Здесь народа почти не было. Я спешился перед дверью и начал стучать в нее. Вскоре она открылась и показалась недовольная физиономия какого-то клерка.
— Чего надо? — спросил он.
— Нам надо попасть на прием к Мервину.
— Запись через главный вход. — Клерк попытался закрыть дверь, но я подставил ногу.
— Мне не нужно записываться, я уже записан. Просто попасть в здание с парадного входа практически невозможно.
Клерк с сомнением посмотрел на нас.
— Ладно, давайте ваше приглашение.
— Какое приглашение? — удивился я и понял, что этого говорить не следовало. Лицо клерка мигом окаменело.
— Всем записанным на прием выдается приглашение, по которому пропускают к правителю.
— Во, бюрократизм! — возмутился Готлиб.
Я хмуро посмотрел на него, потом повернулся к клерку.
— У меня нет приглашения, но уверен, Мервин меня примет. Он сам приглашал меня.
Он сам приглашал меня.
— Да?! — В этом восклицании было столько сарказма, что было ясно — клерк мне не верит.
— Послушай, мне некогда с тобой спорить. Просто найди Альфонсио и скажи, что его хочет видеть Энинг Сокол.
— Что!? Что ж вы сразу не сказали, милорд!? Приказано проводить вас к правителю сразу, как только вы приедете. Собственно вас я здесь и жду. Только… — клерк с сомнением посмотрел на отряд.
Я понял, что он хочет сказать.
— Рон, — я подозвал мальчишку. — Тебе ведь незачем быть у Мервина. — По какой-то причине Рон ужасно боялся Мервина и старался избегать встреч с ним. Поэтому мои слова вызвали у него облегченный кивок. — Тогда проводи всех в гостиницу. Понял?
— Что ж тут непонятного? — удивился он. — Ты еще объясни в какую и куда.
— Ро-он, голову оторву, — пригрозил я.
Мальчишка лишь фыркнул, но на всякий случай отъехал подальше. В последнее время он сдружился со Свольдом, несмотря на небольшую разницу в возрасте, и теперь оба этих бандита вечно устраивали какие-то «развлечения». Свольд же показывал Рону то, чему он научился у солдат, а Рон то, чему учили его я и Эльвинг. Было странным, но Рон ужасно завидовал Свольду, поскольку тот был официально внесен в список отряда и состоял солдатом. Свольд даже имел хоть и непонятную, но должность оруженосца. Сам же Рон был в отряде непонятно кто. Рон даже высказал по этому поводу кучу претензий ко мне, пожелав, чтобы я назначил оруженосцем именно его. На вопрос, а знает ли он кто такой оруженосец, Рон отрицательно покачал головой. Пришлось сказать, что оруженосцем не может быть близкий друг.
Я протянул Готлибу, назначенному командиром отряда (Ригер остался в замке вместе со своим отрядом, так же как и Лерий — их я попросил охранять мою семью, понимая, что им нет никакого смысла тащиться на Большой Остров и что эта война их никоим образом не касалась), кошелек.
— Здесь вам чтобы разместится в гостинице. Постарайтесь никуда не уходить из нее до моего возвращения. А Рон вас проводит.
Готлиб принял кошелек и поклонился.
— Далила, а тебе, наверное, лучше пойти со мной. Мервин может захотеть поговорить с тобой.
Далила согласилась. Готлиб отдал приказ и весь отряд, развернувшись, отправился за Роном, который с гордым видом ехал впереди, изображая из себя «победоносного полководца». Я усмехнулся и пошел за клерком. Далила за мной.
Мервин встретил нас уже в коридоре.
— Энинг, наконец-то. Давай быстрее. Быстрее! — Мервин схватил меня за руку и чуть ли не силой потащил за собой в кабинет.
— Да что случилось-то, Мервин?!
— Потом. Вернее уже сейчас. Садись. — Мервин пихнул меня в кресло, а сам плюхнулся в кресло напротив. Далила, с удивлением наблюдавшая за суетой, осторожно села в третье кресло. — Энинг, тут вот какое дело. Со мной вышел на связь премьер-министр Византийской империи. Подожди. — Мервин вскочил с кресла и вытащил откуда-то из-под стола небольшой стеклянный шар, размером с теннисный мячик, на подставке. Такой я видел у Мастера, когда тот показывал мне запись вторжения армии Сверкающего в королевство Лерн. Только у Мастера он был гораздо больше. — Вот, премьер-министр прислал его с курьерским кораблем.
— Да что случилось, Мервин? — Впервые я видел Мервина таким растерянным.
— Я и сам не знаю. Строфеций, это премьер-министр, сообщил, что на главной площади Константинополя опустился дракон и потребовал кого-то из правительства. Посланнику он сообщил, что драконы приняли решение примкнуть к коалиции против Сверкающего, но переговоры они согласны вести только с тобой. Это было их категоричное условие. Любые условия без тебя они обсуждать отказались. Потом дракон передал вот этот шар и велел передать его тебе. Через него они будут говорить с нами. Энинг, ты понимаешь, что это значит? — Видя мое искренне недоумение, Мервин вскочил с места и принялся ходить взад вперед по комнате, от избытка чувств размахивая руками. — Я справлялся в хрониках и представляешь, ни разу не встречал упоминаний о том, чтобы драконы предлагали союз людям. Ни разу! Только один раз драконы выступили на стороне людей, но тогда какой-то маг принудил их к этому.
Я вспомнил, что об этом говорил мне Мастер, когда рассказывал легенду о трех мечах. Только там не какой-то маг, а маг смерти — черный маг. Не с этим ли связано их желание выступить против Сверкающего? Ведь тот тоже маг смерти.
— Я все равно не совсем понимаю. Ну предложили они помочь…
— Энинг, порой ты бываешь таким болваном! Мы не имеем права упустить такую возможность! До сих пор между людьми и драконами существовала глухая вражда. Многие рыцари даже повадились охотиться на них. Естественно, драконам это не нравится. А сейчас уникальный шанс прекратить эту вражду. Энинг, ты обязан начать переговоры.
— Но почему я?
— Не знаю. Так хотят драконы. Давай, Энинг.
Мервин смотрел на меня так умоляюще, как будто я отказался. Далила же ошарашено смотрела на меня. Я подошел к шару и растерянно остановился перед ним.
— А как его включить?
— Положи руку на шар.
Я вытянул правую руку и несмело положил ладонь на шар. Тот тотчас засветился голубоватым светом. Я поспешно одернул руку и отскочил назад. Шар тем временем продолжал светлеть, а потом совершенно неожиданно свечение прекратилось и вокруг шара появилась голова дракона. Голова повернулась, осматривая комнату, а потом остановила свой холодный немигающий взгляд на мне.
— Ты Энинг Сокол? — прохрипела она.
Я кивнул и облизнул вдруг ставшие сухими губы.
— Меня уполномочили вести с тобой переговоры о союзе между драконами и людьми против Сверкающего.
— Но почему я? Ведь есть другие люди, которые и ведут эту войну. Именно они и принимают решения.
— Возможно, — хрипло ответил дракон. — Мы не знаем этого и не хотим знать. Мы выбрали тебя как своего представителя среди людей и уполномочиваем тебя вести переговоры с теми главными людьми. Сорок драконов готовы присоединиться к вам в вашей борьбе. Веди переговоры от нашего имени, а потом через этот шар сообщи решение людей.
— Но почему я? — опять повторил я свой вопрос.
Дракон некоторое время рассматривал меня своим неподвижным взглядом.
— Ты заступился за одного из нас в том месте, которые вы, люди, называется Византийской империи. Ты спас одного из нашего племени. Ты первый человек, который заступился за дракона за две тысячи лет.
