Он вновь забормотал себе под нос какое?то заклинание, сделал странные пассы руками и с шумом дохнул на дальнюю от меня стену. Стена осветилась и стала похожа на киноэкран. И я увидел!
Трудно передать то состояние, которое охватило меня при виде дела рук, точнее — лап моих. Ранее за мной такого не водилось. Однако подумать было над чем. Как?никак леопардовый лев входил в герб моего рода с незапамятных времен. Я порывисто сел, невзирая на мучительную боль, и только тут заметил, что сжимаю в онемевшем от ремней кулаке свою ладанку и символ веры…
— Слава тебе. Всевышний, кто бы ты ни был, — прошептал я и, собравшись с силами, произнес уже громче: — Я с радостью дам вам требуемую клятву и еще с десяток других в придачу, если вы поможете мне надеть те амулеты, которые его высочество так неосмотрительно велел с меня снять.
— Дьявольские амулеты! — Маг захихикал, что несколько не вязалось с его имиджем. — Постойте! Откуда они у вас, господин рыцарь? Я же своими глазами видел, как гвардеец передавал их принцу!
Честно сказать, ответить на этот вопрос я не мог. Но подозревал, что дело не обошлось без Арсула. «Молодец мальчуган. Далеко пойдет!» — подумал я и с пафосом произнес:
— Небеса вернули то, что принадлежит мне по праву!
— Небеса?! А может быть, ад?
— Как?то прежде мне не доводилось слышать, чтобы ад возвращал символ веры. К тому же я полагал, то там недолюбливают серебро. Волшебная же сила, заключенная в ладанке, смиряет жажду крови, коей вы были свидетелями. Если вы не верите мне, прочитайте летописи, гласящие о роде Камдилов.
Шансы, что маг тут же бросится изучать первоисточники, были минимальны. К тому же я и сам на свободе надеялся найти в них кое?какие новые сведения.
— Если же хотите, я готов поклясться, что ни до, ни после, ни во время того, как вы будете помогать мне, с вами ничего не случится. Далее можете не волноваться: серебро и символ веры не дадут мне перевоплотиться, а ладанка, как я уже говорил, погасит жажду крови.
Маг задумался. Кажется, мои доводы убедили его. Он опасливо вытащил ладанку и крест из моего ватного кулака и осторожно надел их на мою шею.
* * *
— Капитан! Господи, ты жив? Я тебя уже битый час вызываю. — Голос Лиса врезался в мой мозг, как. мяч с одиннадцатиметрового пенальти в пустые ворота. Я едва не застонал от такого острого ощущения контакта.
Маг отпрянул и ошалело посмотрел на меня. Я не обратил на него внимания, давая полную свободу колдовать надо мной сколько влезет.
— Извини, Лис, тут накладочка вышла…
— Да, я видел. Круто ты их.
— Кстати, спасибо тебе за помощь.
— Да ладно, чего уж там, дело?то житейское.
Я невольно похвалил себя за то, что в свое время не заставил Лиса оставить сюрикены в Институте.
— И все же, кабан, по?моему, ты радикально не прав. — Словечко «кабан» в устах Рейнара означало что?то вроде «дружище» и относилось преимущественно к особам мужского пола.
Он продолжал выговаривать мне за несдержанность:
— Чем строить из себя первого парня на этом хуторе и крушить все кругом вдребезги и пополам, надо время от времени головой соображать. Тем более что иногда у тебя это неплохо выходит. У нас тут дети малые скучают. Малыш Эд беспрерывно ноет: «Ау, где ты теперь, дядя Вальдар? Уа?уа!» Ножками сучит, головкой бьется, кулачки у него чешутся. В общем, задрал ты уже своими казематными приключениями, тоже мне, граф Монте?Кристо.
— Видишь ли, дружище Лис, есть тут одна загвоздочка… Завтрак так до сих пор и не подали! Лис рассмеялся:
— Ладно, пройдут годы, все наладится. Я, в общем?то, о другом. Как ты думаешь, где я сейчас нахожусь?
— Дай картинку, может, догадаюсь.
Перед моим взором возникла скромная, но не без некоторого шика убранная комната, разительно напоминающая апартаменты в ратуше.
— Если ты думаешь, что это дурдом «Солнышко», то ты не прав, хотя и близок к истине. Это замок Трифель. А если точнее — кабинет его высочества.
— Ну то, что это Трифель, я как?то догадался. Не с неба же прилетел твой сюрикен.
— Нет, не с неба. А неплохо получилось! Когда стрела пополам сложилась, они только ахнули! А вот когда Бобик сдох… все как заорут: «Колдовство! Колдовство!» Псов жалко — хорошие были псы, душевные.
Я с ужасом вспомнил жуткие оскаленные пасти.
— Но ты был красив и грозен. Я и не знал, Капитан, что ты так умеешь.
Я с ужасом вспомнил жуткие оскаленные пасти.
— Но ты был красив и грозен. Я и не знал, Капитан, что ты так умеешь.
— Да я и сам не знал. Ладно, замнем для ясности. — Я невольно поморщился. — Лучше расскажи, чем ты тут занимаешься.
— Сюда, в кабинет, заглянул посмотреть, чем тут можно поживиться. А вообще всем, чем полагается звезде местной эстрады: ем, пью, музицирую… Пою опять же. Вот сегодня, пока ты отдыхал после большой охоты, ко мне приходил местный поэт?любитель, как бишь его… Дики Плантагенет.
Я чуть было не подпрыгнул на месте. Возмущенный маг гневно прикрикнул на меня:
— Господин рыцарь! Да что же это вы скачете, как грешник на сковороде!
— Прости, приятель, — я улыбнулся магу, — боль дикая. Тут только я заметил, что вновь намазан бурой смесью и боль действительно дикая. Восстанавливая связь, я едва не кричал.
— Ну а дальше, Лис?!
— Он притащил мне текстовку, чтобы я к ней сварганил музыку. Я ему в ответ свою вещуху слабал. Кстати, текст неплохой. Послушай:
Напрасно помощи ищу, темницей скрытый,
Друзьями я богат, но их рука закрыта
И без ответа жалобу свою пою!
Как сон, проходят дни, уходят в вечность годы,
Но разве некогда, во дни былой свободы,
Повсюду, где к войне лишь кликнуть клич могу
В Анжу, Нормандии, на готском берегу
Могли ли вы найти смиренного вассала,
Когда б моя рука в защите отказала?
А я покинут! В мрачной тесноте тюрьмы
Я видел, как прошли две грустные зимы,
Моля о помощи друзей, темницей скрытый,
Друзьями я богат, но их рука закрыта
И без ответа жалобу свою Пою! [49]
Лис остановился перевести дух.
— Здесь есть некоторые элегические преувеличения, например, его апартаменты с твоими не сравнить, да и со сроками он чуть запутался, но в целом, по?моему, неплохо.
— Сережа, не томи душу! А ты что?
— Мой экспромт вышел не ахти как, но одна строфа вроде бы ничего:
Тропа терниста и узка,
Но все пути — в деснице Божьей!
Быть может, Верная Рука
И лисья хитрость льву поможет!
Как ты считаешь, достаточно поэтично?
— Лис, ты умница! Когда мы вернемся, я представлю тебя к высокой правительственной награде..
— К ордену Сутулого третьей степени с закруткой на спине! — четко отбарабанил Рейнар. — Постой! — Он внезапно насторожился. — Кажется, сюда идут. Я не думаю, что его высочество обрадуется, застав меня здесь.
Он окинул внимательным взглядом кабинет принца и подытожил свои наблюдения:
— О! То, что мне надо!
В пяти ярдах над его головой через всю комнату тянулись три массивные потолочные балки. Лис снял свой пояс и жестом фокусника стал вытаскивать из него шнур с грузиком на конце. Закончив эту операцию, он раскрутил свое шпионское приспособление, метнул его на балку и через пару секунд уже удобно устроился на ней. Шаги слышались уже совсем близко.
— Подождите, ваше высочество, не входите, — бормотал Лис, судорожно сматывая шнур, обвившийся вокруг балки. — Дайте?ка я уберу веревочку…
