Фриолар торопливо перевернул картину изображением к стене. Изнанка холста несколько раз дернулась — Далия взвизгнула — и успокоилась.
— Получилось? — испуганным шепотом спросила алхимичка.
— Не знаю. Надо проверить.
Алхимики помолчали.
— А как? — поинтересовалась Далия.
— Повернуть, посмотреть.
— Ну, давай, переворачивай, — скомандовала Далия.
— Может, лучше ты? — нахмурился Фриолар.
— Фри-Фри! Я всего лишь слабая женщина! — грозно напомнила Далия. Пришлось Фриолару, скрепя сердце, подойти к тяжелой раме, осторожно заглянуть…
— Ну, что ж… — заключил Фриолар, рассматривая художественную группу, застывшую посреди болотного пейзажа. — Бери стул. Помогай вешать на место. Или все-таки позовем Вига, попросим его извлечь пострадавших?
Далия внимательно посмотрела на цинцев. Алхимичке показалось, что долговязый циноманьяк с бородавкой на подбородке ей подмигивает.
— Вот еще… Беспокоить пожилого человека по таким пустякам.
* * *
В таинственно пещере мягко поблескивали груды золота. Солидные сундуки, скромно приподняв крышки, показывали свое нутро — свертки, жезлы, книги, ожерелья, зеркала, посуду и прочее. Загадочно мерцали драгоценности, всё это прочее украшавшие. Кто и как оставил всё это богатство ждать заветного часа в темной далекой пещере? Кто бы ни оставил — он сделал это явно сочувствуя идеям и вере Ордена Ожидания Очередного Откровения Создателя Нашего и т. д., и. т. п.
Брат Опус, бывший библиотекарь Ордена (библиотеку он позорнейшим образом проиграл в «Короля и Звездочета» уже упоминавшемуся секретарю старого мага-исследователя), проплыл классическим брассом из одного конца пещеры в другой. Каждое прикосновение к разбросанным в беспорядке золотым монетам разных времен и правителей, рождало у благочестивого монаха приятное побулькивание в груди. От переполнявшего его счастья брат Опус закрыл на секунду глаза…
* * *
Чудурский лес. Башня
Почтенный волшебник, скрипя больной спиной, добрался до лестницы. Прислушался к тому безобразию, которое творили захватчики-цинцы в его Башне…
— Мэтр главнокомандующий… — послышался рядом робкий голосок суперинтенданта.
— Что, гнома моя? — приветливо обернулся Виг. Прищурился, вспоминая: — Тебя вроде раньше одна была? Я уже выпил, или нынче гномы по весне самостоятельно размножаются?
Напа смущенно улыбнулась, зарумянилась и ласково посмотрела на огненно-рыжего гнома в полной боевой амуниции, стоявшего рядом с ней.
— Это мой жених, Айра из клана Моргенштерн. Представляете, он так по мне соскучился, что прорыл подземный ход из «Алой розы» до самой вашей Башни. А еще он украл все мои послания из Министерства Спокойствия.
— Я хотел, — объяснил свой не очень законопослушный поступок гном. — Увидеть еще раз почерк прекраснейшей Напы.
— Правда, он очень милый?
И гномка осторожно, мило и трогательно стукнулась краешком клыков своего змеиного шлема о круглый шишак, укреплявший думательный орган ее возлюбленного.
— Кстати, мэтр Виг, — спохватилась Напа Леоне. — У вас в подвале происходит что-то очень странное.
— Более странное, чем обычно? — поинтересовался Фриолар, спускаясь на первый этаж. Виг вцепился в надежное плечо своего верного рядового, и они вдвоем поковыляли вниз.
В подвале откуда-то из-под земли все прибывали и прибывали крупные, с фалангу пальца, золотисто-прозрачные муравьишки. Каждый из них нёс на своем горбу золотую монету или какую-нибудь драгоценность. Свалив ношу в уголок, муравьишка тут же с легким хлопком исчезал, но на его месте тут же оказывался другой.
Много ли было муравьев, не известно, но пол в подземелье уже поднялся на пару локтей.
Маг удивленно посмотрел на эту груду золота. Подергал бороду, надеясь таким образом активизировать мыслительные способности.
— Всё в порядке, мэтр, — доложил Фриолар, произведя пристальный осмотр помещения. — Вот все ваши артефакты, — алхимик потряс связкой магических амулетов и шкатулочкой с грубо сработанными фигурками зверюшек. — Думаю, можно давать отбой вашим золотоносным муравьям.
— Да? А Кот мой где? — закапризничал старик. — Эй, вы! — прикрикнул он на волшебных насекомых. — Где мой Кот? Мне Кот нужен! Немедленно несите его сюда!
Муравьиные войска бодро отсалютовали и резво поскакали выполнять приказ. Спустя некоторое время на полу подвала Башни начала сооружаться огромная статуя Кота, сработанная из золотых монет и прочих подручных алмазо-сапфирово-изумрудных материалов.
— Да… — вздохнул Виг. — Что с них взять? Неразумные твари. Не получается у меня с разумом, никак не получается…
Фриолар проводил опечаленного волшебника в гостиную. Там Далия с трогательным выражением заботы и почти натуральным сочувствием выслушала жалобы старика на жизнь и неразумность и поспешила его утешить:
— Не печальтесь, мэтр! Пусть и неразумно, но ведь войну-то вы выиграли!
— А я ее выиграл? — удивился Виг.
Далия утвердительно кивнула:
— Конечно! Вы заманили в ловушку самого главного цинского предводителя. Можете подняться на третий этаж, убедиться в полной его неспособности оказать сопротивление. Вот, — предъявила Далия найденную на лестнице серебряную пуговицу. — Это он просил передать вам в знак капитуляции.
Мэтр пуговице обрадовался. Повинуясь щелчку и шиканью Далии, Напа спешно начала доставку вкусностей:
— Видите, наша героическая суперинтендантская Напа Леоне уже приготовила парадный победный ужин! А мастер Айра обещал салют.
— Но ведь Кота-то мы так и не вернули, — нахмурился Виг.
— Мэтр, — торжественно провозгласил Фриолар, положа руку на плечо своего работодателя. — Позвольте высказать вам прелюбопытнейшее эмпирически подтвержденное предположение: войны начинаются тогда, когда это нужно какому-нибудь неудачнику, и заканчиваются тогда, когда готов парадный ужин и праздничный салют.
— Да? — засомневался Виг. Выполняя коварный план Далии, Напа пронесла нечто румяное и благоуханное прямо под носом волшебника. Маг жадно принюхался и явно оценил прелести мирной жизни.
— И можете смело выбросить из головы всяких там несуществующих грифонов! — заключила радостная Далия.
— Несуществующих?! — всполошился Виг. Фриолар мученически застонал, догадавшись, что вся история имеет реальные шансы пуститься по второму кругу. — Как это — «несуществующих»? его что, опять кто-то украл?
Мэтр срочно телепортировался наверх, в лабораторию, прихватив вцепившуюся в рукав его мантии Далию. Фриолар поспешил своим ходом, перескакивая по четыре ступеньки за раз.
В лаборатории Виг быстренько заковылял к маленькому лабораторному столу, придвинутому к стене. Далия, глаза которой раскрывались все шире и шире, увидела, что на этом столе, в раскидистом и явно рукотворном подобии орлиного гнезда сидит маленький, росточком с курицу, рыжий птенец. Проснувшись от заботливого и радостного курлыканья Вига, птенец открыл клювик (хороший клювик, большой, острый), захлопал еще не оперившимися крылышками, навострил треугольные уши, запищал.
Виг добро и ласково погладил малыша, и тот поднялся на четыре лапки. Лапки, как сумела рассмотреть Далия, были похожи на кошачьи. Только крупнее. И хвостик у птенчика был странноватый — с кисточкой, как у маленького льва.
— А еще у птиц тело покрыто перьями, а у грифонов — плотной шерстью, — добавил ненужный комментарий подоспевший Фриолар.
