— Полный. Через день после гибели. Его сын взят на обучение в военный кадетский корпус, согласно личному пожеланию. Дочери три года, на нее открыт специальный счет на обучение и жилье. Жена получает пенсию мужа и премиальные.
Апиян кивнул. Забота о подчиненных была его пунктиком. «Сотрудник ГТП никогда ни в чем не должен нуждаться. Ничто не должно отвлекать его от работы. Тем более бытовые неурядицы», — повторял шеф-ордер.
Эти слова знал любой новичок службы и, только поступив на работу, готов был отдать жизнь за своего шефа.
— У нас есть версия произошедшего. Хорте мог встретиться с объектом, и тот в ходе разговора или схватки его убил. Иначе объяснить случившееся мы не можем.
— Дальше.
— Дальше в Зоне разгорелся местный конфликт, об этом тоже докладывали в центр. Мы временно запретили активные действия. Отчасти из-за опасения потерять людей, отчасти из-за работы спецслужб Земли.
— Они так сильны?
— Уровень развития Земли отстает от нашего в среднем на шестьдесят лет. Судите сами. Кстати, и уровень техники достаточно высок.
— Насколько?
— Настолько, что они сумели обнаружить и сбить наш спутник, который мы вывели неделю назад. Он успел один раз просканировать Зону и сделать несколько снимков планеты. На экране вы видите один из кадров. Спутник пролетал меньше двух часов. К счастью, сбившие спутник ругийцы считают, что это аппарат США — противника Ругии. Спутник проходил слишком низко над Землей и был принят за шпионский беспилотный аппарат. Обычно космические аппараты друг друга они не сбивают.
— Да. С таким уровнем развития мы еще не встречались.
— В последнее время аномалии шли чередой. — Свард вывел на экран монитора карту Зоны, и каждый участник совещания увидел ее на своем компьютере. — Несколько раз практически со стопроцентной вероятностью обнаружения был зафиксирован объект и новое срабатывание «контура». Спонтанно возникшего «контура», неподконтрольного нам. Причем фиксировались несколько объектов в разных точках. После чего устройство контроля выходило из строя, а компьютер проводил перезагрузку с активацией программы защиты от вирусов, так как фиксировал общий сбой. Уверан успел записать показания и передал их нам.
На мониторах пошла запись со станции слежения. Сначала показания установки контроля, а потом общая запись с видеокамеры, установленной в зале станции.
«- Фиксация проявления! — раздался в зале далекий голос техника. Контур! Новый контур!
— Духи Вселенной!.. Что это?..
— Кто-то готовит контур для прохода в этот мир! Вторжение. Но почему так странно? И долго?..»
Экраны показывали суетящихся людей и испуг на их лицах. Фигура Уверана закаменела напротив монитора, на котором мигали разноцветные огоньки. Фрагмент закончился, на экране вновь была карта Зоны.
— На сегодняшний день, двадцать четвертое июня, состояние прежнее. Установка не показывает ни нового «контура», ни объектов. Тишина. Проверка аппаратуры не показала никаких отклонений от нормы.
Свард закончил и отключил запись.
Несколько секунд в зале царила тишина. Все были под впечатлением от демонстрации. Апиян обвел зал взглядом, вздохнул, приказал секретарю убрать с общего экрана карту планеты и высветить карту Зоны.
— Итак… теперь мы знаем подробную картину произошедшего. Налицо аномалии, пока непонятные нам. Ясно одно — неисправностью техники это не объяснить. Кстати, я хотел бы послушать заключение ученых. Господин Батук, вам слово.
Директор Института Сопряженных Пространств Оксил Батук поправил воротник рубашки и посмотрел на Апияна.
— После доклада на ученом совете приват-доцента Агреды было проведено расширенное заседание. Мы пришли к выводу, что перед нами одно из тех явлений, которые пока неподвластны нашему разуму.
— Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду те природные явления, о которых мы до сих пор мало знаем.
— Но мы давно и успешно пользуемся этими самыми явлениями, — с долей сарказма вставил директор Управления Контрразведки Медо Дгиз.
— Молодой человек, — Батуку перевалило за сотню, и шестидесятисемилетний Дгиз годился ему в сыновья, — мы уже двести лет используем электричество, но никто до сих пор не знает, что это такое.
— Направленное движение отрицательно заряженных частиц.
— Вы отлично знаете физику, — поддел его Батук, — По крайней мере школьный курс. Это определение силы тока. А что такое электричество?
— Забыл, — буркнул Дгиз, чувствуя некоторое смущение. Устраивать спор на заседании ему казалось глупым.
— Жаль, — вздохнул Батук. — А то бы мы наконец узнали сию тайну.
На лицах сидевших появились легкие улыбки. Старик непрост, ловко срезал оппонента.
— Не будем вдаваться в технические подробности, — прервал пикировку Апиян. — Профессор, какой вывод вы делаете из всего произошедшего?
— Вывод? Вывод такой — не знаем мы, что это за напасть! Неподвластно это пока нашему разуму. Не доросли. Мы открыли новые измерения, научились ходить по ним, построили аппаратуру, но до конца не понимаем, как и что там происходит. И раньше «контур», бывало, шалил. Но до такого… — Батук ткнул пальцем в экран, — еще не доходило. И уж коль наши уважаемые коллеги из разведки утверждают, что это не происки противника, то…
— То?
— Тогда мы удостоились милости увидеть работу Создателя.
— Вы имеете в виду бога? — осторожно спросил Штос.
— Я имею в виду истинного хозяина пространства. Бог это или нет — не мне знать. — Батук скрестил пальцы на животе. — Я, молодой человек, старого воспитания. В наше время ударяться в религию было дурным тоном. Это сейчас стало модно вспоминать бога к месту и не к месту. Что же до катавасии с проявлением нового «контура»… есть только один человек, который мог бы ответить на этот вопрос.
— Кто же он?
— Профессор Битрая. Создатель ПСД. Единственный, кто знал о «контуре» если и не все, то очень многое.
Апиян внимательно посмотрел на Батука, вежливо склонил голову в знак согласия и негромко сказал:
— Но вы, дорогой профессор, являетесь учеником Битраи. Первым учеником. И после его внезапного исчезновения в глубине пространств — лучший специалист по «контурам».
— Рунген Битрая, которого вы довели до побега, имел много учеников. Лучшие ушли с ним, когда им надоело ваше дыхание за спиной. Я из тех, у кого не хватило ума, чтобы уйти с ними. Ума или смелости.
Штос кашлянул, глянул на директора контрразведки. Тот пожал плечами, скорчил гримасу: мол, не обращай внимания, старческие причуды. Батук взгляд перехватил, угрюмо вставил:
— Молодой человек, вы устали или услышали что-то смешное? Надеюсь, это не относится ко мне? В противном случае я вынужден просить вас оказать мне честь в небольшой прогулке…
С лица Дгиза мгновенно сошла улыбка. Услышав форменный вызов на дуэль, он выпрямился и ровным голосом ответил:
— Профессор, моя мимика не имеет к вам никакого отношения. Прошу извинить меня, если вам показалось, что я вас как-то задел.
— Господа! — Голос Апияна был подобен далекому грому. — Господа, прошу вас быть учтивыми и вежливыми. Мы решаем слишком серьезные вопросы, чтобы отвлекаться на недостойные нашего положения и возраста мелочи. Господин Батук, господин Дгиз, прошу вас примириться и впредь быть поосторожнее в выражениях и… взглядах.
