Он понял, что эти двое пришли именно за ним, чтобы увести на допрос. Именно сегодня, когда все должно было решиться! Требовалось на ходу перекраивать план, и Старк, будто в неподдельном ужасе (который было не так сложно изобразить, зная, что тебя ожидает), забился в дальний угол камеры.
— Нет никакой очереди, заключенный. Живо на выход!
Охранники зашли в камеру, огрели Старка дубинками и выволокли наружу.
«Проклятие!» — взревел про себя Феникс. План рушился на глазах. После допроса он никакой, и тогда следующего шанса придется ждать еще полгода. Но будут ли они живы к этому времени и не сорвется ли что-нибудь в следующий раз, как сейчас?
Но вырваться не было никаких сил, и Старка усадили в кресло, вкололи очередную дозу сыворотки правды и начали допрос.
— Сколько времени?.. — первое, что спросил Феникс после того, как очнулся на своей койке. Тело нещадно ломило и жгло; казалось, еще немножко, и что-то внутри оборвется, так внутри было все ломко и натянуто. Док назвал это «ломкой».
— Половина пятого… — ответил Рудольф.
— Ночи?!
— Дня.
— Ох-х… — попытался перевернуться на спину Старк. — Времени совсем нет…
— Может быть, что бы ты там ни задумал, это сможет сделать кто-то за тебя?
— Все может быть…
— Но есть какое-то «но». Не так ли?
— Да. Никто из них там не был и не знает…
— Я там был, — проронил Рудольф.
— Извини, но ты несколько староват.
— Понимаю…
Время неумолимо продолжило свой бег. Вот уже на табло высветилось семнадцать ноль-ноль, а, как знал Феникс, истязание Креслом продолжается около часа. В камере собрались почти все «флибустьеры».
— Как вы, сэр?
— Хреново, лейтенант…
— Может быть… кто-нибудь из нас?
— Я уже думал об этом, но нет… это смог бы сделать только я.
— Дайте-ка я кое-что попробую… — произнес Жульен, взводный док. — Перевернитесь на спину, капитан.
Старку помогли перевернуться, и доктор принялся за дело. Под его руками Феникс рычал от боли, но Жульен мял мышцы капитана без всякой пощады. Продолжался этот садистский массаж минут пятнадцать.
— Ну как, капитан, вам лучше?
— Намного, док…
Старк действительно смог самостоятельно двигать конечностями, не боясь, что они отвалятся, хотя двигаться было по-прежнему больно.
— Помогите мне встать.
— Вы все-таки решили пойти до конца, сэр.
— Да. И времени на это все меньше. В конце концов мы ничем не рискуем…
С помощью своих солдат Феникс спустился на нижний ярус, туда, где находились игровые площадки. Отыскав нужного персонажа, он было направился туда, чтобы начать претворять свой план, но был остановлен лейтенантом.
— Сэр, может быть, мы устроим потасовку между собой?
— Нет…
— Почему?
— Ты инстинктивно будешь жалеть меня, движения будут неестественными. Это может насторожить охранников. Тем более что они знают о нас, мы ведь постоянно ходим толпой. Так что все должно быть естественно…
— Понимаю. Удачи, сэр.
— Спасибо, Тэд… она мне ох как сильно сегодня пригодится.
Феникс, лишившись поддержки, расправил плечи и как можно тверже, с гордо вскинутой головой, пошел к Чесоточнику. Хотя боль его подводила, делая шаги корявыми, тем не менее он дошел до своей цели и, толкнув заключенного кулаком, произнес:
— Привет, Чесун…
— Чего надо?! — зло обернулся тот.
— Пришел попросить прощения…
— За что?..
— За это…
С этими словами Старк со всей силы ударил Чесоточника прямо в нос, разбив его до крови. Противник взревел и набросился на своего обидчика, не думая о последствиях, не в силах снести такое оскорбление перед своими людьми даже под страхом Кресла.
На новые выпады Феникса не хватило, он лишь оборонялся, отбивая серьезные удары, способные нанести ему увечья.
— Я убью тебя, сволочь! — орал Чесоточник, в очередной раз мощным ударом валя своего противника на пол, но тот умудрялся вставать.
С улыбкой Старк услышал ругань охранников, пробивающихся сквозь традиционно собравшуюся толпу зевак. Что ж, по крайней мере, здесь его план сработал как надо. Но вот удастся ли его довести до конца? В этом он сомневался.
37
Малый грузовой корабль «Кокрош» завис на орбите Консканка. Делал он это раз в полгода, когда в тюрьме требовалось пополнить подходящие к концу запасы продовольствия.
Капитан корабля лениво попивал пиво из банки с надписью «Лимонад» и следил за подчиненными, которые вот-вот должны были приступить к опасному маневру посадки стодвадцатитонного корабля в шлюзовую камеру. Это было дешевле или, по крайней мере, быстрее, чем сгружать груз шаттлами, благо размеры шлюза позволяли посадить туда корабль.
— Консканк-один, я грузовой борт 6309-Л-12 «Кокрош». Вы меня видите?
— Говорит Консканк-один, мы вас видим, «Кокрош».
Вы меня видите?
— Говорит Консканк-один, мы вас видим, «Кокрош». Как дела, Марсель?
— Нормально, — ответил капитан, оторвавшись от коломенки.
— Привезли посылки?
— А то что мы тогда здесь делаем?..
— Ясно. «Кокрош», сбросьте скорость до ноль-ноль-трех и поправьте дифферент на плюс три и три десятых градуса.
— Принято, Консканк-один.
— Хорошо… начинайте спуск. Ваш посадочный стол номер три. Как поняли, «Кокрош»?
— Вас понял, Консканк-один. Начинаем спуск, третий посадочный стол.
Корабль начал снижение на обозначенный огнями посадочный стол. Диспетчеры непрерывно переговаривались между собой, хотя это было излишне — автоматика сама указывала на погрешности, и пилотам следовало лишь выполнять ее рекомендации.
Извергая струи огня, грузовик сел на платформу с гулким стуком, эхом отдавшимся во всех коридорах «Кокроша».
— С удачной посадкой.
— Спасибо, Консканк-один.
Корабль снова встряхнуло — это посадочный стол стал медленно опускаться в шлюзовую камеру. Наконец процедура завершилась, над бортом закрылись все задвижки, и в камеру стал поступать воздух. Когда закачали атмосферу, открылись створы, и к кораблю вереницей подъехали кары-погрузчики, управляемые зэками.
Вышел и капитан навстречу начальнику тюрьмы.
— Ну как, пираты не беспокоили? — поинтересовался последний, пожимая руку капитана грузового судна.
— Нет…
Капитан поманил пальцем одного из своих матросов, и тот, все правильно поняв, вернулся на борт, а оттуда уже появился с двумя большими коробками с надписью «Лимонад».
— А это вам.
— Спасибо, — поблагодарил начальник тюрьмы, хитро прищурившись, и незаметно при очередном рукопожатии протянул капитану судна несколько банкнот стофесового достоинства, что намного превышало стоимость двух коробок.
Но все объяснялось просто. Мало того что вместо лимонада в банках было пиво, так и пиво само по себе было не простым, а с эффектом хорошей травки… В общем, злостная контрабанда.
— Счастливого пути, Марсель, — распрощался начальник тюрьмы с капитаном судна, хотя разгрузка только началась. Ему не терпелось испить живительного напитка.
— И вам не скучать…
Тем временем Феникса Старка вместе с Чесоточником затащили в уже знакомую камеру пыток. Там их вполне улыбчиво, играя в руках дубинкой, встретил начальник охраны.
— Кто тут у нас? Ну конечно! Наши постоянные клиенты! — произнес он под смех своих подчиненных. Им шутка понравилась. — Отделайте их, ребята, а то, видно, они плохо понимают…
— С радостью, шеф!
И охранники с остервенением стали избивать заключенных ногами, навалившись по трое на одного. Раньше такого не случалось.
