Изображавшей трёх драконов, сцепившихся когтями на изломах крыльев.
— Север, — обратилась Эйтери к гному. — Прошу тебя, пойди погуляй. Тут дела такие, что…
— Не моего ума дело? — набычился тот.
— Не твоего, — спокойно подтвердила гнома. — Охоться на зомби в тёмных тоннелях, Север, и не задумывайся над тем, кто стоит за ними. Тебе нельзя это делать. Иначе твоя рука дрогнет в решающий момент. Дрогнет… твоя… рука…
Отполированный кристалл засветился мягко, едва заметно. Фесс ощутил слабые колебания Силы; Север же неожиданно споткнулся посреди фразы, потёр лоб и нетвёрдыми шагами направился к выходу из мастерской. Едва только дверь захлопнулась за ним, мерцание шара угасло.
— Извини, — Эйтери повернулась к некроманту. — Так было необходимо. Север славный мальчик, но ужасно, по?ослиному упрям. Если не слушается сразу, потом не послушается ни за что. Уговоры на него бы не подействовали.
— Хорошая у тебя подставка, — проговорил Фесс, осторожно касаясь чёрного дерева.
— Куда как хороша, — усмехнулась гнома. — Как ты понимаешь, не я делала, и не от мамы досталась.
— Уж не хочешь ли ты сказать… — начал было Фесс, однако гнома тотчас перебила его:
— Именно это и хочу сказать. Ты был у дракона. Я тоже.
Фесс чуть не поперхнулся от неожиданности.
— Две вещи, — спокойно сказала Эйтери. — Давай не будем их смешивать. Первая — та тень, что стоит за тобой, из?за чего ты не хочешь оставаться у меня в гостях. Вторая — откуда я знаю Сфайрата, как пережила встречу с ним и вообще — не солгал ли он тебе?.. Начну со второй, она проще. О драконе мы, гномы, знаем уже очень давно. Не все, разумеется. Сейчас, кроме меня, таких только двое. Ты вот третий.
— Но как вы смогли…
— Вырваться оттуда живыми? Очень просто. Самый первый из гномов, кто сумел дойти до дракона, убедил его в том, что мы не посягаем и никогда не посягнём на его сокровище. С тех пор знание о драконе и знание, данное драконом, остаётся уделом крошечной горстки живущих. Не более трёх из моего народа. Поверь, преемники и преемницы выбираются более чем тщательно. И, — гнома лукаво улыбнулась, — мы не проходим обучения в Ордосе. Хватает наших собственных книг. Вот откуда взялась эта подставка, Неясыть.
Ничего сверхъестественного. Так что… я сразу узнала драконьи камни, едва только увидев. Да, за такую цену ты бы смог купить, наверное, всё наше царство. Но тебе нужен всего?навсего один меч.
— Я не отказался бы и от кое?чего другого, — скромно заметил некромант, и гнома расхохоталась.
— Например?
— Я могу купить… заказать глефу? Но только особую, мне надо…
— Погоди, я не оружейница, — развела руками гнома. — Фальчионы против Нечисти — это да. Не рассчитывай всё?таки, что против живых им так же сподручно драться окажется.
— Фальчионы против Нечисти — это да. Не рассчитывай всё?таки, что против живых им так же сподручно драться окажется. Глефа — оно, конечно, дело другое. Остальное же… впрочем, я тебе укажу мастера. Но это уже потом; так, значит, со второй вещью разобрались, осталась первая. Уже посерьёзнее. Иди сюда, к шару. Попробуем заглянуть…
— Погоди, Сотворяющая. Я сперва хочу тебе кое?что рассказать…
— Тогда я цветочков заварю, — ничуть не удивилась его словам гнома. — И мёда принесу. Верескового. Небось не пробовал?.. По себе знаю — такие разговоры лучше с кружкой чего?нибудь горяченького вести. Не горячительного, а именно горяченького. Пойдём, зря я этот шар сюда вытащила…
Фесс следом за гномой вошёл за плотную занавеску, оказавшись в жилой части пещеры.
Здесь, в противоположность мастерской, царил полумрак, в большом камине горели дрова («Неужто таскают с поверхности?» — удивился некромант), лежали пушистые шкуры, медвежьи, волчьи, рысьи. Стоял пузатый буфет коричневого дерева, битком набитый золотой и серебряной посудой.
Было удивительно хорошо и уютно. Ни один гном не сумел бы создать такого. Более того, ни один истинный гном не потерпел бы в своем жилище такого ужасного порядка, когда каждая вещь лежит на своём месте (то есть не на полу, а в шкафах и на полках) и, следовательно, ничего невозможно найти, когда надо!
— Садись, — гнома поставила хрустальный шар на стол, направилась в угол, где в громадной плите горел неяркий, но дающий сильный жар огонь. — Я сейчас… заварю только. Шар не трогай, договорились? А то я вас, волшебников, знаю… не успеешь оглянуться, руки свои куда не надо протянут, — она улыбнулась, давая понять, что всё это — не более чем шутка.
Впрочем, касаться её шара Фесс и в самом деле не собирался.
Поколдовав немного у плиты, гнома вернулась с большим фарфоровым чайником, от которого волнами расходился странноватый пряный аромат. Рядом с чайником возник глиняный кувшин с дымящимся мёдом.
— Вересковый мёд горячим пить надо, — наставительно сказала гнома, наливая янтарную жидкость в высокие деревянные кружки. — Ну, как говорят у нас в горах, — чтобы вечно молот стучал! За встречу, некромант.
— За встречу, Эйтери, — Фесс поднёс кружку к губам.
Вересковый мёд, судя по всему, только что кипел вовсю, однако почему?то его можно было пить, не обжигаясь. Некромант глотнул — и по телу пронеслась стремительная горячая волна, притом что от этого мёда, судя по всему, опьянеть было невозможно.
— Хорошо стало? — усмехнулась гнома. — Ну вот, теперь цветочков моих попьём. Да поговорим обо всём.
— А ничего, что Север у нас за дверью торчит? — осторожно осведомился Фесс.
— Он уже давно пиво пить пошёл, — хихикнула гнома. — В корчму «Дохлый скелет». Там такие, как он, собираются. В смысле — охотники за Нечистью. Обла?
датели фальчионов. Делятся… — она вновь хихикнула, — делятся впечатлениями. Хвастаются… трофеями.
— Погоди, они же должны…
— Ну да, но палец там какой?нибудь стараются захватить. Потом в своей пивной торжественно считают, у кого сколько, и потом всё вместе плющат в пыль. Ты пей, пей, мёд прикончишь — за отвар мой принимайся. Когда ещё такое попробуешь…
Фесс последовал совету хозяйки. В дополнение к кувшину и чайнику на столе появилось целое блюдо нежнейших пирожков — незатейливых вроде бы пирожков с вареньем, однако они таяли во рту, точно самое изысканное лакомство. Некромант остановился, только уничтожив полтарелки, и совсем забыл о своём намерении сперва поговорить.
— Ну, поели?попили, можно теперь и посмотреть, что там у нас стряслось… — вернула его к действительности гнома, решительно отодвинув кружку. — Протяни руки. Ладони на шар клади. Глаза закрой. Когда я скажу — откроешь. Всё понял?
Фесс кивнул.
На ощупь шар казался совершенно ледяным. И теплеть под руками некроманта он решительно отказывался. Точно в прозрачном кристалле застыл вечный холод недальних полярных льдов.
— Очень хорошо, — услыхал Фесс тихий голос гномы. — Просто замечательно… потерпи ещё немного… совсем чуть?чуть…
Фесс чувствовал, как лютый холод ползёт от пальцев вверх, к запястьям и выше, стремясь дотянуться до локтей. Некромант насторожился. Не следовало бы вот так с порога отбрасывать возможность ловушки…
— Вот?вот, в этом?то и есть вся ваша беда, — услыхал он ворчание Эйтери. — Возможность ловушки… не верим никому, даже себе. Ладно, некромант, тебе это прощаю. Потому что… открывай глаза, смотри и не говори, что не видел!
