Всего три дня назад мы мчались по этой дороге очертя голову в предвкушении славной драки и быстрой победы. Насчет драки наши ожидания вполне оправдались. А насчет победы?.. Сейчас мы были ничуть не ближе к ней, чем в момент нашего прибытия.
— Мессир Вальдар, — прервал мои горестные раздумья де Меркадье, — правда ли, что вы прибыли сюда, чтобы вернуть свободу королю Ричарду?
Я утвердительно кивнул головой.
— Вдвоем?
— Уже втроем. Ты временно зачисляешься ко мне в штат оруженосцем. Не возражаешь?
— Что вы, милорд!
— Уже хорошо. Найдутся и другие. Кроме того, мы ведь не собираемся вести тотальную войну против империи. Не правда ли?
Эдвар Жильбер не понял, о какой войне идет речь, но слегка погрустнел. Похоже, ему как раз очень хотелось развязать небольшую войну против Гогенштауфенов.
Сумерки начинали сгущаться. Пора было подумать о ночлеге. Когда впереди, на заросшем столетними дубами холме, грозящем небесам перстом, вырисовалась высокая башня какого?то замка, сердце мое забилось чаще в предвкушении ужина, бывшего для нас также обедом и частично завтраком.
— Что это за башня? — спросил я у крестьянина, понуро тащившего на спине вязанку хвороста.
— Шамберг, ваша честь, — почтительно склонясь, ответил он, — владение барона Росселина фон Шамберга.
Я бросил ему какую?то мелкую монету. Он схватил ее на лету, уронив свою вязанку, и вновь начал собирать ее, бормоча имена святых, которым поручал охранять нас в дороге. Проехав еще пол?лиги, мы увидели речушку, петлявшую сквозь лесную чащу, и мост из сколоченных бревен, перекинутый через нее. Возле моста горделиво возвышались две конные фигуры. Одна из них была явно в доспехах.
— Это еще что за дорожная полиция? — пробормотал я. — Не похоже, чтобы нас собирались оштрафовывать за езду без номерных знаков.
Я украдкой кинул взгляд на рукоять меча. Как и всегда в подобных случаях, рубины в рукояти Катгабайла сияли ярче обычного. Избежать схватки было невозможно.
Когда мы приблизились на расстояние ярдов двенадцати, младший из всадников, по виду и по повадке явный оруженосец, направил коня ко мне и произнес с максимальной учтивостью:
— Господин рыцарь, мой брат и господин, властелин здешних мест, барон Росселин фон Шамберг цу Лухсенвальд, рыцарь Атакующей Рыси, во исполнение данного им обета вызывает вас на поединок!
«Дикий край, — с грустью подумал я. — Вместо вечернего моциона переломать пару?другую костей ближнему своему. Хороши игры, на ночь?то глядя».
— Я, Вальдар Камдил сьер де Камварон, с радостью принимаю ваш вызов!
Мы разъехались. Эдвар Жильбер с завидной ловкостью помог пристегнуть шлем и подал мне копье.
— Удачи вам, сэр рыцарь!
— Спасибо, Малыш. Как?нибудь управимся.
Наши кони, ободряемые шпорами, храпя, помчались навстречу друг другу. Глядя, с какой ловкостью мой противник управляется с норовистым конем и каким отточенным движением он посылает вперед копье перед ударом, я отлично понимал, что случай свел меня отнюдь не с провинциальным пуделем, крашенным подо льва. Рыцарь Атакующей Рыси был, безусловно, очень силен, необыкновенно ловок и храбр. Если прибавить к этому полсотни фунтов лишнего веса, то положение мое становилось весьма опасным.
Одного ловкого удара копьем могло бы быть достаточно, чтобы поставить большой крест на нашей экспедиции, а может, и — увы! — на мне самом. Что делать, поединки на тупом оружии в этих краях все еще рассматривались как глупое ребячество. В цене была только настоящая кровь.
Я почувствовал удар такой силы, как будто столкнулся с курьерским поездом. Леопардовый лев на моем щите начисто лишился кисточки на хвосте, впрочем, как я успел заметить, щит фон Шамберга был в подобном же состоянии. К вящей радости моей, наши копья, не выдержав подобного удара, разлетелись на куски. Грозный в своей свирепой мощи барон фон Шамберг, не теряя времени, выхватил меч.
Я улыбнулся. Мой благородный клинок недаром звался Катгабайлом — Ищущим битву. В тот же миг он буквально сам лег мне в руку и вспыхнул в надвигающихся сумерках, разгоняя тьму. Безумная радость боя тугой волной прокатилась по всему моему телу и ударила в голову, подчиняя все естество этому дикому чувству.
Мы снова съехались. Описав дугу, мечи наши столкнулись со звоном, обжигающим душу и вырывающим боевой клич из самой глубокой бездны подсознания. При желании я с легкостью мог перерубить клинок противника, но ограничился тем, что, работая в обратное лезвие, снес клейнод[15] с его шлема. Ответ барона не заставил себя ждать. Я подставил щит под удар и ушел вниз.
Меч Шамберга скользнул по щиту и по инерции пролетел дальше. В тот же миг Катгабайл рассек попону и чиркнул по подпруге.
Видимо, нанося этот коварный удар, я немного не рассчитал. Конь моего противника, задетый лезвием меча, вздыбился и дико заржал.
В тот же миг Катгабайл рассек попону и чиркнул по подпруге.
Видимо, нанося этот коварный удар, я немного не рассчитал. Конь моего противника, задетый лезвием меча, вздыбился и дико заржал. Как я и ожидал, седло немедленно слетело с его спины. Однако закованный в железо рыцарь успел выскользнуть из седла на полмига раньше. Копыта коня еще не коснулись земли, когда всадник уже крепко стоял, изготовившись к бою.
«Вот так так! — невольно восхитился я и спрыгнул с Мавра. — Ай да барон, ай да сукин сын!»
Мы вновь сошлись. Радуясь схватке, запели мечи, и пошло веселье. Что и говорить, для своего времени Шамберг был, безусловно, незаурядным бойцом. Его сильные, хорошо акцентированные удары, густо сыпавшиеся в каждый сектор защиты, давно могли положить конец бою, когда бы не мой богатый опыт в подобного рода переделках.
Несмотря на несколько чувствительных ударов, пропущенных им, барон искренне радовался ловкому противнику и продолжал неустанно наступать, наращивая натиск.
Признаться, я уже изрядно притомился, но славный рыцарь Атакующей Рыси, казалось, не знал усталости.
Вот, имитируя атаку рубящим в голову, он ловко перевел клинок вниз и, отведя щит, ударил снизу вверх. Это был жуткий прием. Я знал это, но относил его появление к более позднему времени. Однако, на беду барона, я знал и продолжение этого приема.
Нанеся скользящий батман по клинку, я проводил руку противника на отлет и, с шагом в сторону с линии атаки, нанес сильный удар ему в бок.
От неожиданности и боли барон сбился с темпа, и в ту же секунду мощное движение вырвало оружие из его рук и отбросило шагов на десять в сторону. Шамберг тут же обнажил кинжал, но удар кромкой щита в голову поверг его на землю. Я встал над ним, занося меч.
— Нет, не убивайте его, господин рыцарь! — Младший брат и оруженосец барона бросился ко мне, пытаясь втиснуться между мной и поверженным телом.
«Какую мизансцену испортил! — тихо выругался я, вытер клинок о попону и с благодарностью вернул его в ножны. — Ох уж эта мне молодежь!»
Поединок был окончен. Шамберг открыл глаза и, все еще оглушенно оглядываясь вокруг, пытался подняться. «А говорят, удача на дороге не валяется. — Я усмехнулся. — Еще как валяется!» Опираясь на протянутую мной руку, барон тяжело поднимался с земли.
Честно сказать, я не слишком опасался за здоровье барона. Люди такой породы пробегают десяток?другой ярдов с отрубленной головой, едят гвозди и спят на снегу, завернувшись в попону. Но о чем я уже точно мог сегодня не волноваться — так это об ужине и ночлеге.
