Желаю успеха!
Магистр Дзубилха Зо
конец документа
Электронное письмо
Дата: 3 часа, 3-го дня 1-ой недели Красного месяца, 9591 года от Озарения
Куда: Черный/Бацуза/4-Цугазай/выч.
8075-В
Кому: Бидзанби Да
Откуда: Желтый/Цаззалха/43-Дезго-Гайхози/выч. 8805-Е
От кого: Цзанхаги Оки
Здравствуй, старший!
Спасибо за письмо! Понимаю, что ты очень занят, но все равно находишь время отвечать мне. Это просто здорово. Мое самочувствие день ото дня — все лучше. Учусь по-прежнему на одни «семёрки», нагнала все, что пропустила. Врачи надоедают гораздо меньше, а удивляются по-прежнему. Но какие зануды! И почерки у них вообще нечитаемые. Ни за что на свете не стала бы врачом! Буду учителем, как ты и мама. Она, кстати, мое решение одобряет. Тем более, что все результаты детектирования у меня теперь — черные. Вот окончу школу и приеду в Цугазай поступать в университет на твой факультет. Не будешь против?
У нас сеется снежок. А на Бацузе, наверное, нет спасения от дождей? По крайней мере, так написано в учебнике по географии. Как-то быстро промелькнуло время, скоро опять новогодний праздник… Помнишь, ровно год назад мы и познакомились?
Старший, не запамятовал ли ты о наших с мамой намерениях? На зимних каникулах обязательно приедем, так что готовься! Мы тоже готовимся!
Никогда не забывающие тебя
Оки и ее мама
P.S. Цезай тоже о тебе помнит, только ему не до писем. Хлопот — по самые острые уши. Недавно в наш дом переехали две новых семьи котовладельцев и, конечно, дело собачьей чести — поставить котяр на место.
конец документа
Саракш, Островная империя
Черный Пояс, о. Бацуза, город Цугазай
Цугазайские Новостройки, Голубиная улица, дом 19, кв. 31
8 часов 65 минут, 4-го дня 1-ой недели Красного месяца, 9591 года от Озарения
— Кто с кем поссорился? Ты с женой?! -Всеслав ошеломленно уставился на Даццаху Хо. Тот подавленно кивнул.
— Глубинный боже! Но как, скажи на милость, это вообще возможно? Мне казалось, что вы — идеальная пара и прекрасно понимаете друг друга. Во всяком случае, оба очень терпеливы и снисходительны к недостаткам друг друга.
— Я и сейчас так считаю. -ответил Хо. -Все верно, но видишь ли…
Он помолчал, барабаня пальцами по столу. Выглядел Даццаху Хо непривычно: был каким-то неуверенным, нервным, избегал встречаться с Всеславом взглядом. Наконец, совершенно невероятными казались его трехдневная щетина на обычно идеально обритой голове и красные от бессонницы глаза.
— Видишь ли, виноват один я. Так получилось, что сразу навалилось много неотложной и сложной работы. Замотался. Ну, не молод все-таки, устал… Сорвался, наорал на нее. Впрочем, не в том дело.
Хо опять замолк. Он явно хотел что-то сказать и не знал, с какой стороны подступиться. Оглядывался по сторонам и почему-то его особенное внимание привлекали электрические розетки, торшер и люстра.
— Я приехал, потому что мне нужно было отвлечься. -внезапно провозгласил он, пристально уставившись на матовые стеклянные цилиндры торшера.
Всеслав окончательно перестал что-либо понимать.
— Может рома налить? -неуверенно предложил он.
— Нет. Пойдем, подышим, а? -предложил Хо. -Проводишь меня до остановки. Пора домой, буду восстанавливать семейный мир.
С полуночи зарядил мелкий дождь и без перерывов моросил до вечера. Чувствовалось, что он вообще не закончится в ближайшие сутки. Во дворе сегодня вообще не было ни души. Но, предложив прогулку, Даццаху как-то изменился, словно принял некое решение.
Чувствовалось, что он вообще не закончится в ближайшие сутки. Во дворе сегодня вообще не было ни души. Но, предложив прогулку, Даццаху как-то изменился, словно принял некое решение.
— Может, останешься переночевать? — на всякий случай предложил Всеслав.
— Какое там! Завтра с утра намечена раздача административных подзатыльников моим нерадивым подчиненным. Знаешь ли, репрессии нельзя откладывать, это разлагает подчиненные тебе массы трудящихся.
— Тогда идем.
Шурша плащами, они спустились по лестнице и вышли под морось. Ночное небо забыло о полагающемся ему вишневом оттенке и было безнадежно чугунным, словно где-нибудь над хонтийскими равнинами.
— Веришь в предчувствия? -внезапно быстро спросил Хо.
— Какие? -удивился Всеслав.
— В плохие, само собой. — мрачно ответил Даццаху. -Хорошие обычно не сбываются, на них можно вообще не обращать внимания.
— Н-ну, как сказать… В общем, верю.
— Правильно делаешь. Вот у меня на днях появилось очень сильное предчувствие, что ты столкнешься или уже столкнулся с нешуточными неприятностями.
Всеслав насторожился.
— С какими?
— Кабы знать! — раздраженно буркнул Хо. -Бытовая травма или там (храни Глубинный!) еще что-нибудь в том же роде — это, конечно плохо, но все-таки полбеды. И потом — на все промысел богов, от положенной в жизни по статистике порции гадостей никто не застрахован. Не обидно хотя бы. А вот, если неприятности проистекают от людей, это уже куда хуже. Так что я приехал, чтобы поделиться опасениями и предостеречь.
— Но от чего, гацу ба-дацу?
— Не знаю! Может быть даже не «отчего», а «от кого».- Даццаху Хо впервые за время встречи посмотрел Всеславу в глаза и всё так же торопливо повторил: -Не знаю! Предчувствие. Только прошу, будь пару ближайших недель, ну… пособраннее, что ли, повнимательнее. Поосторожнее, в общем. Ага, вот и транспорт.
Скоростной трехвагонный трамвай, разбрызгивая воду и время от времени прыская искрами из-под колес, лихо подкатил к остановке.
— Бывай! -Хо откинул капюшон плаща, крепко пожал руку Всеславу. -Помни о сказанном. И звони сразу же, если вдруг что-то стрясется. Слышишь — сразу же! Если что-то стрясется!
— Обязательно. -ответил Всеслав. -Спасибо.
Он стоял и смотрел, как рубиновые огоньки трамвая исчезают в темноте. Ай да Даццаху! Что это с невозмутимым работником службы социального контроля? И потом, он явно не хотел разговаривать в квартире. Случайно, или?..
Всеслав возвращался, сунув руки в карманы мокрого плаща и старательно обходя блестевшие отражениями фонарей лужи. Быть может, инспектору стало известно о каком-то нечаянном проступке Бидзанби Да? Служба мешает предупредить открыто, а дружба обязывает это сделать хотя бы в завуалированной форме.
Всеслав мысленно перебрал все свои действия за последние два месяца. Нет, гражданина Бидзанби решительно ни в чем предосудительном упрекнуть нельзя. Не нарушал, не преступал, не умышлял, не посягал, не покушался. Может быть, подозрения по поводу законности доходов? Нет, как раз с этой стороны все чисто. Все строго документировано, налоги не уплатить просто невозможно. Преподавательское жалование, доплаты за подготовительные курсы для абитуриентов, гонорар за изложенную на эм-до сказку о «Винни-Пухе» («Енотик Биддзи-Буг и все-все-все», издательство «Детская книга», тираж 125 000 экз.), два гонорара от телевидения Желтого Пояса за разработку идей игровых передач.
Тогда что же?
Вот и подъезд. За ручку держался и неловко пытался открыть дверь покачивающийся мужчина средних лет. Пьяный? Не похоже. Да это же сосед по лестничной площадке!
— Могу помочь?
— Если не трудно. -врастяжку выговаривая слова, ответил тот. -Мне нехорошо и, кажется, одному подняться по лестнице не получится.
