— Завтра я…э… у меня вечер занят. Темной ночи, лорд директор,
темных дней, Дара, — и я покинула высокое собрание.
Пока выходила из столовой, там было тихо, но едва вышла:
— Я не понял! — рык лорда Тьера заставил вздрогнуть.
— Она слышит, — тихо ответила Дара, — но, похоже, ночной страж
сумел произвести впечатление на адептку Риате.
Тишина, потом насмешливое от возрожденного духа:
— В Ардаме и так нехватка сотрудников Ночной стражи, господин.
Лорд директор не ответил ничего, и я поторопилась к двери, чтобы
не быть застигнутой на месте подслушивания.
Но едва потянулась к сапогам, услышала быстрые шаги магистра и
его:
— Я вас провожу.
— Эм, — я завершила с обувью, выпрямилась, смущенно посмотрела
на директора и честно призналась, — знаете, не стоит. Правда. Вам
пора отдыхать, а мне ни к чему досужие разговоры, так что…
И тут за дверью послышалось:
— Лорд директор, к вам гости, говорят, вы уже ожидаете. Это леди!
Вроде даже красивая… И вот загадка, почему раньше вы к таким
сами по ночам ходили, а теперь они к вам?
Лорд Тьер выругался, а стояла и не знала, куда глаза деть от
смущения, а Жловис продолжал вещать:
— Так что мне с этой делать? Между прочим, там холодно, а леди
явно в тонких чулочках, у нее там, между прочим, все простыть
может, и вот вам загадка — что делать с леди, если заняться ничем
уже нельзя, а?
Я не выдержала, и, схватив пальто, вылетела за дверь. Столкнулась
с не ожидающим нападения гоблином, услышала потрясенное
«Дэйка?», и ничего не отвечая Жловису, рванула по ступеням вниз
и оттуда к общежитию.
Позади послышалось:
— Ого… кто бы мог подумать, вот ведь загадка, — это от Жловиса.
И:
— Дэя! — это от лорда директора, но остановить меня уже ничего не
могло.
Точнее это я так думала… а тут взметнулось адово пламя, я
свернуть не успела и в мгновение оказалась… в собственной
комнате.
Пока стояла и пыталась отдышаться, в мою собственную дверь
постучали, и я услышала голос леди Верис:
— Риате, вы там?
— Войдите, — ответила я, и дверь тут же открылась.
Куратор вошла, внимательно разглядывая меня.
Куратор вошла, внимательно разглядывая меня. Я же с удивлением
разглядывала ее грязные босые ноги, грязные ладони и черный
теплый халат, надетый, судя по всему, на голое тело, и черные
распущенные волосы.
— Только вернулась, — улыбнувшись, сообщила капитан Верис, —
парк у вас примечательный. Как у тебя дела?
— Только вернулась, — мне почему-то очень грустно стало.
— Так тебя там ждали? — сверкнув глазами, полюбопытствовала
куратор.
— Не меня… — сквозь зубы призналась в том, о чем даже думать не
хотелось.
— Правда? — леди Верис казалась обескураженной. — Странно…
хотя в духе Тьера.
— Правда? — спросила я.
— Тьер ненавидит, когда его пытаются соблазнить. Охотниц в его
жизни было предостаточно, причем очень настойчивых и от
ненужного внимания Риан избавляется мастерски… обычно находи
слабое место и по нему бьет. Вот и у тебя нашел, — леди грустно
улыбнулась.
— А какое у меня слабое место? — я не могла не спросить.
— Неуверенность в себе, — капитан Верис улыбнулась, сверкнув
клыками.- Забудь, малышка. Ложись спать и выкини все мысли о
Тьере из головы. Серьезно. Темных снов.
— И вам, — пробормотала я, стягивая пальто.
Но уже у двери, леди Верис обернулась и произнесла:
— Слушай, понимаю, что тебе сейчас неприятно и больно, но
любопытство просто таки жрет поедом — а кого Тьер ждал?
Да, говорить об этом было мало приятно, но и промолчать не
вышло:
— Какую-то продажную… леди, — я опустила голову, пытаясь
скрыть слезы.
И тут куратор выдала:
— Да быть такого не может!
Тряхнув головой, словно отгоняя неприятные мысли, леди Верис
вернулась, даже двери закрыла, и уже не скрывая
подозрительности, переспросила:
— Риате, ты уверена?!
Я уже ни в чем не была уверена, но таки ответила:
— Так Жловис сказал, что пришла леди…
— Пришла?! — у капитана глаза округлились. — Дорогая моя, мы с
Тьером не ладили еще в годы обучения, меня бесконечно бесила
его манера во всем достигать наилучшего результата… обходя
меня на поворотах, его моя неразборчивость в связях. Но вот чего у
Риана не отнять, так это крайней избирательности в отношении
женщин, то есть с продажными он никогда не связывался, и его к
ним уважительного отношения.
И Тьер никогда не заставил бы
женщину идти к нему ночью, пешком! Как минимум — обеспечил
бы для нее максимально комфортабельную карету, а как максимум
перенес бы через портал. Но чтобы продажная, сама пришла это… —
и тут леди стремительно побелела и пробормотала, — Это то, о чем
предупреждал магистр Эллохар… Это…
И халат упал на пол, а гибкая черная кошка, ловко подцепив лапой
дверь, устремилась прочь, выкрикнув мне напоследок:
— Риате, спать! — и уже не мне, уносясь вдаль по коридору: — Дара,
блокируй все выходы из общежитий.
Увы, сколько я потом не пыталась открыть дверь — она не
поддавалась. И пришлось смириться со своей запертой участью.
Раздеваясь, стоя под теплыми струями воды, вытираясь
полотенцем, я все время думала, думала, и думала… Если лорд
директор действительно никого к себе не приглашал, тогда кто
посмел к нему явиться? Ведь член ордена Бессмертных всегда
вызывает страх, и к таким без приглашения не заявляются, но… Но
вспоминаем весь тот травяной набор, который прислали в качестве
ужина лорду Тьеру и можем предположить, что в маловменяемом
состоянии, он мог бы и принять посетительницу… Ведь Жловис не
леди Верис, и он не знает об отношении Тьера к женщинам, а к
нашему прежнему директору не обремененные моралью приходили
едва ли не каждую ночь.
И я не выдержала:
— Дара!
В ответ тишина. Позвала еще несколько раз и вновь не дождалась
ответа. И только когда я решительно поднялась с постели, и
направилась к шкафу чтобы одеться и пойти узнать что там, даже
если придется выбить окно, над головой послышалось:
— Риате, ложитесь спать. С лордом Тьером все замечательно —
взбешен, раздосадован, трясет всех попавшихся на пути прохожих,
кто хоть что-то может сказать, о пытавшейся проникнуть на
территорию академии женщине. Вероятнее всего пострадает еще
одно дерево в парке, так как столб на тренировочном поле
искромсан, но в остальном все замечательно.
— Спасибо, — устало поблагодарила я.
— Спи уже, — насмешливо фыркнула Дара и опять наступила
тишина.
Уснула я под утро…
****
Наш первый выходной день начался с построения. И, наверное, я
была единственная в толпе адепток, кто рвался на построение, а
точнее, чтобы увидеть леди Верис. Да я и одета была за час до
сигнала, а после стояла перед дверью, нервно постукивая и ожидая,
когда выходы, наконец, разблокируют.
И, наверное, я
была единственная в толпе адепток, кто рвался на построение, а
точнее, чтобы увидеть леди Верис. Да я и одета была за час до
сигнала, а после стояла перед дверью, нервно постукивая и ожидая,
когда выходы, наконец, разблокируют. Но увы — капитан упорно
отводила глаза, а после и вовсе попыталась уйти, фактически
проигнорировав меня.
Как бы не так!
Я не сумела догнать леди Верис по пути в общежитие, но в самом
общежитии:
— Капитан Верис! — в десятый раз вопрошаю, отчаянно колотя в
дверь преподавательских комнат. Остальные леди из
преподавательского состава, удивленно поглядывают на меня, но
