— Вы… потеряли кого-то близкого!
Бабах! Тролль водрузил кружку на стол с такой силой, что та
раскололась и в мощной лапе осталась только ручка, а потом он
вдруг… заплакал. Затрясся всем своим могучим телом, и уронив
голову на сложенные на столе руки, горько и почти беззвучно
зарыдал. Без слез… но так искренне. Пьяные слезы, я такое уже
видела, и знала, что сейчас он начнет говорить… начал:
— Пьют они, — сквозь рев начали прорываться слова, — пьют…
золото получили, а кто мне брата вернет?! Кто?
— Он погиб? — тихо спросила я.
— Погиб, — тролль ударил себя в грудь, — сердцем чую, что погиб!
Сердцем…
И он снова заревел. Я же заметила вошедшего переодетого Юрао,
который прошел и сел неподалеку от нас. И я молчала, потому что
по опыту уже знаю — теперь нужно просто молчать. Молчу, а
тролль заговорил:
— Мне это дельце сразу не понравилось, хоть и выглядело
простецки дальше некуда. Всего делов — ищем девчонок,
развлекаемся хоть по одному, хоть все разом, да относим к
заказчику. Дельце то приятнее некуда, а потом гля — а те, с кем
развлеклись, по городу трупами находят, то здесь, то там. Гнилое
дельце, да… Я это Нырку сразу сказал, а тот все золото, да золото,
да от таких делов не отказываются.
Проклятие острого поноса так и крутилось у меня на языке, но я
сдержалась и продолжала молчать, стараясь, чтобы мой взгляд
выглядел участливо. И тролль продолжил:
— А клиент-то гнилой! Мужиком прикидывался, а сам баба.
И тролль продолжил:
— А клиент-то гнилой! Мужиком прикидывался, а сам баба. Потом
эльфийкой темной… тоже прикидывался. Нырк по ней еще и
сохнуть начал, да в кабак этот… который золотой петух…
— «Золотой феникс»? — подсказала я.
— Ага, этот петух, он туда к ней и поперся… с вином, эльфийским.
Пять бутылок в ресторации «У дороги» скупил и айда в Золотой
петух!
Но я сейчас думала исключительно об одном: «У дороги» —
небольшая ресторация, специализирующаяся на качественной еде
для тех, кто не готовит сам… для таких, как наш директор,
например! Но… у них никогда не подают столь дорогие сорта вина
как эльфийское! Никогда! Так откуда там могли взяться пять
бутылок?! Разве что это те самые бутылки, что купила леди темная
эльфийка в винной лавке мастера Гроваса! И можно
предположить, что в дополнение к ужину сомнительных свойств
полагалось еще и вино, но… Его увидел и скупил пылающий
страстью тролль. И пылал он страстью не к этой темной эльфийке
которая сама собиралась пробраться на территорию Академии, а к
собственному заказчику!
— И что случилось? — заметив, что пауза затянулась, спросила я.
— Больше я его не видел, — глухо ответил тролль.
А я четко поняла одно — наш таинственный убийца находится в
гостинице «Золотой феникс!». И вероятнее всего тролль сам того
не зная опоил своего заказчика, тот утратил осторожность, выдал
собственную личность и после был вынужден устранить свидетеля!
— Мне пора, — сказала я, поднимаясь и собираясь подойти к Юрао,
дабы сообщить о собственных умозаключениях.
Но в мои планы вмешался тролль.
— Куда? — взревел тупоносый. — Сиди здесь, у меня есть деньги,
слышала?!
— Да слышала, слышала, — испуганно ответила я, — но мне правда
пора…
Юрао уже поднялся и направился к нам, но тут случилось то, чего я
совсем не хотела — тролль подскочил, схватил меня за руку, а
вторая его ладонь понеслась к моему лицу, в стремлении ударить
по щеке…
Вспыхнуло адово пламя!
Рука тролля была перехвачена, сжата до хруста костей и вывернута,
сам тупоносый мою ладонь отпустил от боли и взвыл, падая на
колени. В то же мгновение на появившегося лорда Тьера бросились
все сотоварищи тролля и глядя на эту озверевшую толпу я самым
подлым и коварным образом произнесла:
— Тэека акахаа махэхэере! — во имя Бездны, они этого заслужили.
И мне было ни капельки их всех не жаль, когда тролли побросали
свое оружие и присели, схватившись за животы. Проклятие острого
поноса действует сразу, мгновенно и крайне жестоко… и да,
является запрещенным. Одна проблема — стоило подумать о
запахе…
Ну и о том, что крайне глупо произносить запрещенные проклятия
в присутствии лорда директора. И магистр медленно повернулся
ко мне, и с высоты своего роста окинул более чем
неодобрительным взглядом.
— Адептка… — хриплый голос лорда Тьера был превосходно
слышен в абсолютной тишине, царящей в корчме после
произнесения мною проклятия, — вы меня поражаете!
Я же не в силах ответить собственно лорду директору,
пробормотала, обращаясь к Юрао:
— А пригласите меня на ужин в «Золотой феникс».
Дроу все понял с ходу и подмигнул.
Взметнулось адово пламя!
*****
Когда огонь погас, я оказалась стоящей в доме директора, самого
его рядом не наблюдалось… Через пару минут в парке послышался
жалобный скип падающего дерева… потом звук вероятно его же
падения… Потом жертвой директорской ярости стало еще одно
дерево… И почти сразу распахнулась дверь, впуская покрытого
капельками пота лорда Тьера, который стремительно вошел, затем
замер и глядя на меня, неожиданно прорычал:
— Чего вам еще не хватает, Дэя?
Честно и откровенно мне сейчас не хватало исключительно одного:
— Знаете, я всегда мечтала побывать в «Золотом фениксе».
Черные глаза магистра мгновенно сузились, после чего у меня
хриплым голосом поинтересовались:
— Что?
Сказать, или не сказать? Мне действительно очень хотелось все
сказать, с другой стороны стоило ли? В любом случае пара
вопросов к директору имелась:
— А будьте так любезны, сообщите мне, пожалуйста, кто вчера
схватил леди Лаллиэ на территории академии?
Теперь у магистра и лицо потемнело, затем он развернулся,
захлопнул дверь, хотя мне казалось, она от подобного должна
рассыпаться, а не закрыться, и вновь повернувшись ко мне, не
скрывая ярости, ответил:
— Я!
— Ага! — торжествующе воскликнула я. — А где вы ее нашли? В
каком она была виде? И было ли при ней такое симпатичное
колечко с фиолетовым кристаллом?
Медленно, не отрывая от меня взгляда, директор подошел совсем
близко, чуть склонился и произнес:
— Дело закрыто, леди частный следователь! И я запретил вам иметь
какие-либо дела с офицером Найтесом! И…
Гордо выпятив грудь, и даже приподнявшись на носочки, чтобы
казаться чуть выше, я смело сказала:
— А вы на вопросы не ответили, лорд директор!
— А я должен, адептка Риате?!
— А что вам жалко? — вспылила я.
Шаг назад, и отступив от меня на шаг, магистр устало произнес:
— Идите, умойтесь, адептка.
Но едва я, подошла к входной двери, услышала тихое:
— Кольца не было. Она его потеряла, и искала в мерзлой траве у
стены…
Я так и замерла. В голове проносились тысячи предположений на
тему того, как эльфийка могла бы «потерять» кольцо. И одно из
них я, все же озвучила:
— А леди Лаллиэ назвала имя своего сообщника?
Так как стояла я спиной к магистру, увидеть выражение его лица не
смогла, а хотелось, едва он произнес:
— У нее не было сообщников… Знаю точно, так как допрос
проводил я сам. Она не солгала ни разу.
Я повернулась к лорду директору, и стараясь чтобы прозвучало не
очень нагло, сказала:
— Мне очень нужно это кольцо…
Усмешка, и задумчиво:
— Забавно, Юрао Найтес заявил примерно тоже, когда его
спросили, зачем он в траве и грязи ползает.
Пожав плечами, я призналась:
— Оно нам обоим нужно.
