— Эх, хорошо, — протянул Тацу, который, как известно, долго молчать не умел. В ответ — только тихий плеск воды за бортом. — Мм… Дориан? — Он приподнял голову и посмотрел на друга. — Ты чего молчишь?
На губах Эйнерта вдруг заиграла столь редкая для него добрая улыбка.
— Балбес ты, Джейко.
— Это еще почему? — опешил тот.
— Да просто. По определению. Вот сколько тебя знаю, а так и не могу привыкнуть к твоим хождениям по канату над пропастью.
— Это ты о чем? — Обычно так начинались лекции о прискорбном отсутствии у названного этиуса инстинкта самосохранения.
— Это я обо всем, — передразнил его Дориан. — Вот, например, о том, что ты тогда отправился к Рикне Витцу в одиночку.
— Ой, прекрати. Меня и так Инема чуть не убил за тот случай. Не так уж сильно я и рисковал.
— Ага, — саркастически заметил Эйнерт. — Эти твои хваленые телепорты заблокировать как два пальца об стол. А эти эрковы Белые Тигры все сплошняком воины и маги.
— А что, мне надо было армию привести? — Тацу опять опустил голову и уставился в небо. — В одиночку легче выбираться. Да и не стал бы Рикна ничего делать. Ему тогда бы и дня не прожить. Тацу и Куарсао не стали бы разбираться, что случилось. Смели бы к эркам всех Белых Тигров Ойя и не пожалели бы.
— А кто мне говорил, что Белые Тигры сначала делают, а потом думают?
— Ну… определенный риск был, — немного уступил начальник Магического Сыска. — Но в той ситуации это был единственно правильный путь.
— Вот был бы правильный путь, если бы тебя на ленточки порезали!
— Да ладно тебе.
Не порезали же. Зато сейчас Рикна Витц и все его Тигры мне по гроб жизни обязаны. Сам подумай. Я их, считай, от войны спас. Не допустил погромов, шумихи в прессе, даже когда стало известно, что убийца — Белый Тигр. Спас их бизнес, репутацию и отношения с властями — мэр до сих пор за это на меня злится. Одни двуликие боги знают, чего мне это стоило!.. Как я намучался, сумасшедшей белкой мотаться между десятью огнями.
— Можно подумать, что тебе это что-нибудь даст. Знаем мы благодарность этих Тигров.
— Напрасно ты так. Белые Тигры очень хорошо знают, что такое благодарность. Они мне обязаны, и как бы им ни хотелось скрипеть клыками, теперь я для них неприкосновенная персона и вполне могу потребовать отдать долг чести.
— И что, выполнят?
— Не знаю, — пожатие плеч, — но будут должны. И пусть им будет от этого тошно, — Тацу тихо и очень весело рассмеялся. — Видел бы ты, как Инема психовал по этому поводу.
— Да уж, представляю.
Они снова помолчали, уделив внимание золотистому напитку.
— А с Сизыми Ястребами что?
— А что с ними станется? — меланхолично пожал плечами Джейко. — Участвующих в заклинании Сирены, активных подстрекателей и всех, кто был причастен к заговору, арестовали и отправили в суд. Полагаю, кое-кому светит виселица, кому-то сроки. Часть депортируют. Может, через пару лет обменяем кого-то из заключенных на что-нибудь у Сизых Ястребов. Рыко Мар пытался освободить побольше своих птичек. Но это уж как получилось.
— Что, позверствовали Тацу? — усмехнулся Эйнерт, имея в виду тех, кто поехал с Джейко на переговоры, да и сейчас продолжали уточнять делали.
— Ну… не то чтобы очень. Но можешь быть уверен — своего не упустили.
— Вы, Тацу, вообще этого не умеете. Никогда не забуду, как ты, трепло такое, сумел отбрехаться от самого Белого Тигра. Мы как идиоты тебя шли спасать. Герои, эрк нас побери… А ты уже сам справился! Никогда в жизни не чувствовал себя таким кретином.
Джейко грустно улыбнулся. Ему не хотелось вспоминать о том, что произошло пятнадцать лет назад в Синих Горах.
— Может, если бы вы не поперлись тогда меня спасать, мы сейчас не были бы такими хорошими друзьями.
Дориан тоже ценил эти отношения. Он искренне считал, что именно этот противный и вредный Тацу вернул ему нормальное понимание жизни, умение любить и видеть в чувствах не слабость, а силу.
— Я всегда поражался тому, — продолжил Эйнерт, у которого появилось настроение поговорить, — что любая твоя глупость оборачивается благом.
Джейко усмехнулся:
— Я довел тебя до того, что ты приставил кинжал к моему горлу — и мы стали лучшими друзьями. Я полез к Белому Тигру, вызнал его секреты и предал его — и теперь у Семьи доходное предприятие и отличнейшие отношения с главой столь опасного оборотнического Клана. Я отправился в одиночку к Рикне Витцу — и вот уже все местные Белые Тигры должны чуть ли не молиться на меня… Смешно, но это так. Это, наверное, у меня карма такая.
— Это не карма такая, это ты придурок такой.
— Ну значит, так, — хохотнул тот. — Натуру не переделаешь.
— Мозгов не прибавишь, — ехидно продолжил Эйнерт.
В этиуса полетела подушка. Дориан перехватил ее, пристроил за спину и кивком поблагодарил.
Дориан перехватил ее, пристроил за спину и кивком поблагодарил.
— Так что, дело о Белом Тигре можно считать закрытым? — спросил Дориан, чувствуя некоторую потребность смягчить свои последние слова.
— Угу, — кивнул Джейко и перевернулся на живот, чтобы видеть друга. — Остались всякие мелочи, но это уже не моя забота.
— А как твои сотрудники? Вышли из больницы?
— Эрик — да, и уже достал свой активностью. Что он пытается доказать? Что ну просто необходим? Глупый. Я и так это знаю. Трудно без помощника. Рекки на днях домой отправят. Ты бы видел эту физиономию! Выглядит так, будто ему медаль дали. Еще бы — первое боевое ранение. Хотя по-хорошему надо им всем и мне тоже уши надрать. Мне — за раздолбайство. Инстинкт охоты взыграл, так меня растак. А их — за то, что их уделали как мальчиков.
— Да ладно тебе. Они же сыщики, а не бойцы.
— Все равно. Для кого один день в неделю выделен на физическую и магическую подготовку? Бьюсь с ними, бьюсь — и вот результат.
— Джейко, ну ты загнул. В той ситуации и профессиональные бойцы могли попасть впросак. Сам знаешь, для появления рефлексов вроде как у меня совсем другая подготовка нужна. И одного дня тут явно недостаточно. Скажи спасибо, что сразу не полегли.
— Спасибо, — саркастически бросил Тацу, который больше злился на себя, и даже не за то, что поддался на провокацию Ястребов, а за то, что сейчас не мог придумать, как полностью обезопасить своих людей.
— Ты лучше расскажи, как тебе удалось спровоцировать убийцу напасть именно на меня.
— Ой, да это ерунда, — махнул рукою Джейко. — Детский сад, младшая группа. Помнишь статью, что вышла в день твоего приезда в Ойя и нашего памятного похода в «Дверь в Риму»? — Дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — Ну так вот, там был очень прозрачный намек на то, что никто паники и погромов не допустит. Улики хоть и указывают на Белых Тигров, а тем не менее никто не собирается обвинять всю общину. А это совсем не входило в планы Сизых Ястребов. Они-то надеялись, что я ухвачусь обеими руками за возможность насолить врагам моего ненаглядного Инема. А не тут-то было. И при этом они понимали, что только на мне и держатся эти спокойствие и порядок. Меня убивать они побоялись. Кто нас, Тацу, знает: как бы наша ярость не снесла не только Тигров, но и самих Ястребов, если я что-то раскопал. Если помнишь, даже сам убийца не напал на меня, пока я его не вынудил. У него были на этот счет точные указания. Конечно, они звучали не как приказ не убивать Тацу, а более обтекаемо, но не суть. Вот он и сбежал при первой возможности. Учуял «бобров» и убег. Его задачей, идеей фикс было вовсе не убийство, как мы первоначально думали. Он хотел научиться переворачиваться в зверя. Сизые Ястребы через свою пешку-полукровку нашептали ему об этом твоем культе. Помнишь, ты рассказывал? Я потом нашел информацию о нем. Культ Единого Зверя с их идеей о происхождении всех оборотней от одного существа. Что, мол, раньше Тигр мог родить Лиса, а Ворон мог быть братом Шакалу. У них даже была теория, что оборотничество может передаваться при укусах, вроде заразной болезни. Бред, конечно, но это как подать. А расписали только так. Ястребы вообще это умеют, я еще на переговорах заметил. И, мол, чтобы получить эту способность — я про полную трансформацию — нужно принести несколько жертв. Особым способом убитых и особым оружием. Так, я, кажется, повторяюсь. Ты ведь уже слышал все эти рассуждения.
