Вот тут (внимание!) я и хотел бы использовать дебютантов. Для меня самого это оказалось несколько неожиданным, но…
Циркуль вполне может быть привлечен к дальнейшей работе на Саракше. Причем — после основательной дополнительной подготовки на Земле — даже в роли заместителя резидента.
А резидентом в бывшем Государстве Неизвестных Отцов вижу исключительно Кота. Обращаю внимание: деятельность в указанном качестве, по моему глубокому убеждению, даже не требует от него дополнительной подготовки. Активная предыдущая деятельность Кота в секции «Саракш» вкупе с упомянутой выше экспедицией представили его в наиблагоприятнейшем свете. Я собираюсь предложить Коту остаться в Столице Отчизны в качестве своего помощника для своеобразной стажировки и поэтапной передачи ему дел.
Хорошо, если бы ты со своей стороны как-нибудь повлиял на него и уговорил согласиться.
Завтра уезжаю из Столицы, и дня два-три буду вне зоны связи. Постарайся за это время ответить по существу.
Сикорски
конец документа
Саракш
В 55 милях от Столицы,
Разъезд №254
10-й час, 1 дня месяца Пшеницы, 9578 год от Озарения
— Господин ротмистр, позвольте доложить: рельсы звенят! Надо полагать, тот самый состав, о котором сообщили.
— Хорошо, тоже слышу. Все по местам! Вахмистр, приготовьте вашу «вертушку». Смотрите, не подорвите опять какой-нибудь товарняк с несчастными коровами. Ну-ка, повторите задание.
— Слушаюсь. Заваливать следует поезд из трех частей: две платформы с танками довоенного образца, между ними бронированный вагон. Паровоза нет. А все-таки, господин ротмистр, как так — «паровоза нет», они что, педали крутят?
— Откуда мне знать, вахмистр… Вот остановим, там все будет ясно. Как собираетесь действовать?
— Безукоризненно, господин ротмистр. Едва вторая ось зависнет над зарядом, поверну ручку.
— Ладно. А, вон, кажется и они… Массаракш! И впрямь — без паровоза! Что за чудовища?!
Саракш
В 55 милях от Столицы,
Разъезд №254
26 июля 2158 года, 11.00 (время земное)
Перестук колес вдруг как-то сразу прекратился. Пол коротко и сильно ударил по пяткам, после чего покосился. Гулкий удар мгновенно перешел в серию скрежещущих толчков и покачиваний. Вагон накренился и замер. Спящие солдаты посыпались с полок, стоявшие падали, хватаясь за что придется.
— К оружию! — взревел Череш. Он одним прыжком оказался у лесенки, ведущей в пулеметную башню, взлетел по ней, со скрипом провернул башню по полному кругу. Через пару секунд он обрушился вниз и заорал еще громче:
— Всем покинуть вагон! Занять оборону согласно штатному расписанию!
— Что там? — спросил Циркуль, — Если нападение, то зачем покидать? Отсидимся внутри, скоро придет помощь.
— Не отсидимся! Нас ведь не под откос пустили, а остановили аккуратно и бережно. Значит, жди хорошо организованной атаки. Да сам взгляни: за водокачкой шевелятся, с той стороны, видно и ударят. А уж если у них слезоточивый газ есть… Выкурят отсюда всех, как миленьких. Так что, господа ученые, уничтожайте-ка, что требуется, эвакуируйте, что положено, и направо бегом в лесок. Вот там отобьемся, это точно. Я с солдатами прикрою отход.
— А «государи»? — тревожно спросил Кот. — Давай обстреляем из всех башен.
— Позиция у нас невыгодная. Да что там, вообще никакой позиции. Ведущий танк подбит, главную башню свернуло. Хвостовой — в «мертвой зоне», нападающие оттуда не будут видны. Да живее же, сорок раз массаракш!
Кот, поскользнувшись, ринулся к фотоотсеку, ворвался внутрь и выкинул прямо в руки Циркуля белый чемоданчик с переносным госпиталем Десантника и чехол с «суперспасателем»:
— Быстро наружу с Черешем!
— А ты?
— И я, а как же. Сейчас включу самоликвидацию, а ч-черт…
Циркуль исчез.
Контрольный центр завалило упавшей аппаратурой. Кот, рыча, расшвырял ее, вытащил пульт и быстро набрал код. На счетчике замигали цифры: 100… 99…98… Оставалось полторы минуты.
Кот выхватил из кобуры «герцог», добежал до распахнутой настежь двери, выпрыгнул наружу.
.. 99…98… Оставалось полторы минуты.
Кот выхватил из кобуры «герцог», добежал до распахнутой настежь двери, выпрыгнул наружу. Броневагон, накренившись, стоял не на развороченных взрывом рельсах, а прямо на шпалах и галечной насыпи. Головной танк, сброшенный с платформы выглядел сконфуженно и жалко. Казалось, боевая машина недоумевает: как это ее, такую большую и грозную, вывели из строя.
Солдаты уже залегли под вагоном и вели огонь. Подпоручик тащил пулемет, снятый с башни хвостового танка.
— Гвардейцы! В комбинезонах и касках. -бросил он, поравнявшись с Котом. — Причем, похоже, одни офицеры — четко работают, сволочи. И пулеметчики у них, и снайперы… В «клещи» взять собираются. У нас уже пяти… э, массаракш… семи человек нет, а сколько их — неизвестно.
— Вытаскивай ребят из-под вагона и отводи, куда решил… В лес, так в лес. А тут сейчас все полыхнет.
— Ясно. — кивнул подпоручик. -Давай беги за Циркулем, вон видишь, белый сундук сверкает. А мы — следом.
Череш удобнее ухватил пулемет, перекинул серую коробку с лентой за спину.
— Отходим! -зычно скомандовал он. -Перебежками, отстреливаясь, к лесу — марш!
Уцелевшие солдаты полезли из-под вагона, пригнувшись, зигзагами побежали от насыпи. В броневагоне раздался хлопок, из-под башни на крыше повалил ядовито-зеленый дым. Дважды хлопнуло в основных башнях танков, они также окутались зелеными клубами. Это разлагался эксплозит, превращаясь из грозной взрывчатки в заурядный фтор.
— Газ? Это славно! — кивнул подпоручик, — Пора и мне…
И тут с полуразрушенной кирпичной водокачки донесся частый ровный стук. Струя трассирующих пуль взбила пыль у канавы, срезала пыльный кустик. Вторая ударила по броне «государя». Третья огненным серпом прошла по отступавшим солдатам. Взмахивая руками, роняя автоматы и винтовки, они тыкались лицами в траву и песок.
Череш побелел.
— Ж-жабы! -процедил он, упер сошки пулемета на сбитую танковую гусеницу, тщательно прицелился и выпустил по водокачке три коротких очереди. Оттуда прекратили стрелять, черная фигурка вместе с разбитой черепицей выпала из-под козырька крыши.
— Приятного аппетита! -сплюнул Череш и оглянулся. Циркуль, очевидно, уже был в лесу, а Кот добегал до первых деревьев. И вдруг он запнулся, перешел с бега на неуверенный шаг, совсем остановился, опустился на колени, неловко повалился на бок.
Подпоручик повернулся в сторону атакующих. Немигающими ртутными глазами, страшными на пергаментном лице, уставился на кустарник у подножья водонапорной вышки.
Из-за кустов показались люди в гвардейском обмундировании с погонами и шнурами, в касках с черно-оранжевыми эмблемами. Вначале они двигались умело и осторожно, используя любое укрытие. Но, убедившись, что со стороны поезда огонь не ведется, выпрямились и цепью, с автоматами наперевес, направились к составу. Ветер гнал в их сторону едкий дым от горящих броневагона и танков. Тяжелые, густые зеленые волны и вихри перекатывались по земле и очень затрудняли нападавшим обзор.
— Вот хорошо, вот чудесно. — жестяным голосом одобрил Череш, — Ну, ближе, еще, еще…
До насыпи оставалось чуть более ста футов, когда цепь остановилась. Высокий худощавый офицер в берете, шедший на правом фланге с хлыстиком в руке, каркающе отдал какую -то команду.
