— О боже! — хором вздохнули мы с Шеззер.
— Не собираюсь снова с ним встречаться или вообще что-нибудь. Просто это… приятно, — смущенно заключила Джуд, избегая наших укоризненных взглядов.
Возвращаюсь — включается автоответчик.
— Привет, Бриджит! — Глубокий, сексуальный, молодой голос, с иностранным акцентом. — Это Неистовый Парень…
Проклятые девчонки, должно быть, дали ему мой номер. Ужаснувшись — совершенно незнакомый человек знает мой номер телефона, — не стала поднимать трубку, а просто прослушала до конца, как Неистовый Парень объясняет, что будет завтра вечером в «192», с красной розой в руке.
Немедленно перезвонила Шеззер и сказала ей всё, что о ней думаю.
— Да ладно тебе, — успокоила она меня, — пойдём все вместе — повеселимся.
Итак, по плану завтра вечером идём туда втроём. Хо-хум! А что мне делать с дырой в стене и вонью на лестнице? Чёртов Гари! Вытянул из меня 3500 фунтов. Так; придётся, чёрт возьми, позвонить ему.
* * *
5 мая, понедельник
127 фунтов (ура!); прогрессивных изменений с дырой в стене, совершённых Гари, — никаких; прогрессивных изменений в попытках забыть Марка Дарси благодаря фантазиям о Неистовом Парне — средне (затрудняют ресницы).
Приехала домой и обнаружила сообщение от Гари: зашился с другой работой, а если у меня какие мысли, так он считает — спешки нет. Всё устроит, приедет завтра вечером.
Вот, и напрасно я волновалась. Ммм, Неистовый Парень… Может, Джуд и Шеззер правы: мне просто надо действовать, а не воображать постоянно Марка с Ребеккой в разных любовных сценах. Однако беспокоюсь насчёт ресниц, — точнее, насколько они длинны. Фантазии о стройном, неистовом, демоническом теле Неистового Парня слегка испорчены образом Неистового Парня, моргающего тяжёлыми, длинными ресницами, как диснеевский Бэмби.
21.00. Приехала в «192» к 20.05. Джуд и Шез висят на хвосте, чтобы занять соседний столик и приглядывать за мной.
05. Джуд и Шез висят на хвосте, чтобы занять соседний столик и приглядывать за мной. Никаких признаков Неистового Парня. Единственный одинокий мужчина в кафе — ужасный, старый урод, в холщовой рубашке, с хвостиком на голове и в тёмных очках; пристально смотрит на меня. Где же Неистовый Парень?
Одариваю его презрительным взглядом. Он так нагло уставляется на меня, что немного погодя решила — ухожу. Поднимаюсь из-за столика — и чуть не подпрыгиваю до потолка: урод держит в руке красную розу… Ошеломлённо смотрю, как он, ухмыляясь, снимает свои идиотские очки, демонстрируя фальшивые ресницы в стиле Барбары Карт ленд. Этот урод и есть Неистовый Парень! В ужасе выскакиваю на улицу, а Джуд и Шеззер спешат за мной, скрючившись от хохота.
* * *
6 мая, вторник
128 фунтов (воображаемый ребёнок весом 1 фунт? ); мыслей о Марке — лучше; прогрессивных изменений с дыркой в стене, совершённых Гари, — статично, т.е. никаких.
19.00. Оч. плохое настроение. Только что оставила Тому сообщение: не свихнулся ли он тоже. Понимаю — надо учиться любить себя и жить настоящим моментом, не переживать, а думать о других и быть цельной личностью, но чувствую себя ужасно. Я так скучаю по Марку! Поверить не могу — неужели он встречается с Ребеккой?! Что я такого сделала? Очевидно, со мной что-то не так. Просто всё больше старею, и теперь ясно — ничего хорошего у меня уже не произойдёт; нужно, видимо, смириться с перспективой, что я навсегда останусь одна и у меня никогда не будет детей. Нет, слушай, надо собраться. Скоро придёт Гари.
19.30. Гари опаздывает.
19.45. Ни намёка на этого чёртового Гари.
20.00. Гари так и нет.
20.15. Проклятье, Гари так и не пришёл! Ох, телефон, — наверно, он.
20.30. Звонил Том, сообщил, что тоже свихнулся и то же самое сделала его кошка — писает на ковер. Потом он сказал нечто уж совсем удивительное:
— Бридж, ты не хотела бы родить от меня ребёнка?
— Что?
— Ребёнка.
— Зачем? — растерялась я, неожиданно создав в воображении тревожную картину секса с Томом.
— Ну… — он на минуту задумался, — мне бы очень хотелось иметь ребёнка и продолжить свой род; но, во-первых, я слишком эгоистичен, чтобы ухаживать за ним, а во-вторых, я голубой. А у тебя хорошо получилось бы, — если, конечно, не забудешь его в магазине.
Обожаю Тома — он будто как-то почувствовал то, что я ощущаю сама. Ладно, попросил подумать. А ведь это идея!
20.45. А почему бы и нет? Можно держать его дома, в маленькой корзиночке. Да! Стоит только представить — просыпаешься утром, а рядом маленькое существо, можно его обнимать и любить. И делать всё вместе, — например, ходить на аттракционы или в магазины игрушек, искать всяких Барби. А дом превратится в славный, мирный, пахнущий детской пудрой рай. Если же Гари все-таки придёт, ребёнок пусть спит в свободной спальне. Возможно также, если у Джуд и Шеззер тоже будут дети, жить вместе, коммуной и… Чёрт, подожгла окурком мусорную корзину!
* * *
10 мая, суббота
129 фунтов (воображаемый ребёнок уже гигантский, учитывая его возраст); сигарет — 7 (необязательно же бросать из-за воображаемой беременности, правда? ); калорий — 3255 (ем за себя плюс за крошечного призрака); позитивных мыслей — 4; прогрессивных изменений с дырой в стене, совершённых Гари, — никаких.
11.00. Ходила за сигаретами. Оказалось, на улице — неожиданно, необъяснимо — действительно жарко. Это фантастика! Некоторые мужчины уже ходят по городу в спортивных трусах!
11.15. Наступило лето, но это вовсе не означает, что жизнь должна превратиться в хаос, с беспорядком в квартире, вырвавшимся из-под контроля почтовым ящиком и повсеместной вонью.
(Уф, на лестнице теперь и впрямь очень скверно.) Собираюсь всё это исправить — целый день навожу чистоту в квартире и разбираюсь в почтовом ящике. Везде устраиваю порядок, чтобы впустить в свою жизнь новый мир.
11.30. Так, для начала соберу все кучки газет в одну центральную кучу.
11.40. Уф, хотя…
12.15. Может, сначала разберусь с почтой?
12.20. Просто невозможно этим заниматься, если не одеться правильно.
12.25. Мне не нравится, как я выгляжу в шортах, — как-то слишком спортивно. Нужно короткое, узкое платьице.
12.35. И где оно?
12.40. Платье надо постирать и просушить.
12.55. Ура! Иду плавать на Хэмпстедские пруды с Джуд и Шеззер! Не сделала эпиляцию, но Джуд говорит, бассейн только для дам и там полно лесбиянок, а они считают, что быть волосатой как снежный человек — предмет гомосексуальной гордости. Ура!
Полночь. На пруду было фантастично, как на картине мастера шестнадцатого века с нимфами, только гораздо больше нимф, чем я ожидала, в купальниках от Дороти Перкинс. Всё оч. старомодно, с деревянными мостками и поручнями. Купание в естественной среде, грязь (на дне, не на собственной попе) — всё это вызывает совершенно новые ощущения. Рассказала подругам об идее Тома насчёт ребёнка.
— О боже! — изумилась Шез. — Что ж, по-моему, идея хорошая. Правда, в довершение к «Почему ты не замужем?» тебя будут донимать ещё и вопросами «Кто отец?».
— Можно говорить — искусственное оплодотворение, — предложила я.
— Мне кажется, этот мир крайне эгоистичен, — холодно произнесла Джуд.
Последовала удивленная пауза: мы уставились на Джуд — что она имеет в виду?
— Почему? — поинтересовалась наконец Шез.
