РАЗВОД И ДЕВИЧЬЯ ФАМИЛИЯ
Я открыла глаза и увидела склонившегося надо мной Ива.
— Я тебя вижу, — улыбнулась я, пытаясь подняться с кровати, на которой я лежала. Сразу же закружилась голова, я покачнулась, а Ив, легонько подхватив меня, осторожно уложил обратно.
— Тише, не так быстро, — мягко произнес он.
— Что со мной? — в недоумении разглядывая нависающий над кроватью балдахин, спросила я. — И где это мы?
— Ты вернулась в свое тело. Неужели? В самом деле! Ура!
— Тебе нужно время, чтобы к нему привыкнуть и набраться сил. Ты ведь давно им не пользовалась, — раздался голос магистра Белимара, и он сам поднялся из кресла и подошел ко мне.
— Что за глупости? — фыркнула я. — Между прочим, я не меньше недели бултыхалась в море — да-да, в своем родном теле!
— Это невозможно, — упрямо возразил Белимар. — Все это время оно было здесь.
Тут уж у меня челюсть отпала. И как, интересно, такое возможно?
Магистр лишь руками развел: мол, у моря своя магия, и древней стихии вполне под силу трансформировать чужое Мирандино тело под мое родное. Кстати, и причина на то есть…
— В числе твоих предков была русалка, — сообщил Белимар. — Это одна из причин, почему мы отправили тебя на это дело. Волшебница, в чьей крови есть частица русалок, имеет все шансы адаптироваться в океане и провести долгое время под водой.
Так вот кто та загадочная нечисть из моих далеких предков, благодаря которой я едва не отравилась на маковом поле у замка Эсмеральды.
— Это очень редкое сочетание, — добавил магистр. — Из наших магов только в тебе и в Селене течет русалочья кровь. Но к твоей сестре, как понимаешь, мы обратиться не могли.
Еще бы, да моя сестренка их бы не просто выставила за дверь, но еще надела котел с кипящим зельем на уши, предварительно превратив послов в зайцев или сусликов.
— Кстати, как она сейчас? — поинтересовалась я. После того как я отобрала у нее часть темной силы, у Селены начисто отбило память и ей предстояло заново осознать себя в этом мире. — Операция по изгнанию злого духа принесла положительный результат?
— О, все хорошо, — заверил меня Белимар. — Она уже пришла в себя, вспомнила основные навыки магии. Сейчас два магистра дают ей уроки и надеются заполучить к нам в союзники.
Флаг в руки, усмехнулась я. Перевоспитать Селену — занятие не из легких. Как бы черенком по макушке не схлопотать.
— А как там Миранда? Теперь ничто не угрожает ее будущему замужеству с принцем эльфов? Кстати, что-то я за время пребывания там не встретила не то что самих эльфов, гномов или орков — даже упоминания о них нигде не услышала. Как будто это не сказочное королевство, а самое что ни на есть настоящее.
— Понимаешь, Яна, — магистр отвел глаза, и я по чуяла неладное. Дежавю.
— Так, что на этот раз вы собирались провернуть за моей спиной?
— Замужества не будет…
— То есть как это — не будет?! А ради чего я тогда так рисковала?
— Точнее, будет, — поправился Белимар, — но ни с каким не с принцем эльфов, а с племянником министра Амальгама.
— А принц что же, побрезговал?! Так отправляйте меня назад, я этому ревнивому дурню популярно объясню, что Миранда невинна, как монастырская послушница, и ничего у нее с Океаном не было, как не было и самого Океана.
— Яна, не было никакого принца… Твоей настоящей задачей было не спасти Миранду, а предотвратить катастрофу, которая могла уничтожить Большой мир.
— Что вы называете Большим миром? — растерянно спросила я, переваривая новость.
— Большой мир — это родной тебе мир. Мир, в котором ты выросла.
«Вот это подлянка!» — ужаснулась я, осознав всю тяжесть ответственности.
— Параллельных миров тысячи, — продолжил магистр, пользуясь моим ошарашенным состоянием, — но большинство из них застыло в своем развитии на уровне Вессалии. Это феодальные государства с замками, рыцарями, графами, мифическими животными, волшебниками и колдунами. И лишь Большой мир развивался с каждым веком, наука постепенно вытесняла там магию, пока он не превратился в тот мир, каким его знаешь ты. Но в то время как на земле исчезали чародеи и забывались заклинания, поскольку на смену им приходили достижения науки, волшебство оседало на дне Великого Океана. Не познанный для человека, защищенный от его вмешательства толщей воды, он продолжает оставаться сокровищницей магии и хранить на своей глубине величайшие тайны. Цивилизации, которые люди считают погибшими, продолжают жить на дне морей и океанов, культуры, которые считают утраченными, развиваются под водой. Иногда людям удается увидеть нечто запредельное, и тогда на свет появляются новые теории, которые большинство ученых считает утопическими, или доказательства, которые признают фальшивками, потому что так проще. Те же, кому удается проникнуть в загадку океана глубже, чем остальным, уже никогда не возвращаются на землю. Океания — свой особый мир, мир, существующий параллельно миру земли, и им не стоит пересекаться, иначе это может закончиться катастрофой для обоих миров. Как едва не закончилось только что. Твоей настоящей задачей было не спасти Миранду, а предотвратить катастрофу, воспрепятствовав поднятию Атлантиды. И ты с ней блестяще справилась.
— Супер, — закипела я. — Сначала вы перевираете всю историю моего перемещения в Вессалию, потом отправляете меня на новое задание, умолчав о его истинной цели. Почему?
— А разве бы ты согласилась на это, если бы знала, что от твоих действий зависит спасение целого мира? Не чужого мира — твоего мира?
— Ни за что! — признала я. — А если бы я не справилась? А если бы я не смогла? Я не Супермен, не Джеймс Бонд, не Женщина-кошка и даже не Черная Мамба или черепашка-ниндзя. Чересчур большая ответственность для волшебницы-самоучки.
— Вот поэтому нам и пришлось пойти на этот обман, — вздохнул магистр. — Неуверенность в собственных силах и страх ответственности не позволили бы тебе справиться со всеми препятствиями. В то время как сознание того, что ты находишься в параллельном измерении, заставляло тебя относиться ко всему происходящему как к развлечению и играючи преодолевать испытания.
— И это единственная причина? — недоверчиво уточнила я.
— Нет, — со вздохом признал магистр. — Благодаря природе твоей магии тебя почти невозможно остановить или победить. У тебя в арсенале находятся такие приемы, которыми не владеет ни один из наших лучших магов. Кроме того, мы заботились о твоей безопасности.
— Да неужели? — восхитилась я.
Кроме того, мы заботились о твоей безопасности.
— Да неужели? — восхитилась я. — Ну-ка, ну-ка!
— Мы не знали, как поведет себя разрушительная магия Селены, которая перешла к тебе. Ее стихия — огонь, а…
— А спички детям не игрушка, — закончила я. — И поэтому вы решили запрятать меня под воду, чтобы я не устроила пожаров на земле?
— Тебе было нужно время, чтобы научиться контролировать себя. Находясь в океане, ты не смогла бы причинить вреда ни себе, ни окружающим.
Я вспомнила шипящий туман, который обхватил Эльнариссу, когда я на нее разозлилась, и розовый ожог на ее руке. Белые, как снег, хлопья, которые с треском сыпались с моих пальцев, когда я сердилась. Молочный дождь, который плотным покрывалом обрушился на морского змея, превратив каменного монстра в груду булыжников. И мне стало не по себе. Вот откуда то шипение и треск. Так вел себя огонь, гасимый водой. То был не туман, а дым пламени, погасшего, прежде чем вспыхнуть в полную силу, не молоко, а костер, бушевавший под водой. Страшно даже представить, что случилось бы с теми, кто посмел навлечь на себя мой гнев, на суше.
