Они спускались все ниже и ниже И все заметнее становились признаки разрушения, запустения, разора. Деревянные рамы, подпорки, стрелы подъёмников, вороты, винты, зубчатые колёса, оси — всё давно прогнило, всё медленно оседало на пол грудами никчёмного праха. Печалью и обречённостью веяло в этих пещерах — некогда полные жизни гномьи шахты, где брали немало редких руд и ещё более редких камней, сейчас стали лишь прибежищем каменных крыс и тому подобной нечисти.
Одьако и эти залы остались позади. Эйтери некоторое время размышляла о чём?то, по очереди подходя с факелом в руке то к одной, то к другой низкой дыре в стене. Это были именно дыры, скорее похожие на звериные; норы, чем на работу старательных рудокопов.
— Нецисть прогрызла, — мрачно проговорил Север. — Оттедова, с Зубов, они все и лезут. И куда мы тасцимся, а, Сотворяюсцая? Ты всё продумала?
— Всё, — не поворачивая головы, сквозь зубы процедила гнома. — И, Север, не забывай, пожалуйста: твоё дело — смотреть, чтобы никто не откусил мне каблук.
— У тебя нету каблуков, Сотворяюсцая. .
— Шуток ты не понимаешь, рубака, вот что я тебе скажу. Ладно, кажется, нам сюда, если мой шар мне не соврал. Лезь первым, Север.
Гном молча повиновался.
По низкому проходу пришлось ползти довольно долго. Время от времени нора разветвлялась, и тогда чародейке приходилось командовать: «Направо!», «Налево!»! или даже: «Стой, олух! Куда!.. Погоди, мне подумать надо».
Пламя факелов ощутимо тянуло вперёд. Где?то там крылась обширная каверна, куда и пытались пробиться двое путников. Видно было, что тоннель проложен отнюдь не гномьими руками — стены неровные, на камне остались следы громадных зубов.
— Помню, помню, как этих тварей ловили… — пробурчал ползший первым Север.
— Молчи! — шикнула на него Эйтери. — Я… что?то чувствую.
Они замерли. Потянулись томительные минуты; охотник за зомби лежал, не шевелясь, пока маленькая чародейка наконец не вздохнула, шепнув ему:
— Вперёд. Думаю, в пещере сразу драться придётся.
— С кем? — тотчас повернулся Север.
— Знала б, сказала, — сердито ответила Эйтери. — Не знаю пока. Молчи давай да ползи! Как доберёмся, увидим.
Они добрались. Крысиный лаз кончился, открывшись в просторную пещеру, по дну которой тек неглубокий ручей. Свет факелов не достигал стен и потолка Здесь уже не осталось никаких следов работы подземных мастеров — даже в период наивысшего расцвета царства гномов они старались держаться подальше от этих мест. Система пещер, оставленных древней подземной рекой, не случайно именовалась Драконьими Зубами. Вода промыла себе путь в более мягких породах, но даже её неиссякаемая мощь не смогла ничего сделать с громадными чёрными заострёнными глыбами, поднимавшимися над полом, свисавшими с потолка, торчавшими из стен; эти смахивавшие на копейные наконечники камни и в самом деле очень напоминали зубы какого?то исполинского чудовища.
— Сюда гораздо больше подошло бы название «Драконья Глотка», — мрачно заметила гнома.
Север не ответил. Гном уже держал фальчион наперевес, напряжённо вглядываясь в окружавший их мрак.
— Верно, — немного погодя негромко сказала Эйтери, и свою очередь вслушавшись в звенящую тишину вокруг. — Летяги, выползни, мерзяки подкаменные и, если не ошибаюсь, дутень двухвостый. Милый набор. Что они тут жрут, хотела бы я знать?..
— Они тут, знацится, никого не зрут, — поправил её Север. — Они сюда с верхних уровней приползают, от Тёплого озера. Там они и кормятся. А тут — лёзка. Говорил я, что не…
Он осёкся, едва только заметил разъярённый взгляд маленькой волшебницы.
— Нам надо пройти — и мы пройдём, — свистящим шёпотом впечатала гнома. — Давай вперёд. К самому краю.
— К краю цего?
— К пределу их слуха или нюха там, Север! Ужель непонятно?Так близко, как только возможно, но чтобы они нас не учуяли? Я понятно объясняю?
— Куда уз тут понятнее… — проворчал гном, делая первый осторожный шаг. — По воде пойдем. Они насы саги на камне за версту уцмакают.
Путники спустились к ручью. Вода забурлила вокруг крепких сапог, но мастера ладили обувку на совесть, ноги оставались сухими.
— Таперица, — обернулся Север, — слухай меня, ца?родейка. Как я сказу «стой!», так долзна ты, твоя милость, замереть и стоять так, покуда я не сказу…
— Знаю! — недовольно прошипела Эйтери. — Шагай, а не болтай! И если я скажу: падай, голову закрыв, — ты, Северок, где б ни стоял, хоть в воде, хоть на камне, должен будешь упасть, «потому как иначе с тобой всякие неприятности могут случиться — из тех, что я летягам да выползням предназначаю. Всё понятно?
Север уныло кивнул.
Они в последний раз проверили оружие и доспехи. Гнома надела шлем, только оставив неопущенным забрало. Так, в молчании, они пробирались по бурлящему ручью ещё некоторое время.
— Стой! — шепнул вдруг гном. — Всё. Дальсе никак нельзя. Уцуют. Выползни, сама знаес, у них такой нюх…
— Молодец, Северок, — гнома перевела дух. — Моло?
дец. Лучшего и не пожелаешь. Как на ладони вся компания…
Их по?прежнему окутывала непроглядная тьма, в которой не было видно ни летяг, ни выползней, ни даже дутня двухвостого. Север воткнул оба факела в трещину на берегу ручья. И он, и гнома остались в воде.
— Ну, Северок, теперь держи лепесток наготове. Сейчас я их кой?чем угощу, после чего они, как ошпаренные, но все стороны кинутся. Тут уж не подкачай, руби так, чтобы после первого взмаха второй раз меч поднимать уже не пришлось.
— Не изволь беспокоиться, Сотворяюсцая, — гном взялся обеими руками в латных перчатках за рукоять своего фальчиона. — Второй раз бить не придётся. Ну, давай, цем ты их там угосцать ресыла?
Эйтери не торопясь, подчёркнуто аккуратными, чёткими движениями расстегнула сумку, извлекла оттуда три плотно закрытых флакона. В одном жидкость была черна, как ночь, в другом — слабо опалесцировала, а в третьем словно бы кипел жидкий огонь, в ярости бросаясь на толстые стенки склянки.
— Для начала пусть у них головки закружатся… — прошептала гнома, капая несколько капель в воду ручья у себя под ногами — вода текла по направлению к лежке подземных тварей. Север жадно уставился во тьму, однако шло время, а оттуда не доносилось ни звука.
Вдруг тишину нарушило жуткое многоголосое завывание.
— Хорошо… — продолжала шептать гнома. — Теперь вот это… пусть вам очень?очень кушать захочется… — в воду упало несколько капель опалесцирующего снадобья.
Север жадно уставился во тьму, однако шло время, а оттуда не доносилось ни звука.
Вдруг тишину нарушило жуткое многоголосое завывание.
— Хорошо… — продолжала шептать гнома. — Теперь вот это… пусть вам очень?очень кушать захочется… — в воду упало несколько капель опалесцирующего снадобья.
На сей раз результатов пришлось ждать гораздо меньше. Тишина пещеры внезапно взорвалась какофонией визгов, рыка, скрежета и воплей.
— Теперь они друг за дружку принялись, — невозмутимо сообщила гному Эйтери. — Но это скоро пройдёт… первый мой состав — он долго не продержится. Сейчас… пять… четыре… три… два… один! — Она резко плеснула в ручей огненно?красное снадобье. Взвились языки пламени, на поверхности воды распустился причудливый огненный цветок и так поплыл, словно речная лилия, ярко полыхая и разгоняя тьму.
