«Всевидящие звезды! Уходя, оставил один труп, пришел, а там их два! И даже не моей работы! Совсем обнаглели!»
Тут в конце коридора показалась Лисси, гордо несущая перед собой заваленный едой поднос, от одного вида на который у голодного Дориана так и потекли слюнки. Оказавшись рядом, девушка озадаченно посмотрела на стоящего около собственной двери мага.
— И чего ты тут застрял?
Вместо ответа этиус забрал у нее поднос и изобразил, что пропускает даму вперед.
Тэй открыла дверь. Посмотрела. Аккуратно закрыла. Подумала.
— А может, пойдем отсюда? На кухню? Поднос прихватим, — с надеждой спросила девушка.
Дориан почесал кончик носа. Вздохнул:
— Я — за. Но вообще-то это моя комната, и если сейчас сюда заглянет кто-то из учителей, нам с Дрэмом светит убирать все туалеты без магии. Очень долго.
Блондин поправил под мышкой выпавшее в ступор от такого обращения зеркало, передоверил Тэй рубашку и бутылочку и толкнул дверь ногой. Сгрузил добро на стол.
Гм… И что делать дальше?
Этиус еще раз оглядел комнату, пытаясь понять, что здесь происходило. Весело, однако, в УМН. Еще и суток не прошло. Шикарно.
«Ненавижу Тацу!» — вылезла подленькая мыслишка. Похоже, она начинала становиться привычной. Ладно, потом.
Парень, чувствуя новый приступ аллергии, подошел к распростертой на полу Моранне. Нащупал четкое и ровное биение пульса. Порядок. Девушка просто в обмороке. Дориан перенес магичку на незанятую кровать и устроил поудобнее. Засим Эйнерт посчитал свою миссию выполненной и отдрейфовал к столу, оглядел представленное на подносе богатство, соорудил огромный бутерброд и, усевшись на краешек стола, принялся за уборку.
Сосредоточившись, Эйнерт создал воздушную сферу, заключив в нее все находящиеся в комнате бутылки, и с помощью выученного летом заклинания растер их в пыль, которую потом из непроницаемой сферы аккуратно пересыпал в какой-то пузырек с очень плотной крышкой. Пригодится. При попадании стеклянной пыли в легкие ни одно существо долго не протянет. Учитывая, что где-то рядом сейчас бродят убийцы, это лишним не окажется.
Закончив с этим, Дориан взялся за заклинание, которое должно было очистить воздух от лишних запахов. А полы можно и руками помыть. Этим вполне может озаботиться Джейко, когда очнется и попытается увильнуть от дружеских расспросов.
Лисичка тоже занялась трудовой деятельностью — перебинтовыванием плеча Джейко.
«А почему он сейчас без сознания? Вроде не должен бы… Или я плохо учила ПМП… [16] Хм… Не, мой дорогой, когда придешь в себя… у нас, — а судя по плотоядному выражению лица Дориана, он пришел к тем же выводам, — будет к тебе мно-о-го вопросов…»
Тут этиус снова чихнул. Лисси буквально подскочила. Ну конечно же! Платок, который просила передать Моранна! Тэй подошла к Эйнерту и протянула ему подарок черной волшебницы.
— Это тебе Моранна передала — вроде от аллергии на кошаков защищает.
Улыбнулась и уселась рядом на стол. Чтобы дотянуться до подноса с едой, ей пришлось перегнуться через Дориана. Тот картинно возмутился. Тэй пихнула его локтем в бок. Он ответил. Невесть до чего бы дошла эта шуточная битва, однако оба были голодны и уже через пару минут упоенно вгрызлись в бутерброды.
Жизнь явно налаживалась.
День только начинался, у него было, судя по всему, еще множество сюрпризов для молодых магов. Потому что в следующем акте этой безумной трагикомедии состав участников вновь увеличился.
В дверь в который раз постучали и, так же не дожидаясь ответа, вошли. Это была, как правильно определил вчера в гостиной Джейко, Ския Дэншиоми — белый маг и будущий лекарь.
Оказавшись внутри, девушка тут же впала в ступор, пытаясь переварить зрелище, что перед ней открылось. Особенно заляпанный кровью пол и два бездыханных тела — так по крайней мере казалось на первый взгляд, и будем надеяться, что только казалось… Внушало оптимизм только то, что двое других спокойно перекусывали, сидя прямо на столе.
Кажется, довольно милая картина, но почему-то не верилось, что нелюдимый Дориан, веселая Лисичка Тэй, вездесущая кошечка Моранна и вчерашний красавчик из гостиной, у которого на лице было написано, что он и дня без приключений прожить не может, — одна дружная компания?! И что они просто весело коротают здесь время. Кто-то просто отдыхает, а кто-то чайком балуется… «Не-е-ет, скорее я поверю в хорошую драку, чем в такую идиллию… Да и потом, если все так хорошо, откуда же здесь кровь?!»
— Пламенный привет всем, кого еще не видела… — сказала Ския, все так же пребывая под впечатлением. — А… можно вопрос?! Какой ураган здесь пронесся?!
Дориан воззрился на рыженькую. «У нас что, тут медом намазано?! Девчонки так и лезут, так и лезут. Можно подумать, что с утра делать больше нечего, как по гостям ходить. И обязательно к нам», — мрачно подумал этиус. Против самой Скии он ничего не имел, но пришла она явно не вовремя. Хотя…
— Привет, красавица! — Эйнерт через силу выдавил дружескую улыбку. — Да мы тут вчера лихо отмечали встречу, и… эээ… вот бедняга Джейко до сих пор еще спит. Но он еще воскреснет. Мы в это верим. — Красноречивый взгляд на Лисси, мол, поддакивай и помогай сочинять сказки.
— Ския, ты уже у нас белый маг, так? Может, ты поможешь Моранне, а то ей при виде крови плохо стало. — М-да, Дориан умел завуалировать приказ в форму просьбы или предложения, от которого нельзя отказаться.
В какой-то момент хваленая фамильная магия Тацу вытолкнула Джейко из бессознательного состояния, взамен этого погрузив юношу в столь любимый всеми докторами и называемый ими спасительным сон. Только вот рад парень этому совсем не был. Он вновь оказался в… том же особняке, от воспоминаний о котором спас его обморок…
…Вечерние сумерки, забавляясь, играли с тенями. В огромное — во всю стену — окно вливались косые солнечные лучи, освещая собой черный рояль на невысоком пьедестале. Вокруг были разбросаны ноты, а прямо на полу стояла узкая ваза горного хрусталя, держа в своих объятиях единственную розу — багряного цвета. Снежные вершины Синих Гор в окне почти поглотили вечернее солнце. На рояле искрился кроваво-красным недопитый бокал вина. И музыка разливалась по комнате.
Она рождалась под длинными уверенными пальцами, вплеталась в магию сумерек, танцевала вокруг закатных лучей и как вино кружила голову.
Прислонившийся к косяку двери юноша чувствовал себя попавшим в ловушку зверьком. На бледном лице темнели переполненные болью и жаждой глаза. Обнаженный беловолосый хищник, играющий на рояле, вынимал его сердце и пожирал душу. Мир юноши разбивался под эту великолепную всепоглощающую, не оставляющую ни малейшей надежды музыку…
В следующий миг Джейко усилием воли вырвался из сна и скатился с кровати.
Упал на одно колено, выставив левую руку в классическом жесте защиты. [17] — у парня на это движение было подвешено заклинание универсальной круговой стены, а правую — в жесте атаки [18]
В глазах юноши застыли ярость, ужас… и отчаяние. Даже на тренировках у него не получалось так идеально выполнить эту — к слову сказать, одну из основных — стойку боевого мага. [19] Сейчас он смотрел на все мутными очами, все еще пребывая там, в месте, где его детство кануло в бездну чужого порока. И мир вокруг сузился до жажды отмщения и инстинкта самосохранения.
