— Сокровища! — зарыдал от счастья брат Федус. — Где! Как! Я тоже хочу!
— Там, в пещере, — коротко объяснил Титус. — Брат Опус остался сторожить. А я вот вас нашел. Думаю, надо дать шанс обогатиться благочестивой братии…
Гномы и остальные братья закричали хвалу отцу Титусу и поспешили искать Опуса с волшебной пещерой.
Отец Титус, оставшись в относительном одиночестве, покачал головой, видя кругом беспорядок. Цинцы сбежали так быстро, что позабыли о тюках, поклаже и даже походных палатках. И о спящем сном праведника Лынь По.
— Эй, уважаемый, — осторожно постучал по плечу храпящего пьяницы отец Титус.
Тот проснулся и посмотрел на настоятеля мутным глазом.
— Выпить хочешь? — добро улыбнулся благочестивый монах и протянул приятно булькнувшую фляжку.
— Ага! — согласился Лынь.
— Только уговор: я тебе — выпить, а ты мне — всё, что отыщется в этих тюках, — обвел широким жестом Титус округу.
— Давай! — протянул руку Лынь.
Что удивительно: Титус говорил по-лояйрдски, Лынь По — по-цински, но языкового барьера между двумя пройдохами-праведниками не возникло. Черно-Белый Кот понаблюдал трогательную картину братания и решил не вмешиваться.
* * *
Чудурский лес. Башня
— Ищу, ищу! Уже ищу! — отмахивался Виг от наседавших с обоих сторон алхимиков. Далия вопила, что Фриолар зря нагнетает панику. Фриолар сипло перечислял все неисчислимые беды, которые могут случиться, если заряженными зоологической магией артефактами воспользуется кто-то злой и коварный. Оба столь рьяно отстаивали свою позицию, что только случайно вклинившееся между ними кресло с Вигом мешало вцепиться друг другу в глотки и перевести теоретический спор в материальное, физическое, так сказать, русло.
— Нашел! — подал голос мэтр, и показал появившееся в волшебном зеркале изображение одинокой тележки посреди горного пейзажа.
— Мэтр, — скомандовал Фриолар. — Всё ваше магическо-военное имущество надо срочно вернуть в Башню. Нам только войн из-за амулетов и волшебных колец не достает для полного счастья…
— Хорошо, — согласился волшебник. Потом нахмурился: — А что мой котик? Вы его нашли?
— Делать нам больше неч… — начала возмущаться Далия, но Фриолар невежливо, хотя очень вовремя, закрыл ей рот рукой.
— Нет, мэтр. Не успели.
Мэтр запричитал:
— Он промочит ноги! Простынет! Оголодает! Усохнет с тоски!
— Ваш Черно-Белый Кот? — флегматично-неприязненно уточнил Фриолар. И лицемерно добавил: — Что ж, таковы превратности войны.
— Нельзя быть таким чёрствым по отношению к живому существу! — обиделся мэтр Виг. — Он может погибнуть в любой момент!
— Да? Обещаете? — заинтересовался Фриолар.
— Его может утянуть болото! Утопить водопад! Его могут ограбить! Похитить! Изнасиловать!
— Вашего Кота?!!! Кто рискнет здоровьем…
— Его могут съесть, в конце концов!! Та девица выглядела очень голодной.
Фриолар мечтательно вздохнул. Потом решительно взял себя в руки.
— Первым делом, мэтр, артефакты. А коты и девушки потом.
Виг повздыхал, потом согласился. Кастанул какое-то сложное заклинание.
— Вот. Можете не беспокоится. Сейчас всё, что в этих горах есть сколько-нибудь ценного, будет перенесено сюда.
Внимание Фриолара привлекло что-то странное в левом нижнем углу волшебного зеркала.
— Эй? А эти что там делают?
* * *
В горах Восточного Шумерета
— Нет, ты мне объясни! — шипела госпожа Плющ.
— Нет, это ты мне объясни! — шипела госпожа Крапива.
— Ой, как хорошо! Ай, мы поженимся! Ах, мы все-таки поженимся! — верещала Ой-Ай, удерживаясь за шею своего опекуна и благодетеля — мозг, переполненный бушующей радостью, не мог самостоятельно поддерживать девушку в вертикальном положении.
— Любовь моя! — кричал Фу Ньонг с Ой-Ай на шее, стараясь повернуться к обеим женам лицом и одновременно защитится от их царапок. — Ты все не правильно поняла! Я всего лишь развел их! Это мое право, как главы семьи!
— Ах ты подлый! — зашипела Плющ.
— Ах ты лживый! — не отставала Крапива.
— Клянусь вам! Вот, смотрите, я и кольца с них снял…
— Дай сюда! — закричали все три цинцеянки, и каждая потянула добычу Фу Ньонга на себя.
* * *
Чудурский лес. Башня
— Зачем вы это сделали, мэтр? — отстраненно полюбопытствовала Далия, наблюдая, как десантировавшееся посреди башенной гостиной женское разнокалиберное трио мутузит долговязого цинца.
— Случайно… — покаялся Виг. — Нет, смотри! Я совсем здесь ни при чем, они кольцом телепортнулись. А чегой-то они делают?
Из цинской свалки выпала девушка в красном и экстатически потянулась к растерявшемуся от неожиданности Фриолару.
— Это он! — закричала Ой-Ай.
А чегой-то они делают?
Из цинской свалки выпала девушка в красном и экстатически потянулась к растерявшемуся от неожиданности Фриолару.
— Это он! — закричала Ой-Ай.
— Это она! — закричал Фу Ньонг, увидев Далию, а его жены как-то сразу обо всем догадались и хищно нацелились на новую жертву:
— Ах, это ты!
Алхимики, как уже говорилось, действительно соображают быстро. А перепуганные алхимики — еще быстрее.
Со скоростью зайца-чемпиона, с перепугу обогнавшего и гепарда, и страуса, Фриолар и Далия выскочили из гостиной, едва успев захлопнуть за собой дверь. Далия было ринулась прятаться в подвал, но Фриолар мужественно потащил ее вверх по лестнице.
Виг с неудовольствием посмотрел, как пришлые незваные визитёры вышибли ему дверь в гостиной, и покачал головой. Кажется, настала пора размять старые косточки и лично пойти подстрелить немного цинцев…
* * *
— Любимый! Любимый! — верещала Ой-Ай, торопясь вверх по лестнице. Для верности девушка придерживалась за ступеньки руками, являя наглядное доказательство происхождения некоторых древнейших цинских родов от маленьких бесхвостых обезьянок.
— Вернись! Я всё прощу! — обещал Фу Ньонг убегающей Далии.
— Ах ты коварный! — кричала Крапива.
— Ах ты… — запнулась Плющ. На площадке второго этажа она остановилась, чтобы перевести дыхание и вспомнить очередное ругательство. — Слушай, — остановила Плющ Крапиву. — Жлобом ты его уже называла?
— Да. Подлый, лживый, коварный, сварливый, трусливый, придирчивый, ленивый, занудный, жадный, неверный, злой, уродливый, чёрствый, подозрительный, жлоб, ворюга, интриган, подкаблучник, импотент… Что-то забыли, — покачала головой Крапива.
Обе жены посмотрели, как незнакомый варвар, соблазнительница их мужа, восторженно-запыхавшаяся Лай Ой-Ай и сам Фу Ньонг бегают вокруг стола.
Когда, разгромив вигову столовую, Далия и Фриолар пронеслись между двух растрепанных цинцеянок выше по лестнице, Крапиву осенило:
— Рогоносец!
— Да! Точно! Спасибо, что подсказала, — обрадовалась Плющ и пристроилась последней в цепочке преследователей алхимиков. — Ах ты, рогоносец!
— Ах ты, дважды рогоносец! — добавила остроты Крапива.
* * *
На третьем этаже Далия по старой привычке рванула в свою комнату. Фриолар вбежал следом и торопливо запер дверь.
— Куда! Они же сейчас ворвутся! — запричитала Далия, судорожно ища заветную левую оленью голову.
— Спокойно! У меня есть план! — Фриолар тоже бросился к камину. — Лучше помоги!
Когда дверь распахнулась — если кому-то интересно, замок сам раскрошился от ужасного вопля, который издал Фу Ньонг, наконец, догадавшийся, почему жёны так его обзывают, вся дружная цинская семья разом споткнулась о положенное поперек порога полено. И всё так же дружно влетела в приветливый Ллойярдский пейзаж: унылое болото с пожухлой травой, летящие высоко в небе утки… и два гуся.
