— Егор, ты все еще боишься? — Рон безнадежно махнул рукой. — Я же тут уже все изведал. И даже познакомился с некоторыми другими беженцами. Они все очень хорошо отзываются о нашем хозяине.
Я ненадолго усомнился в своих ощущениях. В самом деле, если люди живут здесь и говорят и хозяине только хорошее, то, возможно, я не прав?
— А как давно они здесь? Ну те, с которыми ты разговаривал.
— Они говорят, что прибыли сегодня, как и мы.
— Что? — Я озадаченно посмотрел на Рона. — А ты не встречал никого, кто живет здесь хотя бы сутки?
— Нет. — Рон растерянно смотрел на меня. — А ведь действительно я не видел никого, кто прожил здесь больше суток. Все, с кем я разговаривал, прибыли только сегодня.
— И что это значит? — встревожено спросила Ольга.
— Не знаю. Но, думаю, будет лучше, если мы переночуем не раздеваясь. В общем, так, все ложитесь спать, а я останусь караулить.
— Это нечестно, Егор. — Рон вызывающе уставился на меня. — Будем стоять вахту по очереди!
— Рон, я не собираюсь спорить. Во-первых, я могу отдохнуть на вахте с помощью дей-ча, и ты это отлично знаешь. Поэтому для меня вахта, в отличие от любого из вас не будет обременительной. Во-вторых, от того, кто стоит на часах могут потребоваться моментальные действия, а как быстро я не проснусь, но моя реакция будет медленней обычной. Все, спор окончен. Или ты хочешь получить мой приказ?
Рон под моим пристальным взглядом поежился.
— Ну ладно, ладно. — Он нехотя отправился в кровать.
— Может, действительно стоило разделить вахты? — несмело спросила Ольга.
— Не начинай хоть ты! — простонал я. — Ложись лучше.
Дождавшись, когда все улягутся, я погасил свет. Потом подумал и, притащив табуретку, вытащил из пазов все шары со сгущенным светом. Теперь никто при всем желании не смог бы включить освещение в комнате. Затем я сложил одеяло на своей кровати таким образом, что казалось, будто там кто спит. Сам я отошел в самый темный угол, сел по-турецки за кровать, положил рядом с собой посох и засунул за пояс нунчаки.
Сам я отошел в самый темный угол, сел по-турецки за кровать, положил рядом с собой посох и засунул за пояс нунчаки. Нунчаки я рискнул взять с собой по той причине, что это оружие в этом мире было неизвестно. Да никто и не примет их за оружие. Они ведь больше походили на обычный крестьянский цеп, только сделанный более тщательно. Именно на этой версии я и собирался настаивать, если кто обнаружит их у меня в мешке. Впрочем, вряд ли кто ими заинтересуется.
Устроившись в своем углу поудобнее, я закрыл глаза и быстро погрузился в транс. Потянулся, отделяя душу от тела. Впрочем, подобное название мне никогда не нравилось, и я предпочитал называть это упражнение выходом в астрал. Некоторое время я любовался видом собственного тела, потом приблизился к двери и настроился на нее. Теперь, стоило кому-нибудь подойти к ней, как я немедленно почувствовал бы это. Проверив все углы комнаты, я вернулся в свое тело и стал упражняться в дей-ча. Подобные упражнения уже стали для меня настолько привычными, что я проделывал их чисто машинально, сразу, как только входил в дей-ча. Проделав весь комплекс, я расслабился, успокаивая напряженные работой мышцы. Тут мне пришло в голову, что, освободившись на время от тела, я мог бы произвести небольшую разведку по дому. Обругав себя за то, что сразу не догадался об этом, я вторично вышел из своего тела и, установив более тесный контакт с дверью, отправился на разведку.
В коридоре все было спокойно. Я попробовал уловить биополе людей и тут же обнаружил его в кабинете Грогия. Биополе было активным — значит, человек не спал. К тому же он был явно не один. Интересно, почему в такой поздний час наш уважаемый хозяин вместо того, чтобы спать сидит с кем-то в своем кабинете? Конечно, у него вполне могла быть бессонница, но зачем тогда кого-то тащить к себе в кабинет? Чтобы скучно не было? Впрочем, гадать было не лучшим вариантом, чтобы ответить на этот вопрос. Пользуясь биополем Грогия как маяком, я отправился туда.
В комнате, уютно устроившись на кресле, сидел сам Грогий. Чуть в стороне находилась и та самая старуха, которая нас встретила у входа. Здесь же находился еще один человек, которого я до этого не видел.
— Это грабеж, господин Грогий! — возмущался этот человек. — Двести динаров! Это неслыханно!
— Ну-ну, господин Ролокон, зачем такие эмоции? Моя цена основана на разумных цифрах. Вот, смотрите сами. — Грогий протянул своему собеседнику какой-то листок. — Здесь полный расклад цен на товар на рынках востока. Как видите, я предлагаю вполне приемлемую цену.
Все ясно. Я потерял всякий интерес к разговору. Купец обсуждает с другим купцом какую-то деловую сделку.
— Но ваш товар…
— Вполне хороший. Вы сами могли его видеть.
— Ладно, я понял. Но с вами, господин Грогий, трудно иметь дело.
Грогий только усмехнулся в ответ.
— Вам помочь или справитесь своими силами?
— Я сам все сделаю! Зная вас, я не удивлюсь, если вы накинете цену за помощь!
— Возможно, — хихикнул Грогий.
Сейчас я поражался произошедшей в купце перемене. Когда мы разговаривали с ним в этой комнате, то он скорее походил на доброго дедушку, чем на купца. Я еще удивлялся, как такая рохля смогла стать купцом и преуспеть. Сейчас же это был совсем другой человек: жесткий, волевой, решительный, знающий чего он хочет. А то, что было, раньше оказалось всего лишь маской для одурачивания наивных простаков.
В этот момент Ролокон достал кошелек и старательно отсчитал двести динаров. Интересно, что это за товар такой? Ладно, не желая больше задерживаться, я быстро покинул кабинет.
Здесь меня ждал сюрприз. В коридоре оказалось около шести человек, которых не было еще в тот момент, когда я входил в комнату. Пятеро из них были вооружены дубинками, обернутыми тряпками. Шестой казался безоружным и являл полную противоположность остальным пятерым. Если эти пятеро представляли собой типичных громил, то шестой был сухенький старичок с небольшой бородкой. Интересно, что здесь происходит? Уж не собираются ли они напасть на нашего хозяина? Или наоборот, сам Грогий вызвал их, опасаясь нападения? В любом случае гадать оставалось недолго.
В этот момент открылась дверь, и в коридор вышел сам Грогий вместе со своим собеседником. Старуха осталась внутри.
— Итак, ребята, приступаем, — кивнул Ролокон тем, кто стоял в коридоре.
Громилы мигом развернулись и направились к ближайшей комнате.
— Только без шума, — попросил Грогий, идя следом за Ролоконом.
Ролокон наградил его насмешливым взглядом.
— Боитесь, что о ваших делишках узнает внутренняя стража?
— Вам-то хорошо, — огрызнулся Грогий. — Вы сели на корабли и уехали, а мне здесь жить. Да еще вы грабите меня! Я и так постоянно иду на риск! Я каждый раз просыпаюсь в ужасе оттого, что внутренняя стража выследит меня…
— Тогда бросайте это дело, — дружелюбно посоветовал его собеседник.
Да что здесь происходит?!!
Тут громилы подошли к комнате. Один из них достал фонарик, коснулся рукой освободителя заклинаний на ручке. Тотчас из небольшой дырки в темной сфере, закрывающей шар со сгущенным светом, ударил лучик. Таким приспособлением удобно пользоваться, если не хочешь, чтобы тебя обнаружили. Все шестеро вошли в комнату. Я за ними. Лучик фонаря обежал зал. Здесь было шесть кроватей, на которых спали люди. Рядом лежала рваная крестьянская одежда. Так, кажется это беженцы.
