Первый выпуск газеты, наделавшей столько шума, вышел двадцать девятого декабря, в период предновогоднего вакуума новостей, когда информационные агентства хватаются за любое событие.
«Огненный вестник», набитый очевидно глупыми (с точки зрения науки, но не обывателей) статьями, в век всеобщей политкорректности, когда само слово «нация» пугало сильнее, чем угроза инопланетного вторжения, произвел эффект настоящей бомбы.
Немалый тираж разошелся в три дня. Электронный виртуальный сайт издания подвергся мгновенной атаке и благополучно скончался. Ознакомившись с содержанием «Вестника», власти запаниковали.
А профессор Фонти, который срежиссировал все это, похохатывал.
— Ничего, — сказал он, закрывая очередное заседание «дискуссионного клуба», — мы подадим в суд на губернатора, и если даже не выиграем дело, то разрекламируем себя еще больше!..
— Да, надо этот успех отметить, — с довольно грустной миной сказал Эрлингмарк, когда члены «дискуссионного клуба» оказались на улице.
Рышард про себя усмехнулся. «Пивная фракция», к созданию которой он приложил некоторое количество усилий, функционировала уже сама и потихоньку разрасталась.
— Надо, — согласился Хулио Де Ла Порта. В новорожденном движении «Равенство» он занимал незначительную должность главы секретариата, хотя являлся одним из основателей «Белого Возрождения».
Подобная нестыковка — незаладившаяся карьера в аппарате партии и солидный статус «ветерана» движения — не могла не породить у него зависти к более удачливым нуворишам, вертевшимся вокруг Эрика Данна.
В небольшом кафе постоянных посетителей уже знали. Официанты приветливо улыбались при встрече и даже не спрашивали, чего принести. Разнообразием заказы не отличались.
— Как вам Данн? — спросил Рышард, прикончив первый бокал пива. — Сдается мне, он верит в успех!
— Этот сукин сын излишне зазнался, — сквозь зубы процедил Сайрус, — и уже забыл, кто именно вытащил его из грязи!
— То ли еще будет, когда его выберут в городской совет! — добавил Эрлингмарк. — Он опустит нас туда, откуда вылез сам!
— Фонти ослеплен успехом и ничего не замечает. — В темных глазах Де Л а Порты сверкнула обида. — Как бы это все не вышло боком!
— Мне кажется, вы несправедливы к Данну, — сказал Рышард. — Он делает свое дело, как и мы — свое, но работаем на одну идею!
— Все шишки при этом почему?то достаются нам! — Де Л а Порта фыркнул. — А все выгоды — ему! Если мы будем молчать и дальше, то нас попросту сожрут!
— Мы должны держаться вместе! — негромко и очень серьезно проговорил Эрлингмарк. — Поддерживать друг друга! На тебе, Сайрус, держится вся безопасность «Равенства», ты, Хулио, контролируешь документы…
Виктор Зеленский, в данный момент почти не существующий, мог быть доволен — внутри основателей «Белого Возрождения» сформировалась оппозиция, которая тут же начала разрушительную деятельность в новоявленном движении «Равенство».
22 января 2220 года летоисчисления Федерации
Земля, Сан?Антонио
— Добрый вечер, Рышард. Заходи. — Явившегося на субботнее заседание гостя встречал, как всегда, сам хозяин. Но сегодня он был возбужден больше обычного — щеки заливал нездоровый румянец, а черные глаза прямо?таки светились.
— Добрый вечер. — Крачковский решил не замечать излишней нервозности хозяина.
Дверь бесшумно закрылась за его спиной.
— Сегодня знаменательный день, — сказал Фонти, взяв Рышарда за руку, — и в первую очередь для тебя!
— Для меня? И почему же?.. — Было ясно, что хозяин не спешит вести гостя внутрь, в зал, где обычно происходили встречи.
— Прошло три месяца, как ты принят к нам, — возвестил Фонти. — Ты не знал об этом, но столько длится испытательный срок.
— Прошло три месяца, как ты принят к нам, — возвестил Фонти. — Ты не знал об этом, но столько длится испытательный срок. Сегодня ты должен сделать окончательный выбор — либо ты приобщаешься к нашим тайнам до конца, либо уходишь!
— А что, есть еще что?то, чего я не знаю? — удивился Рышард, изображая приличествующее случаю любопытство.
— Многое, — покачал головой профессор, — ты прикоснулся лишь к вершине нашего учения, и если намереваешься идти глубже, то твоя ответственность за полученные знания многократно возрастет!
— Я готов! — решительно заявил Рышард. — Слишком поздно отступать от тех идей, в торжество которых я искренне верю!
— Вот ответ воистину благородного человека! — Лицо Фонти озарила довольная улыбка. — Но другого я и не ожидал! Следуй за мной и ничему не удивляйся! Тебе предстоит посвящение в тайны «Белого Возрождения»!
Рышарду ничего не оставалось, как шагать за профессором. Войдя в зал, он с трудом сдержал удивленное восклицание. Стол и стулья исчезли, освещение было погашено, а мерцание свечей, расставленных громадным крестом на полу, вырывало из полутьмы выстроившиеся вдоль стен фигуры в белых балахонах и колпаках, полностью скрывающих лица.
Люди в балахонах молчали. На груди у каждого красовалась алая свастика в черном круге. В руках они держали старинные мечи, упертые остриями в пол. Багровые блики торжественно ползали по стальным лезвиям. В полной тишине чуть слышно потрескивали свечи.
Рышард ощутил, как по спине пробежал холодок. Надо отдать должное — сцена была поставлена очень умело, вызывая у новичка страх и благоговение.
— Кто ты, дерзнувший? — Могучий голос прозвучал, как показалось, сразу со всех сторон.
— Назови имя, — шепнул Фонти.
— Рышард, Рышард Крачковский. — Голос молодого социолога чуть дрожал, но уже не столько от волнения, сколько от любопытства. Происходящее очень сильно напоминало обряды Ку?клукс?клана, канувшего в небытие (по мнению историков) почти две сотни лет назад.
— За тебя ручается брат Фонти. — Только в этот момент Рышард узнал голос. Принадлежал он активному участнику «дискуссионного клуба» и движения «Равенство» Свену Фарнеруду, археологу по профессии. — Готов ли ты принести свою жизнь на алтарь служения белой расе и ее высшим целям?
— Готов.
— Тогда на колени!
Рышард выполнил приказ, больно стукнувшись коленкой. Двое людей в белых балахонах шагнули к нему, и он почувствовал касание холодного железа у собственной шеи.
— Узнай же первое правило нашего братства! — торжественно возгласил Фарнеруд. — Разглашение его секретов карается смертью! От сего дня ты должен будешь молчать обо всем, что увидишь и услышишь здесь! Клянешься ли ты?
— Клянусь!.. — Другой ответ был бы воспринят недружелюбно.
— Теперь ты должен узнать об истинных целях нашего братства, — археолог выдержал паузу, — именуемого среди нас «Ложей Красного Дракона», а для остальных — «Белым Возрождением»! Готов ли ты?
— Готов!
— Тогда слушай!
И дальше Фарнеруд произнес длинную и проникновенную речь, согласно которой человечество (а данным словом обозначалась только белая раса) летало меж звезд и обладало воистину божественным могуществом. Но затем было низвергнуто врагами на Землю, где забыло свое происхождение и смешалось с животными (считай, желтыми, смуглыми и черными). Сейчас же настало время вернуть былое могущество.
— Клянись! — грохотал археолог, из досье на которого было известно, что он долго занимался раскопками в Андах и Тибете, принял буддизм и несколько лет провел в одном из гималайских монастырей и только затем прибился к «Белому Возрождению».
— Отдать все силы на то, чтобы остановить гибель нашей несчастной расы и избавить ее от тех невыносимых условий, в которые она поставлена в последнее время!
Рышард тупо, словно попугай, повторял слова клятвы, которая оказалась на редкость длинной, и ощущал, как от запаха горячего воска кружится голова, а от долгого стояния в неудобной позе заныла спина.
