Новости сайта
Друзья! Это случилось.
Я должен возвестить начало конца, начало Последней Катастрофы. Огромная планета — гигантское Второе Солнце — уже совсем близко от Земли. И, хотя Второго Солнца пока не видно, Сдвиг Полюсов уже начался. Свидетельство тому — воскресное землетрясение и прокатившееся по Индийскому океану цунами.
Сила подземных толчков чудовищного землетрясения и последовавшего за ним цунами в девяти странах Азии и Африки достигла 8,7 балла по шкале Рихтера. [кликни здесь: подробнее о землетрясениях и цунами].
«Мы рассматриваем изменение скорости вращения нашей планеты в качестве одной из возможных причин тектонических катаклизмов», — заявил заместитель директора Института физики Земли РАН Александр Пономарев. О, наивный, наивный! Мы-то знаем: дело не в скорости — дело в сдвиге. Впрочем, теперь уже не так уж важно, чем были вызваны эти катаклизмы. Цунами такой силы В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ влияет даже на расположение оси вращения нашей планеты. Нашей… От этого слова мне хочется рыдать: ведь скоро наша планета изменится до неузнаваемости!
«Все это привело к едва заметным изменениям на поверхности Земли и легкому смещению земной оси. Земля стала как бы более компактной и начала вращаться быстрее», — заявил какой-то глупый американский ученый. Едва заметные изменения! Он даже представить себе не может, сколь заметными они будут!
О, глупцы, наивные глупцы! Они теперь рассуждают о «катастрофических последствиях для окружающей среды», но, бог мой, что они имеют в виду! Вот, полюбуйтесь: «Достигнув побережья, волна неизбежно смывает гнездовья морских птиц. Многие виды птиц в этот период высиживают потомство. Взрослые особи спасаются, а птенцы погибают, и это означает, что нового поколения в этом году не предвидится. Серьезный удар нанесен филиппинскому пеликану — он оказался на грани выживания. Кроме того, огромные волны обрушиваются и на лагуны, где нерестятся различные виды рыб. Волной смыты представители мелкой фауны, начиная от насекомых и заканчивая моллюсками. Разрушенными и уничтоженными оказались коралловые барьеры. Их хрупкие структуры и без того испытывали на себе последствия изменения климата и жизнедеятельности человека». Гибель пеликанов, моллюсков и кораллов — это ли катастрофа, когда речь идет о гибели ЦИВИЛИЗАЦИИ [кликни здесь: подробнее о человеческой цивилизации], о Последней Катастрофе!
«Сутки теперь станут на секунду короче», — говорят ученые. Я говорю вам: это совершенно неважно, потому что суток скоро просто не станет! Их не станет, когда в небе появится Второе Солнце. Оно зальет все и вся своим мертвенным ослепительным светом, и дни перестанут сменяться ночами!
Не надо отчаиваться
Я повторюсь: однажды, много тысячелетий назад, Сдвиг Полюсов уже произошел.
Экватор и полюса раньше располагались совсем в других местах, нежели сейчас. Их перемещение вызвало катастрофические последствия — Великий Потоп [кликни здесь: подробнее о Великом Потопе].
Сейчас это ждет нас снова. Поднимется уровень океанов, затопив низко расположенные земли. Северный полюс сместится туда, где сейчас США. Россия станет страной с тропическим климатом. Новый экватор пройдет через Тюмень, Уфу, Саратов, Донецк, Афины и Сахару.
Последняя Катастрофа уничтожит практически все живое. Страх, холод и бесконечный океан будут царить на Земле… Но те, кто захочет спастись, спасутся — и их стараниями настанет новый Золотой Век.
Мы будем спасаться на Алтае. Да, наше спасение — Алтайские горы, друзья! Они достаточно высоки. [кликни здесь: подробнее об Алтайских Горах].
Вы спросите меня: почему же не Гималаи, они ведь еще выше? Да потому, что там очень мало минеральных ресурсов, их не хватит для основания новой цивилизации.
А на Алтае… на Алтае действительно нет некоторых очень важных вещей. Здесь практически нет нефти и газа. Но, если вдуматься, — понадобятся ли нам в новом мире нефть и газ? Нет, нет и нет! Нет автомобилям, поездам, самолетам, гремящим, жужжащим, загрязняющим воздух, мешающим нам дышать! Нет. Нам не нужно все это! Без этого мы не деградируем, мы просто станем ближе к природе — это ли не есть Золотой Век?…
* * *
К шести утра спать захотелось невыносимо. Но ложиться она не стала, это уже не имело смысла: на работу нужно было вставать в семь.
В ординаторской она взяла бланки рецептов и выписала себе два: на реладорм и труксал.
— Что-то вы сегодня неважно выглядите, Ирочка, — сказала нянечка Клавдия Михайловна.
Ирочка подняла на нее глаза с огромным трудом: глазные яблоки за ночь точно высохли — и теперь царапались, цеплялись за глазницы, отказывались свободно в них скользить.
— Просто не выспалась, — ответила Ирочка.
Клавдия Михайловна посмотрела на нее сочувственно и слегка озабоченно:
— Высыпаться нужно обязательно, Ирочка, — мягко сказала она. — Сон — это очень важно для человеческого организма.
— Да, конечно. Сегодня обязательно посплю.
— Вот-вот, обязательно, Ирочка. Будет очень плохо, если что-то тебе помешает. Ты даже представить себе не можешь, как тебе будет плохо.
— Почему вы мне тыкаете? — вяло удивилась Ирочка.
— Ну что вы, Ирина Валерьевна, — теперь нянечка смотрела на нее озадаченно и по-матерински ласково. — Что вы, вам просто показалось… С недосыпу, наверное.
* * *
Поздно вечером, когда она поняла, что купленные днем в аптеке реладорм с труксалом ей не помогают, Ирочка испугалась по-настоящему.
То есть нет, таблетки, безусловно, действовали. Они почти лишили ее возможности двигаться, они пригвоздили ее к кровати, они что-то там сделали с таламусом, гипоталамусом, с мозжечком и спинным мозгом, они погрузили ее в мутный, тяжелый, запутанный полубред, но только вот сном — нормальным, человеческим сном — это не было.
Обрывки чьих-то фраз, выписки из медицинских карт, рекламные слоганы из телевизионных роликов, какие-то детские стишки и считалки беспорядочно крутились в голове; в полусне, прекрасно при этом понимая, что все же не спит, она кому-то беззвучно, многословно и путано объясняла что-то насчет дозировок и осенних листьев; пугающе яркие пятна с внутренней стороны сетчатки звали ее, умоляли ее, настаивали на том, чтобы она прикоснулась к ним, присоединилась к ним, шагнула к ним… всего один шаг в их пеструю смертельную темноту, всего один шаг — и она заснет, шагнет и заснет через секунду…
Но за секунду, за десятую долю секунды до того, как должен был прийти окончательный, настоящий сон, что-то вдруг происходило с ней.
Как будто невидимый садист переключал в ее мозгу невидимый тумблер — и она со стоном выныривала из этого своего хрупкого забытья, для того чтобы еще полчаса или даже час поворачиваться с боку на бок, и снова почти заснуть, и снова совсем проснуться.
Около часу ночи она встала и позвонила Максиму.
— Привет. Что случилось? — в его голосе не было неприязни, но и радости тоже не было.
— Максим, — пискнула в трубку Ирочка и тут же заплакала. — Макси-и-им…
— Что с тобой такое? — теперь голос звучал напряженно: неужели придется сорваться и поехать куда-то среди ночи?
— Максим, я не могу заснуть.
— Ну… бывает, — облегченный вздох. — Выпей валерьянки. Или, ну не знаю, какое-нибудь снотворное.
