— Итак, ты хочешь сказать, что снова впала в Отрицание Очевидного?
— Да-а… — неуверенно согласилась я. — Может, позвонить ему завтра?
— Нет! Если хочешь возобновить отношения, нельзя омрачать их всякими сценами, так что подожди четыре-пять дней, пока не восстановишь форму, а потом… Да, ничего плохого, если сделаешь такой легкий, дружественный звонок, просто чтобы дать ему понять — всё о'кей.
— «Дружественный звонок»?..
— Да-да, вот так и поступи! Ручаюсь тебе — это пойдёт только на пользу вашим отношениям.
23.00. Не позвонил. Вот чёрт! Совсем сбита с толку. Мир любовных отношений — это как отвратительная игра с блефом и двойным блефом: мужчины и женщины ведут огонь друг по другу, засев по разные стороны баррикады. Будто существует некий свод законов и предполагается, что все должны ему следовать, но никто не знает, в чём он состоит, и каждый просто выдумывает свой собственный. И в результате тебя бросают, потому что ты не следовал правильным законам. Но ведь ты и не мог, поскольку заранее не знал, что это за законы!
* * *
25 февраля, вторник
Проезжала мимо дома Марка Дарси с целью проверить, горит ли там свет, — 2 раза (или четыре, если считать в обе стороны); набирала 141 (чтобы он не мог вычислить мой номер, если позвонит по 1471) и сразу же звонила ему на автоответчик, просто чтобы услышать его голос, — 5 раз (плохо) (хотя оч. хор., что не оставила сообщений); искала в телефонной книге номер Марка Царей, просто чтобы убедиться, что он ещё существует, — 2 раза (оч. сдержанно); исходящих звонков с мобильного, чтобы не занимать телефонную линию, на случай если он позвонит, — 100 проц.; звонящих абонентов, вызвавших злое раздражение тем, что они не Марк Царей (если не звонили, чтобы поговорить о Марке Царей), и принужденных освободить телефон как можно быстрее, чтобы не заблокировать звонок от Марка Дарси, — 100 проц.
20.00. Только что звонила Магда — спрашивала, как прошёл уик-энд. Рассказала ей всё.
— Слушай, если ты ещё раз так сделаешь — отправишься в угол! Харри! Извини, Бридж. А он что?
— Я с ним не разговаривала.
— Что? Почему?
Рассказала всё про сообщение на автоответчике и теорию марсианской резинки — эмоционального ушиба — избыточной любви.
— Бриджит, я просто отказываюсь верить! Из всей твоей истории вовсе не следует, что он тебя бросил. Просто у него испортилось настроение — ведь он поймал тебя, когда ты с кем-то там обнималась.
— Не обнималась я! Это всё произошло… случайно, против моей воли.
— Но он же не умеет читать мысли. Как, интересно, он узнает, что ты чувствуешь на самом деле? Вам надо объясниться! Ох, извини… Немедленно вытащи это у него изо рта! Ты идёшь со мной! Идёшь со мной наверх и встаёшь в угол!
20.45. Может, Магда и права: просто я вбила себе в голову, что он меня бросил, а он вовсе этого не имел в виду. А тогда, в машине, просто был расстроен из-за всей этой истории с обниманиями и хотел, чтобы я что-нибудь сказала, а теперь он думает, будто я его избегаю! Надо позвонить. Вот в чём проблема современных отношений (или экс-отношений) — не хватает общения.
21.00. Да, я собираюсь это сделать.
21.01. Поехали.
21.10. Марк Дарси резко ответил: «Да?» — бесконечно нетерпеливым тоном. В трубке слышался какой-то шум. Потеряв всю свою решимость, шепчу:
— Это я, это Бриджит…
— Бриджит! Ты с ума сошла! Вообще ничего не соображаешь? Не звонила мне два дня — и теперь звонишь посреди самого важного, самого решающего! Не-е-е-ет! Не-е-е-ет! Дубина, чёрт!.. Господи, дубина, — прямо за защитником! Это же фол! Тебя же… Всё, он его штрафует… его удаляют. О господи! Слушай, я тебе перезвоню, когда кончится.
21.15. Конечно, я же знала — там какой-то финал чемпионата мира или чего-то еще. Просто забыла; всё из-за того, что переволновалась и погрязла в эмоциональном болоте. С каждым может приключиться.
21.30. Как можно было быть такой дурой? Как? Как?!
21.35. Боже, телефон! Марк Дарси! Нет, это Джуд.
— Ну что? Он не стал с тобой разговаривать, потому что смотрел футбол?! Кончай с ним, кончай немедленно! Будет звонить — тебя нет дома. Как он смеет?!
Сразу поняла, что Джуд права: если бы Марк действительно серьёзно ко мне относился, футбол не оказался бы важнее. Шез была ещё более выразительна.
— Единственная причина помешательства мужчин на футболе — это их врожденная неполноценность! — взорвалась она. — Комплекс: болеют за какую-нибудь команду, устраивают вокруг этого жуткую шумиху, а воображают, что сами выигрывают матч, что им это одобрение, аплодисменты, всяческие почести…
— Да. Так ты придёшь к Джуд?
— Э-э-э… нет.
— Почему?
— Мы с Саймоном будем смотреть матч. С Саймоном? Шеззер и Саймон?.. Но Саймон просто один из наших друзей.
— Но ведь ты говорила…
— Это совсем другое. Люблю футбол, потому что это очень интересная игра.
Хмм… Уже выходила из дома, когда телефон снова зазвонил.
— О, привет, дорогая, это мама. У нас тут всё замечательно! Все обожают Веллингтона! Мы брали его с собой в Ротари и…
— Мама, ты демонстрируешь кругом Веллингтона как какой-нибудь экспонат!
— Ты знаешь, дорогая, — холодно отозвалась мама, — что я действительно ненавижу — так это расизм и фанатизм.
— Что-о?
— А вот что. Когда Робертсоны вернулись из Амершама, мы возили их в Ротари, и ты ничего тогда не говорила, верно?
Перевожу дыхание, пытаясь выбраться из паутины логических извращений.
— Что-о?
— А вот что. Когда Робертсоны вернулись из Амершама, мы возили их в Ротари, и ты ничего тогда не говорила, верно?
Перевожу дыхание, пытаясь выбраться из паутины логических извращений.
— Ты всегда раскладываешь всё по маленьким коробочкам, ведь правда, — с этими твоими Самодовольными Женатиками, Одиночками, цветными и гомосексуалистами. Ладно, я звоню напомнить: «Мисс Сайгон» в пятницу, начало в семь тридцать.
О боже! Мычу в отчаянии:
— Э-э-э…
Уверена, что не соглашалась, уверена!
— Ты идёшь, Бриджит; мы уже купили билеты.
Малодушно согласилась принимать участие в этом странном увеселении, невнятно извинившись за Марка — он работает, — и этим крайне маму взбудоражив.
— «Работает», фрр! Над чем таким он трудится в пятницу вечером? Тебе не кажется, что он слишком много работает? Не думаю, чтобы работа…
— Мам, правда надо идти, опаздываю к Джуд! — твердо заявила я.
— О, вечно ты бегаешь туда-сюда! Джуд, Шерон, йога… Меня удивляет, что у вас с Марком ещё находится время как-то встречаться!
Как только приехала к Джуд, разговор естественным образом закрутился вокруг Шеззер и Саймона.
— Нет, правда! — Джуд заговорщицки наклонилась ко мне, хотя в квартире больше никого не было. — Наткнулась на них в субботу, в «Конран-шоп»: вместе хихикали над прилавком с ножами, как пара Самодовольных Женатиков.
Современные Одиночки отличаются тем, что единственный способ для них вступить в нормальные отношения — это сделать вид, что никаких отношений нет. Шез с Саймоном вроде не встречаются, но при этом делают всё, что полагается делать обычным парам. А нам с Марком вроде полагается встречаться, но мы при этом вообще друг с другом не видимся.
— Я считаю, люди должны говорить не «мы просто хорошие друзья», а «мы просто встречаемся», — мрачно изрекла я.
— Ага, — кивнула Джуд. — Может, лучше всего «платоническая дружба в сочетании с вибратором»?
