И тут, как на грех, выяснилось, что никак не удается найти бригаду строителей, которые бы располагали благоприятным гороскопом, обещающим счастливое завершение стройки.
Хорошо, уныло согласились маги. Но стены возведем повыше, — ага! сделаем невидимыми все двери, чтоб только маги выше среднего уровня… и, ладно, пусть их, мистики, ведущую праведную жизнь, могли отыскать дорогу!
Так как громких возражений не последовало, маги и священники перемигнулись, вздохнули, не стали спорить, и согласились, что идея неплоха. Надо строить.
И тут, как на грех, выяснилось, что никак не удается найти бригаду строителей, которые бы располагали благоприятным гороскопом, обещающим счастливое завершение стройки. Стоило появиться очередной группе вооруженных деловым энтузиазмом, лопатами, отвесами, мастерками и циркулями гномов, будто бы из-под земли (пардон за каламбур) возникали шустрые астрологи, скороговоркой озвучивали свои предсказания — этот свернет шею, тот сломает ногу, в раствор упадет белая ворона, с вас семнадцать золотых, и я скажу, сколько любовников у вашей жены, — и скрывались от возмездия.
Другими словами, собственного здания Министерство Чудес так и не получило, поэтому его величество на время предоставлял магам, заклинателям, предсказателям и святым братьям (да-да, и сестрам, конечно же!) одну из своих резиденций. Благо, короли Кавладора никогда не страдали от жадности.
Его величество Лорад Восьмой вообще разрешал Министерству Чудес хранить отчеты и проводить производственно-магические совещания в Королевском Дворце — король, занятый войнами, там редко появлялся. При короле Гудеране работников Министерства попросили переехать сначала в замок Фюрдаст, — летнюю королевскую резиденцию. Потом, когда подросли малолетние принцессы Анна, Дафна и наследник кавладорской Короны Арден, королевское семейство стало проводить в Фюрдасте самое жаркое время года, а «чудикам» отдали Охотничий замок в предместьях Талерина. Всё равно, король Гудеран охоту не слишком жаловал, а Роскар и без замка прекрасно охотился на всё, что рычало, кусалось или рогатело не по-детски.
Итак, мэтр Лотринаэн, не взирая на протесты Далии, телепортировал алхимичку в Охотничий замок. И нечего так ворчать! Вот гляди — природа, листья зеленеют, дубы растут, белочки по веточкам скачут… хочешь поохотится? Вот арбалет. Бери, я сейчас высвистаю жертву. Олень тебе подойдет?
— Что, долго думали, как принца Роскара от этих мест отвадить? — хмуро уточнила Далия, когда Лотринаэн чуть ли не силком вложил в руки дамы оружие, издал условный свист, и на полянку перед замком вышла трепетная (в биологическом смысле) лань. Лань проникновенно смотрела огромными печальными глазами на «охотницу», и Далия чувствовала, как у нее в желудке сворачивается грустной слезой съеденная на завтрак ветчина.
Полуэльф захихикал и, взяв посох, как копье, под мышку, проводил Далию наверх, в приемную патронессы Министерства Чудес, ее высочества Ангелики.
Фантом-секретарь, колыхающийся на сквозняке лиловым сгустком, тихим голосом предупредил мэтрессу посетительницу, что придется немного подождать.
Ну что ж, пожала Далия плечами. Подождем.
До полудня мэтресса гуляла по коридорам Министерства — в отличие от Министерства Спокойствия, здесь половина коридоров заканчивалась тупиком, а сотрудники летали сквозь стены. Правда, так же не обращали внимания на посетителей. На правах принадлежности к алхимикам — патронируемому Министерством Чудес сословию — Далия изучала плакаты, развешенные в приемной принцессы и на дверях соседних кабинетов. Изготовлены плакаты были — некоторые из бумаги, некоторые — из очень хорошей, плотной бумаги, на которой текст читался, а не висел в воздухе, издеваясь над законами тяготения; а некоторые лозунги были созданы магически и перемигивались искорками с читателем, превращаясь в желтые рожицы и расплываясь жизнерадостными улыбками.
Потом Далия решала загадку, что означают железные решетки, которыми украшен Охотничий замок? Как-то странно! Решетка, перекрывающая вход в крепость, или даже подъемные ворота — это понятно, а здесь… Лотринаэн, смущенно, озираясь по сторонам, прокомментировал шепотом: понимаешь, мэтресса, иногда в Министерстве Чудес случаются… э-э… внутренние разногласия. А решетки крепкие и вмонтированы в каждый поворот. Пока металлические прутья расплавятся, пока то да сё — сцепившиеся по очередному магически-мистически-чудесному вопросу «коллеги» успеют помириться. Или запас Силы израсходовать, а без Силы много не навоюешь… И астрологов, опять же, иногда просто жалко «Лесным рогом» гвоздить… нет, не угадала — «Лесной рог» — это такое заклинание Четвертого Начала, издающее очень громкий долгий низкий рёв, его иногда еще «Ревунчиком» называют, от него стены трясутся, а если энергии побольше вкатить — можно даже камни крепостей дробить. А ты чего подумала? Далия, может быть, объяснишь, что смешного ты нашла в обыкновенном звуковом резонансе?
Где-то к часу дня мэтресса заскучала. Да и наряд, выбранный в спешке, доставлял неудобства. Сказать по правде, Далия мечтала появиться перед очами Большого Начальства во всем блеске — новенькой шелковой мантии, в новеньких туфельках, с прической… Зря, что ли, госпожа Нийя Кордсдейл в прошлом году подарила Далии очень красивые серебряные шпильки для волос? И вот, здрасте, приехали! На шпильках обнаружились отпечатки напиных зубов, шелковую мантию пришлось спешно гладить… Ворочая тяжелым утюгом, мэтресса поняла, насколько заблуждается, решив предстать красивой и счастливой алхимичкой перед унылой и безрадостной патронессой. Пришлось начать процесс одевания заново.
Отыскать старую мантию, с плохо застиранным чернильным пятном… эй, где же она? Блин, Напа! Навела гномьи порядки! Увы, Лотринаэн торопил, и Далия была вынуждена пойти другим путем. Чтобы ухудшить свой внешний вид, она сбегала к Джое, воспользовалась пудрой девушки, перешнуровала платье, совершенно исказив очертания фигуры, и даже надела синие хлопковые чулки. Конечно, под мантией и платьем не видно — но поверьте, Далия их чувствовала.
К двум часам дня Далия поняла, что чулки — это самая страшная пытка, придуманная человечеством. В шелковой мантии было жарко, да и шелк давно помялся, пудра с мэтрессы осыпалась, прическа растрепалась — никаких карандашей не хватало, чтобы вернуть ей пристойный облик… О боги, да где же эта принцесса?! Лотринаэн телепортировался куда-то, как уверял позже — в собственный кабинет, заниматься жутко важными магическими делами, хотя Далия начала подозревать, что у него какая-то интрижка с милой магэссой Хлоей — сапиенсологиня как-то имела счастье поспорить с ней относительно природы человеческого Разума.
Чтобы отвлечься и не скучать, Далия принялась рассеянно просматривать единственное присутствующее в приемной патронессы Министерства чтение — серые листочки с полуслепым текстом. Сие творение называлось «Вестник Ч-ситуаций», издавалось раз в месяц и повествовало о разнообразных чудесах, случившихся в Кавладоре и соседних землях. Выходила в белый свет газетенка обалденным тиражом — пять экземпляров: для короля, министра Спокойствия, министра Золота, придворного мага, [13] и вот — для приемной Министерства Чудес.
