Отвечать возможности не было — вязкая гадость, казалось,
заполнила не только рот, но и все горло.
— Шшш,- продолжали меня успокаивать. — Не то, что вы привыкли
получать у лекарей, адептка, но, несомненно, действеннее. А теперь
спать.
И меня бережно уложили, после накрыли одеялом и поднялись,
чтобы уйти. И никакой конфетки! Впрочем, съесть ее я все равно не
успела бы, так как начала проваливаться в сон мгновенно,
прислушиваясь к отдаляющейся речи магистра Тьера:
— Дара, прибери здесь.
И безэмоциональный вопрос:
— Полная иллюзия?
— Превзойди себя!
Услышать что-либо еще не удалось — я провалилась в сновидение,
такое же вязкое как странное лекарство, такое же теплое, как
постель лорда директора, и столь же черное, как и его глаза…
*****
— …нет, тут все-таки что-то есть… — задумчивый мужской голос
заставил вздрогнуть и проснуться.
— Например? — кокетливо ответил голос женский, причем я точно
была уверена, что принадлежал он тому возрожденному духу
смерти.
— Все идеально, — продолжал мужской голос,- и я бы даже поверил,
но… здесь запах девушки, а ты, моя прелесть, несмотря на
изумительное соответствие живым, все же только «почти», но
совсем не девушка. Запах, Дара, вот оно твое маленькое упущение.
И возникает вопрос, — эти воспитательные нотки в голосе сразу
обозначили говорящего — магистр Эллохар, — так вот вопрос, Дара,
кого здесь прячет Тьер?
— «Прячет»? — насмешливо переспросила дух смерти.
— Хорошо, — покорно согласился специалист по этой самой смерти, —
пусть будет «скрывает»?
Диалог выходил занимательный, и стал еще занимательнее, после
насмешливого вопроса Дары:
— А вы действительно полагаете, что лорд Тьер должен что-то
«скрывать» в своем собственном доме, на территории своей
собственной академии?
Тихое гневное и угрожающее рычание, весьма несоответствующее
образу директора школы Искусства Смерти, но его перекрыл
спокойный чуть насмешливый голос Дары:
— Лорд Эллохар, начнем с того что момент с моим убиванием уже
присутствовал в наших отношениях и вы не справились даже тогда,
когда я была уязвима, не подействуют ваши угрозы и сейчас. Что
касается ваших подозрений — они беспочвенны.
— А врать ты так и не научилась, — задумчиво протянул магистр.
— Мне сообщить лорду Тьеру о вашем визите? Мне казалось, вы
цените ваши дружеские отношения, — пародируя задумчивый тон
Эллохара, протянула Дара.
Тишина.
Осторожно приоткрыв глаза, узрела стоящих на входе в спальню
магистра и полупрозрачного возрожденного духа смерти, который
преградил ему путь. Но, несмотря на явное противостояние,
границы дозволенного не пресекал ни один.
— Дай мне слово, — пристально глядя на духа, уже совершенно без
теплых ноток в голосе, начал магистр Эллохар, — что на сей раз, ты
убережешь его от… необдуманных поступков. Потому что я
действительно ценю наши дружеские отношения и именно поэтому
поручился за него перед императором!
— У меня отсутствуют чувства долга и справедливости, давить на
совесть бесполезно! — ответствовала Дара.
Магистр зарычал, но сдержался, выдав лишь:
— Тьера ты готова защищать до последнего, невзирая на
последствия!
И мне вдруг очень интересно стало ее слова услышать, и я
услышала:
— Тьер достоин преданности! Более чем достоин!
В следующее мгновение на лице магистра Эллохара расцвела
довольная улыбка, повернув голову, он внимательно посмотрел на
меня, но как-то расфокусированным взглядом, словно смотрит
сквозь меня же, и лорд почти пропел:
— Ага, значит это личное, и с темными эльфийками не связанное.
Потому что я
действительно ценю наши дружеские отношения и именно поэтому
поручился за него перед императором!
— У меня отсутствуют чувства долга и справедливости, давить на
совесть бесполезно! — ответствовала Дара.
Магистр зарычал, но сдержался, выдав лишь:
— Тьера ты готова защищать до последнего, невзирая на
последствия!
И мне вдруг очень интересно стало ее слова услышать, и я
услышала:
— Тьер достоин преданности! Более чем достоин!
В следующее мгновение на лице магистра Эллохара расцвела
довольная улыбка, повернув голову, он внимательно посмотрел на
меня, но как-то расфокусированным взглядом, словно смотрит
сквозь меня же, и лорд почти пропел:
— Ага, значит это личное, и с темными эльфийками не связанное.
Облик воскрешенного духа смерти потемнел.
— Ну, так я и понял, — лорд явно был более чем доволен собой. —
Лаллиэ в Ардаме, Дара. Она рванула сюда бросив кронпринца
четырнадцать суток назад. И она была уверена в своих действиях,
так как даже не пыталась создать пути для отступления. Ты
понимаешь, куда я клоню?
Не знаю как Дара, а я отсчитывала дни и выходило, что
четырнадцать суток назад я… прокляла директора!
— Четырнадцать суток назад, случилось что-то, что дало Лаллиэ
уверенность в Риане! И она прилетела сюда… за ним! — продолжил
лорд Эллохар. — А эта тварь не из тех, кто готов рисковать
неоправданно! Она не рискует, Дара, она уверенна в своих силах. И
ей нужен Тьер. А теперь повторно спрашиваю: Здесь была эта
темно-эльфийская мразь?
И дух смерти дал четкий уверенный ответ:
— Нет!
Разворот, и покидая спальню, лорд Эллохар пробурчал:
— Могла бы и сразу сказать, что мол так и так, магистр, тут другая
девушка и мой обожаемый господин, наконец, перестал видеть в
каждой юбке десяток змеиных жал. И я бы все понял, Дара, так нет
же, иллюзии она накладывает. Заняться тебе больше нечем, а? Так
иди, воспитывай местных адептов, у них после последних новостей
эмоции колеблются от дикой паники, до не менее дикой истерики.
— Но, магистр, вы же знаете, что я не могла сказать! —
возмущенный дух смерти полетел следом.
— Естественно знаю, — невозмутимо ответил магистр, — иначе я бы с
тобой не церемонился, Дарюська.
— Не смейте так меня называть!
— Как хочу, так и называю, вредина возрожденная…
Остальное слилось в бурчание и я больше ничего не расслышала, а
после и вовсе уснула, почему-то не в силах ни встать, ни сказать
хоть слово.
— Не смейте так меня называть!
— Как хочу, так и называю, вредина возрожденная…
Остальное слилось в бурчание и я больше ничего не расслышала, а
после и вовсе уснула, почему-то не в силах ни встать, ни сказать
хоть слово.
*****
Прохладная рука осторожно коснулась моей щеки… дрогнула,
стремительно накрыла лоб, затем чуть шершавую ладонь сменили
столь же прохладные губы.
— Ты горишь вся! — встревоженный голос заставил выплыть из
омута беспокойных сновидений и открыть глаза. Мое возвращение
в мир, магистр сопроводил не менее встревоженным. — И взгляд
мутный.
— Выыы… — попыталась сказать я, но так и не смогла выговорить
всю фразу.
— Принес конфеты, — печально сообщил мне лорд директор, — но ты
их есть не будешь, милая.
Это было обидно, потому что есть хотелось.
— Конфеты здоровым, — грустно сообщили мне, — больным — бульон.
Но учитывая твое состояние… Плохо, адептка, очень плохо, у вас
ни к бездне состояние здоровья! Часто до хроники запускали?
Я промолчала, да и сил на разговоры не было.
— Нужно сбить жар,- между тем продолжил лорд Тьер, — я тебя
сейчас раздену, затем разотру, а ты не… злишь меня бесполезными
попытками к сопротивлению!
Какое сопротивление — я не могла даже говорить! А хотелось,
очень, особенно когда магистр опять сходил к шкафчику с опасным
