— Низкий… очень низкий. — Уверан дотянулся до виртуальной клавиатуры и мазнул по указателю.
Вспыхнул погасший монитор — сверхплоский прямоугольник неопластика с вживленными кристаллами, — и на экране возникла таблица.
— Север — тринадцать, юг — двадцать четыре, восток и запад — по семнадцать. Погрешность — шестьдесят процентов. Нормально?
— Бывало и хуже. Вспомни Рукран. Там мы искали парней Коллегии Датлая в совершенно жутких условиях. Помнишь, их назойливые самолетики на смеси бензола и керосина? Как они лихо швыряли бомбы нам на головы. А сволочь Шогохаж засел в штабе их полка… достали ведь…
Уверан досадливо отмахнулся. Четыре года назад он исполнял обязанности заместителя начальника станции и принимал участие в поимке агентов Коллегии Стабильности враждебного Датлая. Впечатления не из приятных, там он потерял свою подружку и едва не вылетел с работы за несвоевременную подачу эвакуационного транспорта…
— Словом, я расширяю сферу поиска.
— Вас всего восемь человек. Четыре пары, при круглосуточном графике вы будете колупаться год.
— Пойдем по одному.
Уверан передернул плечами, раздраженно бросил:
— Тебе Охвана не хватит? Сходил один в мирный Сухан! Вас положат еще в Ущелье. — Уверан сменил тон. — Очнись, Даран! Ты забыл, где сидишь? Смотри.
Уверан повел курсором по экрану, высветил карту Зоны и ткнул пальцем.
— Направление Сетиж — Дамас — Арзан. Дамас за границей, там территория Ругии. В этой области пятнадцать банд общей численностью больше тысячи человек.
В этой области пятнадцать банд общей численностью больше тысячи человек. Здесь снуют разведчики конкурентов, шпионы Ругии, зарубежных разведок. По тракту Дамас — Ностар и Мегар — Хоуш постоянно ходят караваны к пограничным форпостам. В небе шныряют армейские «вертушки». На орбите по меньшей мере десять спутников наблюдают за Зоной. Америка, Ругия, может, Магриб… И это только на маленьком кусочке Зоны!
Уверан отпустил пульт, повернул кресло и напряженно посмотрел на собеседника.
— Ты сюда хочешь влезть ввосьмером?
— Свард обещал прислать еще три группы.
Уверан покачал головой, невесело усмехнулся. Постучал пальцем по столу.
— Никто в ГТП, да и здесь не может понять, с чем мы столкнулись в этом мире. Земля — не Рукран с примитивными аэропланами и трехзарядными винтовками. Не Смилта с бронзовыми топорами… Они отстают от нас в развитии всего на шестьдесят лет. В каждой стране по три-четыре секретные службы, высокоразвитая техника и атомное оружие. Катастрофа на Медном плато покажется мелочью по сравнению с тем, что будет здесь… если влезть по-настоящему! До сих пор мы с легкостью пинали слабые цивилизации, даже не дошедшие до атома, а здесь… Кафти покажется легкой прогулкой по сравнению с ребусом Зоны.
В комнате стало тихо. Вспотевший Уверан слез со стола и плюхнулся в кресло. Оно зашипело, меняя форму под фигуру человека.
Хорте поскреб подбородок — отвыкал от щетины, — вытянул руку, разглядывая печатку. Когда он поднял голову, глаза блеснули, словно клинки ножей.
— Может, это ты не понимаешь, что происходит? Или, по-твоему, директору Управления и куратору направления делать нечего, как направлять сюда новые группы поиска, срывая их с другой работы… ты прав, это не Рукран, не Смилта, не Кафти и даже… даже не Увро-Ная… — Голос официала обрел тяжесть свинца. — Кто-то воспользовался нашим ПСД. Нонсенс! До сих пор ПСД владеют три стороны: мы, равитанцы и Датлай. И никогда никто не мог проникнуть в новый мир по контуру друг друга. А тут — проникновения, да еще нескольких объектов! Кто? Откуда? Зачем?
Уверан видел смятение собеседника. Похоже, тот был смертельно… напуган!
— …Если наши извечные враги — их надо найти и убрать. И устранить возможность нового проникновения. Если это… другие… — Официал сглотнул и посмотрел на Уверана. — Я готов молиться всем богам всех миров, чтобы это не были истинные хозяева пространства!..
Красивая рулада пропела над головой, бархатный голосок невидимой красавицы ангельски изрек:
— Обер-официал Уверан. На связи куратор Свард. Ложа переговоров готова.
Уверан встал, разгоняя оцепенение, машинально провел по шее — всплыли армейские инстинкты проверять застегнутые клапана формы.
— Давай, Рольди. Шеф ждет, не обмани его надежд. И не настаивай на своей точке зрения… так сразу.
Хорте махнул рукой и потянулся к холодильнику достать субпиво. Уверан хмыкнул, пошел к выходу, на пороге бросил:
— Боюсь, высказать свою точку зрения у меня не будет момента.
* * *
— Сколько ты ставил на кон? Три?.. Не звезди, это я ставил. Славик, скажи…
— Да иди ты, Яр. Деньги получил? Гуляй!
— А проценты? Ты, сука, задолжал по жизни штуку!
Из кобуры вылез пистолет, щелкнул предохранитель, и ствол уперся в живот бандиту. Тот сдавленно ухнул, рука тронула приклад висящего за спиной автомата.
— Тише, мудак. И убери ствол, а то прихлопну.
— Эй, парни! Вы охерели? — Третий боевик отошел назад, выставил руки.
— Эй, парни! Вы охерели? — Третий боевик отошел назад, выставил руки.
Недовольный результатом игры Яр все отступал, пока не уперся спиной в угол ограды. Наступавший на него бандит опустил пистолет, сплюнул сквозь зубы. Глянул на побледневшего Яра, выдохнул.
— Впредь не болтай, если не знаешь. И за картами смотри, а не на блядей вокруг. Сам просрал, себя и вини.
— Хрен с тобой, Севка. Но я запомню. А штуку ты отдашь или получишь свое.
На крыльцо дома, возле которого происходила ссора, вышел Эрик — старший группы. Увидев его, бандиты стихли, оружие исчезло. Эрик недовольно посмотрел на них, на лунообразном заросшем щетиной лице возникло брезгливое выражение.
— Перепили вчера? Славка, еще увижу ствол в руке — пошлю на фазенду, за старухами смотреть.
— Ладно, старшой, проехали. — Боевик отошел в сторону, кинул презрительный взгляд на Яра. — Не буду.
На противоположной стороне улицы возле старого сарая, превращенного в склад, стояли Нэд и Мечислав. Один в застиранной выцветшей спецовке неопределенного цвета, с кое-как отмытыми от масла и грязи руками, второй в обычном наряде: легкие просторные брюки, майка и невесомая ветровка из облегченного брезента. В наплечной кобуре пистолет, на поясе нож. Импортные солнцезащитные очки подняты на лоб, длинные волосы зачесаны назад, аккуратно подстриженная борода закрывает лицо.
— За последние три дня вторая стычка на моих глазах. Эти хоть миром разошлись, а позавчера Казимир пол-обоймы в Степана выпустил.
— Знаю. — Нэд поморщился, вспоминая внезапно возникшую свару, ругань боевиков и короткую перестрелку. — Видел.
— И что Виконт?
— Ничего. Степана закопали, а Казимира в лазарет, и стеречь плантации на два месяца. Чтобы остыл.
Мечислав пожал плечами: непонятно, рад он такому повороту или ему все равно.
— Звереют выродки. Чуют гибель.
Нэд вертел в руках тонкий стебелек травинки, изредка покусывая его. На лице безмятежное выражение, глаза смотрят спокойно, словно его это все не касалось.
— Мозги с катушек слетают от нервотрепки. Ждут всего: нападения на поселок, атаки армейцев, засады на трассе. У самых слабых нервы летят, оттого и собачатся друг с другом.
Мечислав взглянул на приятеля, недобро бросил:
