— Но ведь это бред! — воскликнул Сен-Лиз. Он сразу вспомнил взгляды, которыми смотрели друг на друга Ладимир и Валенсия, когда находились в его кабинете.
— Тем не менее адмирал поверил и считает меня убийцей своей дочери.
— А как вы узнали про Къюга?
— Случайно. Он проговорился. Правда, мне стоило труда добыть из него всю информацию.
— Постойте, а где вы его нашли? — удивленно спросил губернатор.
— Они с Мигелем Менкесом устроили эдакий рейд против адмирала Стюарта.
— Да, да, я про это слышал, но каким образом вы с ними столкнулись?
— Люди Менкеса нашли меня на одном из кораблей Стюарта, у которого я был в плену.
— Когда? — изумился Сен-Лиз.
— Буквально пару недель назад. Я угодил в ловушку и оказался в руках адмирала.
— Невероятно, — проговорил губернатор. — Продолжайте!
Ладимир кратко пересказал ему события, произошедшие с ним с момента пленения и до прибытия в порт Примы.
Несколько минут Сен-Лиз сидел, не находя слов, потом произнес:
— Ну, знаете… За такое нужно выпить! Я поражаюсь вам, Ладимир. Правда, сейчас я не знаю, что мне делать… радоваться или огорчаться.
— Отчего такие сомнения?
— Понимаете, отношения Лагуны и Империи — это несколько более сложный механизм, чем может показаться вначале. Это обычные обыватели думают, что Лагуна отстояла сбою независимость много лет назад, но на самом деле борьба идет и сейчас, каждый день, каждую минуту… Порой приходится применять силу, чтобы показать императору — Лагуна по-прежнему сильна, по-прежнему независима и может не только показывать зубы, но и кусать, причем больно кусать…
Губернатор склонил голову, опершись лбом на ладонь, и негромко засмеялся.
— Ладимир, вы, сами того не подозревая, разрушили мои планы.
— Какие планы, губернатор? — Он не разделял веселья Сен-Лиза.
— Понимаете, мы с императором крайне редко вступаем в открытую конфронтацию, это не выгодно ни ему, ни мне. Но делать небольшие стратегические ходы — это сколько угодно! Говоря языком шахмат, движем пешками, в надежде, что одна из них станет королевой. Эскадра адмирала Стюарта — пешка императора, а Мигель Менкес — моя. Точнее, был моей пешкой, пока не пересекся с вами.
— Менкес работал на вас? — удивился Ладимир.
— Не напрямую, конечно, — пожал плечами Сен-Лиз. — Через подставных лиц — неких бизнесменов, которые из-за действий Стюарта понесли финансовые потери.
— А я думал…
Губернатор снова засмеялся:
— Перестаньте, Ладимир. Не может быть, что вы настолько наивны, чтобы поверить в патриотизм местных обитателей.
Нет! Менкесу хорошо заплатили, чтобы он собрал небольшую эскадру и пощипал перья Стюарту. Но судьбе было угодно, чтобы он столкнулся с вами. Невероятно! — Он покачал головой. — Что вы сделали с Къюгом?
— Он заперт в наемных камерах для временного содержания заключенных.
— Здесь на Приме?
— Да.
— Хорошо. Вы можете отдать его мне? Мои люди еще поработают с ним, на случай, если он что-нибудь утаил. О результатах вам доложат немедленно.
— Я обещал ему жизнь, губернатор.
— Однако, — покачал головой Сен-Лиз. — С врагами нельзя быть мягкосердечным. Врагов надо уничтожать!
— И тем не менее я дал слово.
— Хорошо, ваше слово не будет нарушено. Отдадите мне его?
— Да, — Ладимир согласно кивнул. — Что еще вы хотели спросить, Антуан?
— В свете рассказанных вами событий другие вопросы уже не имеют смысла…
— И все же?
— Скажите, Лад, вам знакомы такие названия, как «Гордость Империи», «Звезда надежды», «Солнечный караван»?
— Суперлайнеры? Один имперский, два других — принадлежат «Млечному Пути». Это известно практически всем, кто хоть иногда смотрит новости и рекламу.
— Именно так, — кивнул губернатор. — Но что еще не было в новостях и уж точно не нуждается в рекламе, это то, что все они исчезли.
— Что значит «исчезли»? — удивился Лад.
— Именно то, что я сказал! — Сен-Лиз с серьезным видом смотрел на капитана. — Все три ушли в рейсы с тысячами пассажиров на борту. Успешно совершили прыжок, но из гипера уже не вышли.
Ладимир удивленно покачал головой.
— Мало того, — продолжил Антуан, — таким же образом пропали еще двадцать три судна. Несколько пассажирских, грузовики и две яхты. Двенадцать из них принадлежат «Млечному Пути».
— Я так понимаю, вы хотели узнать, не причастен ли я к этому?
— Я ни в коем случае вас не обвиняю, но тот факт, что больше половины пропавших кораблей принадлежат корпорации, лишившей вас привычной жизни, карьеры, да и вообще всего, что у вас было, послужило причиной того, что корпорации, не долго думая, повесили на вас всех собак и направили Императору петицию с требованием уничтожить, цитирую: «зарвавшегося пирата».
— Ну, пусть попробуют, — мрачно сказал Ладимир.
— Перестаньте, Лад! — резко сказал Сен-Лиз. — Я прекрасно вижу, что вы не в духе, но нужно уметь контролировать свои эмоции. Неужели я должен вас этому учить?! Если корпорации объединятся, то даже моего влияния не хватит, чтобы защитить вас.
— Уверен, император не допустит подобного объединения. Если вам все еще нужен мой ответ, то нет, Антуан, я к этому не причастен. Скажу больше, ваша история насторожила и меня. «Пилигрим», совершивший прыжок к Лагуне в момент моего пленения, до сих пор не прилетел.
— Н-да… — протянул губернатор, — творится что-то странное, и я пока не могу понять, что именно.
Сен-Лиз задумался на некоторое время, а Лад понял, что ему пора идти.
Он поднялся:
— Пожалуй, я пойду, Антуан.
— Да, конечно. Я благодарен вам. Ладимир, за то, что развеяли мои сомнения и дали возможность встретить моих противников во всеоружии. Если вы что-то узнаете, сразу сообщайте мне. Я оставлю специальное распоряжение, чтобы вас соединяли со мной, где бы я ни находился.
* * *
Всю обратную дорогу Лад не обмолвился с Георгием ни единым словом. По прибытии в гостиницу он велел всем собраться у него.
Когда команда была в сборе, капитан обвел всех холодным взглядом и спросил:
— Как вы считаете, кому из вас я могу доверять? Даже не так! Кому из вас я могу верить?
Георгий сразу понял, о чем пойдет речь:
— Капитан, но я же объяснил…
Ладимир жестом прервал его и сказал:
— Я жду ответа!
Никто почему-то не решался ответить.
— Так что? Никому?
— Ну почему никому, — отозвался Рудольф. — Мне можете.
— Значит, тебе могу. Так, хорошо. Кому еще? — Лад распалялся с каждым словом.
— Да всем можете, капитан, — сказал Виталь, махнув стаканом с вином.
— Всем?
— Ну да, что за вопрос?!
— А почему? Потому что вы сейчас здесь со мной? А когда я был в плену, я мог вам доверять?
— Конечно…
— Тогда почему вы не доверяете Петеру?! — прорычал Каменев. — Ну?! Я жду ответа!
Ни у кого его не нашлось. Ладимир посмотрел на каждого суровым взглядом и только собрался что-то еще сказать, как зазвонил стационарный видеофон.
Капитан резко нажал кнопку ответа и рявкнул, повернувшись к экрану:
— Да, слушаю.
— Простите, господин капитан, — на мониторе был служащий космодрома, — но вы просили немедленно сообщить вам, если «пилигрим» с бортовым номером 17-133 совершит посадку. Он только что прошел плотные слои…
Последние слова парня никто не слышал — все, как один, ринулись к выходу. Забравшись в машины, они помчались к космодрому. Бросив автомобили на поле, все побежали на посадочную платформу встречать экипаж «пилигрима».
