Над рядами пронесся единый слаженный выдох — магистр Тьер
был, по своему обыкновению, полуобнажен. И сейчас
преобладающая женская половина академии безбожно смотрела на
директора, нагло игнорируя смысл проговариваемых им слов. А я,
почему-то присоединилась к мужской половине, которой при
взгляде на магистра становилось холодно и завидно. И не понятно
чего больше, хотя наверное парням все же было больше завидно, а
мне холодно.
— Посмотрите на себя! — встав перед понурым строем, возвестил
магистр. — Кто вы, адепты Академии Проклятий?!
Ну как это кто — будущие клерки, незаменимые сотрудники
патрулей Ночной стражи, следователи, участковые… короче никто,
если честно.
— Где ваша гордость?!
Осталась за порогом данного заведения. Просто нас же никто не
любит. Мы копаемся в грязном белье, обнародуем пороки и старые
грешки, выводим на чистую воду тех, кто уже свято верил в то, что
концы сброшены воду.
— К чему вы идете?
К стабильности. Чего-чего, а работы у нас всегда будет хватать,
пусть и не особо пошикуешь на государственном пайке, но и ноги
протянуть не дадут.
Чего-чего, а работы у нас всегда будет хватать,
пусть и не особо пошикуешь на государственном пайке, но и ноги
протянуть не дадут. Служебная квартира, служебный паек,
гособеспечение — тех, кто поступал в Академию Проклятий, все
вышеперечисленное вполне устраивало.
Но остальные, нас почему-то жалели.
— Вы жалкие, забитые, не уверенные в себе и смирившиеся с
незавидной участью отбросы госсистемы! — взревел магистр Тьер.
Ну конечно, на карьерные высоты боевых магов нам никогда не
подняться, с другой стороны у нас продолжительность жизни по
более будет.
В общем, не знаю как остальных, меня речь нашего нового
директора совершенно не вдохновила. Скосив глаза на наши
нестройный ряды, я поняла, что и адептов тоже, о преподавателях
вообще разговор особый — тем давно все надоело.
— С сегодняшнего дня, — продолжал вещать магистр Тьер, — каждое
утро физические упражнения!
Нам всем стало плохо.
— В полдень — боевая магия уровня самообороны!
Нам стало еще хуже, так как с нашими зачатками магических сил
любые заклинания боевой магии это многочасовые залеты в
головную боль и состояние дикой слабости.
— На закате — общий сбор и отработка навыков самообороны!
Даже в глазах влюбленных дам образ магистра Тьера вмиг утратил
половину привлекательности… а то и всю привлекательность.
«Тиран, деспот, злодей!» — вот и все наши мысли по поводу столь
стремительных изменений в учебной программе нашей Академии
Проклятий.
— А сейчас налево! — скомандовал директор. — И шагом марш на
беговую дорожку! Всем!
Все стояли, и продолжали смотреть на лорда-директора, мысленно
прокручивая пару-тройку наиболее зловредных проклятий. Лично я
почему-то о проклятии поноса подумала.
Однако магистр Тьер ловко избежал приобретения трех сотен
проклятий разной степени тяжести, мрачно резюмировав:
— Это был ваш выбор!
В следующую секунду громыхнула молния, которой зимой вообще
тут делать нечего, и каждый из адептов и профессоров получил
весьма ощутимый удар электрическим разрядом. Над нестройными
рядами раздалось «Ай», потом «Больно же», потом все сорвались
на забег.
Три круга вокруг всей академии, держась поближе к стене, мы
проделали не сразу и явно не по собственному желанию.
Много
раз падали, и так как бежали толпой то из-за одного
поскользнувшегося на стылой земле падали кубарем почти все.
Вставали, охали, в полголоса проклинали некоторых, получали
очередной заряд бодрости и вновь бежали по кругу. К концу
третьего круга рядом со мной оказалась Тимянна, которая
сосредоточенно бормотала проклятия разной степени тяжести,
глядя перед собой. Я проследила за ее взглядом и поняла, что
лучше промолчу — впереди бежала Ригра. А мы с Янкой ее
ненавидели как за заносчивость, так и за изрядную порцию
неприятностей, которую Риг нам обеспечила. В общем, мы ее
ненавидели, но выступить против опасались — у дочери местных
аристократов, которую к нам отправили исключительно в качестве
наказания, было двое премерзких братьев, и те не гнушались
ударить девушку.
— Дэй, — простонала Тимянна, — я не могу больше.
— Здесь все больше не могут, — сбивчивым шепотом ответила я.
Но мы все же добежали до рубежа, то есть до тренировочного
полигона, и услышали спокойное:
— Достаточно. Теперь шагом… я сказал шагом, а не ползком,
вернулись на исходную позицию!
Те, несколько тучных адептов и почти весь преподавательский
состав, которые пытались по-пластунски завершить дистанцию,
были вынуждены подняться и ковылять наравне со всеми, пытаясь
вызвать приступ жалости у некоторых. Но в ордене Бессмертных
жалостливых испокон веков не водилось, и потому магистр Тьер к
нашим стонам и охам остался глух. И мы проковыляв до места
построения, вновь встали в три ряда, с ненавистью глядя на
руководство. К ненависти специалистам Темного Искусства было
не привыкать, так что и наши горящие взоры остались без
внимания.
— Разойтись на ширину вытянутых рук! — скомандовал
отвратительно бодрый магистр.
Мы повиновались и ряды наши поредели.
— Налево! Вновь разошлись на ширину рук! — очередной приказ.
— Равнение на середину! Внимание на меня!
Снова повернули свои горящие жаждой убийства и отдыха взоры,
нацелили оные на директора Тьера.
— Сонные мухи и то шустрее! — припечатал нас Первый меч
империи.- Что ж, начнем с азов. Двадцать приседаний. Начали!
Когда грязные, оборванные, едва ноги передвигающие адепты
Академии Проклятий, наконец, добрели до входа в общежитие, при
виде крутой лестницы на жилые этажи случилась массовая
истерика.
Рыдали все! Где-то не подалеку, видимо у лестницы в
мужском общежитии, рыданий не было, мужчины видимо
стеснялись, но ругань стояла отборная, тролли и те могли
позавидовать. А потом леди Орис, преподаватель по любовным
проклятиям, простонала:
— Я в душ первая.
Рыдания стихли мгновенно. У преподавателей конечно свой этаж и
свои душевые, но мысль не лишена здравого смысла. Ригра,
оттолкнув полноватую Иш, рванула по лестнице первая, за ней ее
приживалки, и только после потянулись все остальные, уже
понимая, что придется стоять в очереди. Грустно это.
Отстояв длинную грязную и откровенно несущую потом очередь, я
добралась до душа. Торопливо помылась под крики и стук в дверь,
требующие чтобы я не спала и двигалась быстрее. Замотавшись в
полотенце, двинулась в свою комнату, поеживаясь на ходу. Нет,
обычно я вытиралась в душевой, но сейчас любое промедление в
вожделенной народом кабинке было самоубийственно.
Ну и самое неприятное — за всеми этими делами я не успела сделать
домашнее задание! Ни по одному из предметов! Теперь у меня
был выбор — таки попытаться сделать хоть что-то или пойти
завтракать… Кажется, я останусь без завтрака.
Грустно размышляя о несправедливости, имевшей место в моей
жизни практически постоянно, я шла по коридору, чувствуя, как
вода с мокрых волос затекает на ту часть спины, которая не была
прикрыта полотенцем, когда впереди показался… магистр Тьер!
Мы замерли одновременно. Впрочем, я и так шла не особо быстро,
потому что от движения воздуха, словно еще холоднее
становилось. Зато лорд двигался стремительно… пока меня не
увидел. А едва увидел, остановился так, словно наткнулся на
