Он исходит от принципа Безраздельного Принудительного Улучшения. Он то и отталкивает многих подобно тому, как запах лука не нравится многим людям, прекрасно осведомленных о великолепных вкусовых и лечебных свойствах этого овоща.
Безраздельное Принудительное Улучшение мы определим как неограниченную готовность общества\государства применять любые (даже несообразные со стандартными нормами общежития) средства для достижения некой цели, значимой и желанной самой по себе. У каждой личности с детства формируется (у кого более успешно, у кого — менее) представления о правилах общежития. Время от времени для мелкого усовершенствования этого самого общежития приходится нарушить эти правила. Нарушают их личности только в самом крайнем случае, памятуя о возможной затрещине со стороны раздраженного общества. Во всех иных случаях куда как выгоднее выкрутиться, не нарушая, хотя бы и ценой повышенных вещественных или денежных потерь: жертвуй количеством, чтобы не потерять качества.
Логика же проводимого обществом и государством Безраздельного Принудительного Улучшения основана на радикализме: нарушать стандартные нормы общежития быстро, все сразу, не считаясь с ценой, лишь бы добиться улучшения. Боюсь исказить формулировку Достоевского, но все-таки: Безраздельное Принудительное Улучшение — не признание «права» на дела, несовместимые с правилами общежития, но даже требование творить зло при достижении любых признанных благими целей.
(Комментарий сотрудника КОМКОНа-2: «Старо, как само человечество: «Цель оправдывает средства.» Сомневаюсь, чтобы это не было известно Черной Пешке. Тогда отчего же он столь многословен?»).
Подвожу итог. В самой по себе «сверхценности» как таковой ничего ни отрицательного, ни положительного нет. Она вне биполярных норм морали. Она вообще внеморальна. «Сверхценность» может быть и гуманистической, основанной на принципе равенства («Всем сестрам по серьгам»), и антигуманистической, опирающейся на Безраздельное Принудительное Улучшение и принцип справедливости («Каждому свое»).
(Комментарий сотрудника КОМКОНа-2: Угу. Ясно. Гуманистическая Земля и антигуманистическая Островная империя на Саракше. Два зеркально симметричных объекта — отличаются и вместе с тем неотличимы. А по мне, так что пнем об сову, что совой о пень… Но все-таки: что стряслось с нашим агентом?).
[1] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume1701\file08\p21)
[2] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume1777\file0543\p1)
[3] Дж. Ли: «Между тем, у меня лично создается впечатление, что с информацией, исходящей от Пешки, никто даже не собирается сколько-нибудь серьезно ознакомиться…» БВИ.
Ли: «Между тем, у меня лично создается впечатление, что с информацией, исходящей от Пешки, никто даже не собирается сколько-нибудь серьезно ознакомиться…» БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume1701\file08\p21) См. Ход 29 «Черной пешки»
[4] БВИ. Архив документации КОМКОНа-2 (GPI:\\СС2-Archiv files\volume1777\file0543\p1)
[5] Ах, какой восхитительный булыжник в огород Геннадия Комова! В аккурат по его главному парнику!( Сяо Жень)
[6] Умница, комментатор!( Сяо Жень)
[7] Естественно, что братья Стругацкие, подвигнувшие меня на написание «Черной Пешки» не знали и не могли знать содержания письма моего деда. Но зловеще показательно смысловое сближение предложенного ими термина «Мир Полдня» с «миром Предназначения» у В. Лунина. (Сяо Жень)
[8] В тысячный раз восхищаюсь прозорливостью неизвестного комментатора письма моего деда! (Сяо Жень)
ХОД 34
Саракш, Островная империя
Желтый Пояс, о. Цаззалха, город Хадзеса
Морской порт
8 часов, 1-го дня 1-ой недели Бирюзового месяца, 9591 года от Озарения
— Покажи билет. -вдруг попросила Ага.
— Зачем? -удивился Всеслав.
— Просто так.
Он протянул сине-голубые листочки, свернутые гармошкой. Ага невидяще посмотрела на них, машинально сложила вдвое и хотела было согнуть еще раз.
— Видишь, взял маленькую одноместную каюту первого класса. -Всеслав осторожно вынул билет из дрогнувших пальцев Аги, уложил его в паспорт, спрятал во внутренний карман кителя, -Обошлось в несколько раз дороже, зато, по-моему, куда удобнее, правда?
— Не знаю. Ни разу не плавала на таких больших теплоходах. -тихо ответила Ага, -К Белому Поясу ходят совсем другие суда, а в Черный я никогда не выбиралась. Обычно папа и мама сами оттуда ко мне выезжали.
— Может быть, теперь изменишь своим привычкам? -осторожно спросил Всеслав, -Родители ведь тоже живут на Бацузе?
— Там.
— Вот и приезжайте с Оки к ним и ко мне. Буду всегда рад вам.
— В гости?
— Нет, никто ведь не скажет «погостить», когда собираются к родителям, правда? Говорят: «побывать дома». -сказал Всеслав, стараясь не встречаться взглядом с Агой.
— Говорят…
— А где Оки?
— Сейчас подойдет. Попросила разрешения сходить с твоей квартирной хозяйкой в универмаг на площади.
— Сегодня она с утра на ногах. -покачал головой Всеслав, -Устанет ведь, упрямая девчонка. Хорошо хоть отговорили щенка с собой взять. Совсем бы из сил выбилась.
— Вот они.
Стеклянная дверь зала ожидания распахнулась. Вошли пожилая женщина и коротко стриженая худенькая девочка, прижимавшая к себе яркую большую картонную коробку.
— Что-то купили. -заметил Всеслав.
— Догадываюсь, что именно. -отвечала Ага.
— Старший, -торжественно сказала Оки, -конечно, я не могу подарить такого же хорошего зверя, какого подарил мне ты. Но пусть будет хотя бы этот.
В картонке оказался симпатичный плюшевый енот со священной горы Гэ. На его распашонке было вышито: «Мы тебя любим!» Всеслав повернул игрушку, сработала упрятанная внутри «ворчалка».
— Спасибо, милая моя! -растроганно сказал Всеслав и чмокнул девочку в щеку, -Именно о таком я и мечтал, но не знал, что их делают.
Придется теперь ему сидеть на диване и ждать.
— Чего? -удивилась Оки.
— То есть как «чего»? Кто же будет с ним играть? Мы уже почти условились с мамой, что вы приедете на каникулы или, по крайней мере, она отправит тебя к дедушке и бабушке. Ну, и ко мне, естественно. Верно, Ага?
— Верно…
— Чтимые отплывющие рейсом номер «гу сто двенадцать ноль сорок четыре», пассажирско-туристический теплоход «Сияющий», просим приступить к поясной регистрации. -с казенной убедительностью проворковали громкоговорители, -Посадка начинается через десять минут.
Всеслав подхватил чемодан и сумку.
— Пора. -грустно сказал он. -Давайте прощаться.
— До свидания, дорогой мой. Дайте-ка поцеловать вас. -сказала его квартирохозяйка, -Вы замечательный жилец! И на моего сына похожи, к тому же. Эхе-хе, на Бацузу мне уж не выбраться — годы не те, тяжела на подъем. А вот если вновь к нам надумаете, милости прошу. Живите, сколько угодно, и ни о какой оплате не заикайтесь! Не забудьте пакет с пирожками.
— Да куда мне! -запротестовал Всеслав, -На корабле трехразовое питание!
— Такое же вкусное? -с презрительным сомнением спросила старушка.
— Нет. -мгновенно ответил Лунин и уложил пакет в сумку.
— А это от меня. -Ага протянула продолговатый сверток. -В каюте откроешь.
Она быстро обняла Всеслава и почти оттолкнула его.
— И знай, что я не просто благодарна за жизнь Оки. Ты…
