Напа подумала, потом гордо произнесла:
— Я самый лучший вычислитель, потому, как у гномов голова каменная. Мы по своему костному содержимому близкие родственники алмазов, графита, угля, силикатов и многих других драгоценных минералов, — Напа оглядела высящиеся вокруг нее спины научной общественности. Фриолар черкал карандашом, правя речь. Далия куда-то пропала. Ожидание было невыносимым. — А чем таким мэтр Гийом занимается?
— Временем, — ответил мэтр Мартин и пояснил: — Я, собственно говоря, в этом полный профан. А у Ги очень интересный взгляд на проблему сжатия, свертываемости и исчисления времени. Периодичности, амплитуды изменчивости, смены фаз, взаимодействия с характеристиками объекта и субъекта… Всё это крайне сложно, я, признаться, в натурфилософии не силён. Тише, Напа, кажется, начинается.
Размашистыми быстрыми шагами в зал заседаний вошёл господин заместитель ректора. Мэтры и мэтрессы, повинуясь выработанному в студенческие годы рефлексу, мигом спрятали под мантии всё, что держали в руках, и по залу поплыл легкий аромат подпаленных недокуренными сигаретами алхимических мантий.
Госпожа Гиранди, наоборот, взяла блокнот и орлиное перо на изготовку, рвясь конспектировать речь начальства.
Начальство было разгневано. Следом за ним, прихрамывая и теряя домашние тапочки, бежала крайне растрепанная девушка в грязной мантии, из-под которой проглядывала не очень новая ночная сорочка.
— Мэтр!.. Мэтр Гийом!.. — пыталась она что-то сказать. Узнав Далию, Фриолар в крайнем изумлении перестал вносить правки в свою речь.
— Хватит!! — вспылил господин и.о. ректора, солидно громыхнув кулаком о стол. — Вон!!!
Мэтресса Далия потупилась, обнаружила вокруг себя коллег, и, вынужденная признать — временно, исключительно временно, — свое поражение, отступила на пару шагов.
— Дамы и господа, — срывающимся злым голосом начал мэтр Гийон, усаживаясь в председательское кресло. — Объявляю заседание Большого Ученого Совета Университета открытым. Первый вопрос повестки дня — увольнение мэтрессы Далии.
Вздох изумления прокатился по залу.
— Но первый вопрос, — подала голосок мэтресса Долли, сверяясь с каракулями в своей тетрадке. — Отчет мэтрессы Розаны по исследованию физиологии гормональной системы кентавров…
Гийом еще сильнее стукнул кулаком по столу, и Долли обиженно заткнулась. Господин заместитель ректора поднялся во весь свой немалый рост. Вид его резко контрастировал с растрепанным чучелообразным нарядом Далии: черная мантия и.о. ректора была новенькой, шелковой, хорошо выглаженной, сияла золотым кантом по воротнику и манжетам, бородка мэтра, в отличие от кос мэтрессы, была ровно подстрижена, лицо умыто…
— Мэтрессу Далию следует уволить из состава научных кадров Университета Королевства Кавладор за систематическое нарушение дисциплины, за…
— Меня — уволить? — не поверила своим ушам Далия.
— За попытку шантажа уважаемого мэтра Никанта, за рукоприкладство, за…
— Уволить Далию? — не верил услышанному Мартин. Напа в волнении подскочила и встала на стул.
— За оскорбление словами и действием, за вашу постоянную ложь, за появление в непристойном виде!.. — ярился мэтр Гийом.
Не стоило ему этого говорить, подумал Фриолар. Еще ни одна дама от сотворения мира не снесет оскорбления, что она, дескать, солгала. Не выносят дамы такой жуткой правды, конституция у них слабенькая…
Хоть и была Далия в неприлично-непристойном виде, но язычок у нее во время лазания внутри стен Университета пострадать не успел, что она тут же, не теряя ни секунды, поспешила продемонстировать:
— Ложь??!! Я — лгу?!!! — закричала оскорбленная мэтресса. — Когда это я лгала?!!! Когда это я хотя бы раз сказала неправду!!!! Клевета!
Мэтр Гийом вышел из-за стола, чтобы встать с недостойной коллегой лицом к лицу.
— То есть, я — и вы, уважаемые дамы и господа, — пригласил он присутствующих быть свидетелями, — должен поверить, что кто-то, будучи в здравом уме и твердой памяти, заберется в вентиляционные шахты Университета, чтобы там исследовать разум?!
— А что в этом такого? — подбоченилась Далия. — Чем плоха экспериментальная установка?! Зато никто не посмеет утверждать, что я эту идею у кого-то украла или воспользовалась чужими результатами…
— И вы… — мэтр Гийом от злости едва не потерял голос. Потряс над всклокоченной головой Далии кулаками. Обернулся к оторопевшим присутствующим, объясняя свое негодование: — Эта девица посмела сказать, что она хочет запустить в печные трубы и вентиляционные шахты мелких животных, чтобы исследовать особенности их разумного поведения в сложных кризисно-безвыходных ситуациях!!
Кто-то из мэтров поконсервативнее тут же нахмурился и начал обсуждать, что такое новаторство до добра не доведет.
— И ЭТО — прорычал мэтр Гийом. — Она называет «Разумом»?!!
— Да что ты в сапиенсологии понимаешь…? — вспылила Далия. Близсидящие расслышали и слово «Кабанчик». Но мэтр Гийом своим командирским голосом заглушил оскорбительное прозвище.
— Вы уволены! Вон из Университета! Своим присутствием вы оскорбляете Науку! Пугало!!!
— Я — «пугало»?!! — взбесилась мэтресса. Она рванула к бородке Гийома, намереваясь выщипать ее по волоску, чтоб уравнять, так сказать, их шансы во внешности, но кто-то решительный обхватил ее сзади и отпихнул в сторону.
— Позвольте высказаться, уважаемый мэтр Гийом. — проговорил непрошенный защитник, появившийся из ниоткуда. — Так уж получилось, что я долго общаюсь с мэтрессой Далией и частично в курсе проблемы.
— Да! — рявкнула из-за спины Фриолара Далия. «Развратница!» — подала было голосок госпожа Гиранди, но мэтресса Долли ткнула ее в ребра, и секретарь ректора отложила оглашение комментариев до начала прений.
— Понимаете, — успокаивающе развёл руками алхимик перед лицами и очками своих собратьев. — Далия еще летом обсуждала вышеупомянутую идею. Мы пытались ее отговорить…
— Да! — подтвердила Далия.
— Но мэтресса жизнь готова отдать ради Науки!
— Да!
— И то, что она, рискуя здоровьем, провела эксперимент на себе — ты же провела, Далия? — уточнил Фриолар, и мэтресса размашисто кивнула.
— Это, наоборот, доказывает ее научную квалификацию и… э-э… осмотрительность, потому как теперь мэтресса уверена, что крыс в вентиляцию Университета напускать не стоит.
— Нет! — охотно подтвердила Далия. — Ты прав, коллега.
Автоматически Далия приняла позу опытного лектора: рука полусогнута и ненавязчиво жестикулирует, другая за спиной крутит дули, спина выпрямлена, голова поднята, взгляд устремлен в никуда…
— Когда я стояла на четвереньках над аудиторией 32 «бис»… — начала сообщать научные выводы Далия, но Гийом невежливо ее прервал:
— ВОН!!! Вон из Университета, ты… — он затопал ногами, не в силах подобрать нужной формулировки. Нашел. — ДУРА!!!!
По залу заседаний смертельным вирусом начала распространяться тишина.
— Я — «дура»? — спокойным тоном переспросила Далия. Потом метнулась, как серая потрепанная ворона к лицу мэтра Гийому. Фриолар — на этот раз с большим трудом, — перехватил разъяренную алхимичку на близких подступах к вожделенной вражеской бородке.
— Сам дурак! — ярилась Далия.
— Сударь, извинитесь перед дамой, — степенно и солидно проговорил Фриолар.
