Пюре из сушеного картофеля с жареной рыбой и овсяный «кофе» на завтрак вызвали у многих счастливые слезы на глазах…
Сейчас отряд шагал по вечернему лагерю мимо освещенной прожекторами виселицы. Под ней на табуретах стояли со связанными руками и с петлями на шеях трое провинившихся «дзэ-зеленых». Их поставили здесь с утра и отпустили столько жизни, сколько удастся выстоять. Ноги четвертого смертника уже подкосились, так что теперь он висел над поваленным табуретом. Казнимые безучастно смотрели поверх голов «выпускников». Те, в свою очередь, не обращали внимания на «зеленых». Рядом с виселицей на аккуратно подстриженном газоне лежала голая женщина с безумными глазами из отряда «дзэ».
Рядом с виселицей на аккуратно подстриженном газоне лежала голая женщина с безумными глазами из отряда «дзэ». Серое скомканное рубище валялось рядом. Ее ноги были широко расставлены. Охранник, сняв штаны, насиловал ее. Рядом, позёвывая, стоял унтер-офицер.
На вечерней поверке (куда можно бежать с островка, окруженного океаном?!) Хацуко Зо после переклички сообщил, что в час ночи состоится посадка части отряда на прибывший пассажирский дизель-электроход. Среди уезжающих были только владельцы желтых паспортов. Их тут же увели получать сухой паек на дорогу.
В углу Гурон невесть где добытым обрывком шинельного сукна наводил блеск на сапоги. Всеслав присел рядом, глядя в сторону.
— Давай прощаться. — прошептал Абалкин. -После подъема поговорить уже не удастся. Меня переводят в казармы береговой охраны. Пока на Цузуе и без чина, но, полагаю, очень скоро… кхм… выслужусь и переведусь. А как ты?
— Еще не знаю. Молчат. Что ж, удачи тебе, Лёва, и скорой связи.
— Тебе тоже. Прощай. Увидимся.
Но они больше не встречались.
Саракш
Островная империя. Белый пояс. Остров Цузуй.
Карантинный лагерь «Возрождение»
05 часов, 10-го дня 2-ей недели Оранжевого месяца, 9590 года от Озарения
— Бывший номер Ха-82\11, а теперь гражданин Бидзанби Да, если не ошибаюсь?
— Так точно… -Всеслав замялся, не зная, как обращаться к поджарому бритоголовому мужчине средних лет, с широкими плечами и большими крепкими кистями рук. Лицо было уверенным и чуть насмешливым, слегка смуглым, серо-голубые глаза — с прищуром. В углу рта пускала струйки ароматного дыма деревянная с серебром трубка. Он восседал прямо на столе рядом с письменным прибором, положив ногу на ногу, облапив колено сплетенными мосластыми пальцами. На нем отлично смотрелся штатский костюм точно такого же покроя, что и на Всеславе, но из куда более дорогой и качественной ткани. Да и зеркально начищенные ботинки тоже выглядели не дешевыми.
Собеседник Лунина едва заметно вскинул бровь, потом, очевидно поняв заминку, кивнул:
— Да, разумеется… Можете называть меня в зависимости от расположения, настроения или просто по ситуации. Как пожелаете. Официально — брат инспектор. Полуофициально — чтимый Даццаху Хо. Доверительно — просто Хо. Не возражаете, Да, если я сразу буду обращаться к вам по имени?
— Никак нет… брат инспектор. -осторожно сказал Всеслав. -Осознаю свое положение.
— Ну-ка, ну-ка! -заинтересовался Даццаху Хо. — Каково же оно?
— Подчиняюсь вам.
Даццаху удивился.
— Глубинный Боже, да с какой же стати?!
— Предполагаю.
— Нет уж, давайте сразу внесем ясность -решительно предложил Даццаху. — Какое-то мифическое подчинение существует исключительно в вашем воображении. На стартовые права гражданина Бидзанби Да никто не посягает. Вот пакет с документами. Берите паспорт и… Ого! И аттестат о полном десятилетнем образовании! Деньги также прилагаются, сумма небольшая, но на первое время вполне хватит. Тут — проездные документы. Запамятовал, когда приходит следующий корабль, но можете беспрепятственно сесть на него и отправляться. Кстати, обратите внимание: это талон на место в общежитии в любом городе на любом острове Черного Пояса. Уверен, что везде, куда бы вы ни приехали, проблем с трудоустройством не будет.
Инспектор Даццаху соскочил со стола и пересел на подоконник. Неудобные насесты он явно предпочитал стульям.
Однако! -он внушительно воздел зажатую в жилистой руке трубку, -Если заинтересуетесь моим предложением, вы могли бы начать жизнь и деятельность в Империи, сотрудничая со службой социального контроля. Мне — инспектору второго ранга этой службы, требуется помощник. Работа — разъездная, быть может, хлопотная, но есть перспективы роста. Или вы — существо оседлое, склонное к хлопотливому витью гнезда? Возможно, тяжёлое на подъем? А, быть может, есть какие-то другие мотивы для отказа от предложения? Подчеркиваю — предложения! Ни о каком давлении на вашу волю и речи идти не может. Нужно время для размышлений?
Лунин быстро оценивал обстановку. Кажется, следовало соглашаться.
— Разрешите задать три вопроса?
— Сколько угодно. -кивнул инспектор.
— Много ли времени придется проводить в поездках? Справлюсь ли я с поручениями, характера которых пока совершенно не представляю? Смогу ли я в дальнейшем сменить род занятий?
— На все вопросы ответ будет утвердительным. Первое: уже сейчас в плане стоит посещение острова Казхук, вслед за тем намечен вояж на базу номер-не-помню-какой в Белом Поясе, впоследствии еще, еще и еще… Второе: вы производите впечатление очень эрудированного и способного человека. Полагаю, на вас можно успешно перевалить часть моих функций и вы их успешно выполните. Третье: при желании переменить место и характер работы никаких препятствий не возникнет, прошу лишь сообщить заранее, чтобы я успел подыскать замену.
— Согласен.
— Прекрасно. -рукопожатие инспектора было железным. Кажется, чиновник не забывал о тренировочном зале. -Тогда прошу ознакомиться с текстом трудового договора и расписаться здесь, здесь и здесь… Нет-нет, ниже. Великолепно. Теперь о заданиях для моего помощника на сегодня. Знаете, где находится отдел снабжения? Получите там свой аванс и, если не ошибаюсь, продовольственный паек. Потом можете заглянуть в местный военторг и приобрести то, что сочтете необходимым. Выбор тут, разумеется, не ахти какой, но главное в ассортименте имеется. Ровно в 6.00 жду вас здесь же, и мы отправляемся на причал.
Саракш
Островная империя. Белый пояс. Остров Цузуй.
Карантинный лагерь «Возрождение»
06 часов, 10-го дня 2-ей недели Оранжевого месяца, 9590 года от Озарения
Выбеленные кирпичи на красном фоне складывались в руны. Из рун выстраивались слова «Справедливость и Разум». В караулке у ворот отчаянно скучали береговики. Инспектор протянул десятнику свои документы, потом то же проделал Всеслав. Начальник караула внимательно исследовал их и дежурно отсалютовал:
— Гладкого моря и быстрого пути!
— Спасибо, -ответил Даццаху Хо, -счастливо оставаться. братья!
Заныл электромотор, оттягивая полосатую створку выходных ворот и Лунин вслед за инспектором покинул лагерь «Возрождение». Он непроизвольно оглянулся, когда створка, зудя, закрылась.
Даццаху Хо споро вышагивал по влажному после дождя асфальту в направлении к приземистым постройкам причала. Там было пришвартовано с полдюжины патрульных катеров, один, с поднятым черно-желто-белым вымпелом, пыхтел дизелем и выбрасывал вонючие выхлопы.
— Нам сюда.- сказал Даццаху. -Катер доставит нас к стоящему на рейде легкому крейсеру, а уже на нем предстоит добраться до острова Казхук.
