— Зовите уж меня просто: ваше величество, — пробормотал я себе под нос и дал знак войти.
Расправившись с едой, я устроился поудобнее и стал раскладывать своеобразный пасьянс.
«Нуте?с, ваше величество, как, сир, прикажете вас вытаскивать? — обратился я к импозантному королю треф, грозно сжимавшему меч, занесенный над головой. — Подкуп? Что вы, сир! Смешная идея! Человек, сидящий на казне империи и делающий деньги едва ли не из воздуха, не нуждался в моей «финансовой помощи». Король бубен похоронил под своей тушей четыре червонца. «Прекрасная дама?» — леди Джейн вполне могла бы подойти для такой роли, но, во?первых, Лейтонбург практически не интересовался женщинами вне их политической или какой?то одному ему Известной значимости. И если с кем?то и изменял политике, то только с собственной женой.
Я уже не говорю о том, что прекрасная маркиза вряд ли удовлетворилась бы подобной ролью. А другие — где ж их взять? Червонная дама и две ее очаровательные подружки бабочками порхнули на стол, смешиваясь с другими лежащими на нем картами. «Интрига?» — помилуй бог. Играть в эти игры с Гогенштауфеном я не мог и надеяться. То есть играть?то мог. Если меня не интересовал результат. Прощай, червонный король! «Магия?» — цену своим возможностям в этой области я отлично знал и, пожалуй, не стал бы на них рассчитывать в подобной игре.
Лис не мог похвастаться и этим. Как ни крути, а порядочного практикующего мага в нашем распоряжении не было. Дама пик таинственно улыбалась с художественной миниатюры неизвестного мастера.
А вот у принца наверняка маг есть, и не профан какой?нибудь, а ас из асов. Да при нем еще целый штат помощников и учеников, на подлете и на подхвате.
Король пик держал в своих руках изукрашенный жезл, который вполне мог сойти за магический.
«Штурм?» — конечно, на сегодняшний день, благодаря нашим с Лисом совместным усилиям, у нас под началом уже состояло небольшое войско. Но для штурма цитадели этого было катастрофически мало.
Мои геройские валеты бесславно полегли под натиском безликих неумолимых тузов.
Пасьянс не складывался, хоть тресни.
В дверь ко мне постучали.
«Ладно. — Я вытащил из колоды пару джокеров. Это был наш официальный талисман, наш позывной, если хотите — наша сущность. Мы могли стать кем угодно — любой из карт колоды, но мы должны были, мы были обязаны побеждать. Побеждать любого, самого невероятного из тузов. Джокеры упали поверх остальных карт. — Что ж, как говорится: так победим!»
В двери постучали снова. Это был малыш Меркадье, вернувшийся от герольдов.
— Вас ждут, милорд.
— Благодарю тебя, дружище. Помоги мне одеться.
Я облекся в праздничное одеяние «от Эмрис» и, пристегнув к поясу длинный кинжал, последовал за своим оруженосцем.
Помоги мне одеться.
Я облекся в праздничное одеяние «от Эмрис» и, пристегнув к поясу длинный кинжал, последовал за своим оруженосцем.
Совета турнирных судей я немного опасался. Ни хулы на Бога, ни оскорбления дамы, ни нарушения слова за мной замечено не было. Не покидал я также в сражении собрата по оружию. С вероломными нападениями тоже все было в порядке. Рекламаций не поступало.
С этой стороны загвоздки быть не могло. Однако проблемы генеалогического плана могли привести к большому конфузу. Но тут я надеялся на свои обширные познания и отдаленность других представителей вестфольдского рода Камдилов. В противном случае дело могло принять самый неприятный оборот.
Герольд Леитонбург, высокий седовласый старик с худым изможденным лицом аскета, испещренным множеством глубоких морщин, смотрел на мир пронзительным взглядом своих серых, почти бесцветных глаз из?под седых мохнатых бровей, и этот взгляд хранил в себе какой?то неумолимый мрачный огонь.
— Вы — Вальдар Камдил, сьер де Камварон, — осведомился он после долгого придирчивого осмотра моего герба и клейнод, — носящий также сеньяль[30] Верная Рука?
Я поклонился с самым почтительным видом.
— Вы Камдил, следовательно, находитесь в прямом родстве с Лоннерами? — продолжал он после некоторого молчания, пожевав зубами невидимую травинку.
— Прямой потомок, ваша честь. Сайлан, прозванный Камдилом и ставший родоначальником нашей ветви Лонне?ров, был вторым сыном конунга Ингвара Лона, прозванного Мудрым, за великие деяния свои при основании Вестфоль?да. Мой отец — герцог Ингвар Камваронский.
Герольд вновь пожевал зубами и, по?прежнему недоверчиво глядя на меня из?под своих мохнатых бровей, спросил:
— Откуда вы прибыли?
Здесь надо было быть особенно осторожным. Этот вопрос мог скрывать множество ловушек.
— Из Берсака, — произнес я, — родового замка моей матери.
К некоторому моему удивлению, этот ответ вполне удевлетворил зерцало рыцарской чести.
— Да?да… — Казалось, он сразу утратил ко мне всяческий интерес и, сделав знак ботенам принять у меня гербовый щит и баньеру[31], устремил свой взгляд на следующего рыцаря, терпеливо ожидавшего своей очереди.
Я был признан безупречным.
Глава семнадцатая
Я пил из адского котла и осенял себя мечом.
О. де Браскор
— Добрый день, мой друг! Где это вы пропадаете? — Зычный голос сидевшего на моем табурете мужчины прокатился под сводами комнаты и заставил окна дребезжать. — Я жду вас почти с обедни!
Гость, казалось, чувствовал себя в моих апартаментах, как у себя дома. Я бросил взгляд на слугу, оставленного мне Шамбером для хозяйственных забот, но тот лишь обреченно вздохнул и развел руками.
— Не ругайте своего раба, милейший господин Вальдар, разве он мог меня удержать?
— Его сиятельство изволили постучать, я было решил, что это вы вернулись… — начал оправдываться слуга.
Я прощающе махнул рукой и дал ему знак принести вина. Дожидавшийся меня мужчина был широкоплеч, статен и огненно?рыж. Его густая шевелюра, спутанная борода и усы в первый момент встречи невольно приводили в смятение. Казалось, что голова этого человека была объята пламенем. Несмотря на свои сорок лет и мощное телосложение, он категорически отказывался проявить склонность к полноте, невзирая на безусловно выдающиеся способности в области поглощения пищи и горячительных напитков.
— Представьте себе, мой друг, вы явно приносите мне удачу. Сегодня с утра я сел перекинуться в картишки, во «французскую игру», и, верите ли, проиграл все подчистую. Все, что вчера выиграл с вашей помощью!
Я тяжело вздохнул.
Все, что вчера выиграл с вашей помощью!
Я тяжело вздохнул. Он так и сказал: «Перекинуться в картишки…» Что ж, начало пороку было положено крепкое. Жребий брошен вместе с остальными доспехами при попытке обратно перейти Рубикон.
Моего незваного гостя звали Михель. Он происходил из славного и богатого рода графов фон Тагель, что однозначно подтверждал червленый вепрь, вышитый на его серебристой тунике. Вчера, когда мне понадобился партнер для игры в деберц, я избрал его. Не могу точно сказать, что двигало мной. Возможно, то обстоятельство, что добродушная улыбка, постоянно игравшая на губах этого достойного рыцаря, свидетельствовала о ровном и незлобивом нраве силача, уверенного в себе, а потому не желающего делать каверзы окружающим. Как бы то ни было, к концу вечера Михель чувствовал себя моим первейшим другом, что, по всей видимости, давало ему непреложное право врываться в мою комнату, когда он сочтет это нужным.
