откуда вы знаете про бар? — Удивился я. — Это же буквально минут пять назад случилось.
— Кирилл, — укоризненно покачала головой Мелиана. — Неужели ты думал, что мы оставим тебя без присмотра? Мы наблюдали за каждым твоим спуском на планету. Мы же должны были оценить как ты ведешь себя в незнакомой обстановке.
— Угу. Следили, значит, — угрюмо отозвался я. — А вы в комнате за мной тоже наблюдаете?
— Конечно нет! — шокировано отозвалась Мелиана. — У каждого должен быть уголок, где он может отдохнуть. Но ты не можешь не согласиться, что нам крайне необходимо было узнать как ты поведешь себя в незнакомом месте…
— Мне кажется, у вас уже была такая возможность.
— Ты имеешь в виду твое присутствие на корабле? Это немного не то. Поверь.
— Ладно, — махнул я рукой. Спор был бесперспективен. — Что вы хотите узнать?
— Все. Почему ты стал действовать именно таким образом, хотя мог бы положить всех этих приставал. Что ты чувствовал в тот момент. О чем думал. В общем, по порядку.
Я на миг задумался, а потом начал рассказывать, стараясь говорить как можно честнее. Скрывать или стыдиться мне было нечего.
— Значит, — задумчиво протянула Мелиана, — ты прекрасно сознавал, что мог бы справиться со всей этой шестеркой, но предпочел уйти как можно более мирно?
— Верно. Я никогда не любил драк. Да и мой отец не одобрял их.
— Твой отец? Хм. Интересно. — Мелиана задумчиво постучала по своему компьютеру. — То есть ты никогда не дрался?
— Дрался, — честно признал я.
— Иногда бывают такие моменты, когда отступить хуже смерти.
— Вот как? Расскажи мне, пожалуйста, о тех моментах, когда тебе приходилось драться.
— Зачем это?
— Просто я хочу понять, насколько ты агрессивен. Что может нарушить твое спокойствие. Что ты считаешь для себя страшнее смерти. Это очень важно.
Я недоуменно хмыкнул и начал рассказывать, не понимая, что могло Мелиану заинтересовать в тех, чисто детских драках. Но, похоже, мой рассказ заинтересовал ее очень сильно. По крайне мере, она не перебила меня ни разу. Даже когда я закончил, она еще некоторое время наблюдала за чем-то на экране своего компьютера.
