Они успели миновать весь уже закрывающийся на ночь квартал торговцев и купцов, прежде чем Ариэла спохватилась. Поскольку она знала волшебника немного получше эльфки, то верно истолковала долгое молчание после фразы Тэлль.
— Братец, ты что же… собираешься попробовать? — её уже заметно светящиеся в полутьме глаза на миг совсем ярко полыхнули огоньками изумления.
От этого мини-фейерверка идущая навстречу по обочине парочка со сдавленными воплями шарахнулась прочь и на удивление проворно исчезла в боковой улочке, однако ламия нимало тем не озаботилась. Она подвинулась ближе к задумчивому волшебнику, и заключила его лицо в ладони. Повернула к себе, и пристально вгляделась.
— Знаете, есть поговорка — женщина может свернуть горы… если стоит за плечами правильно выбранного мужчины, — наконец отозвался Валлентайн.
— Это что же, начинаешь строить своё Царство Тьмы? — чуть горько отозвалась насупившаяся эльфка.
Волшебник придержал своего коня на захламлённой так, что это виднелось и в сумерках, площади. Некоторе время смотрел понурясь вглубь себя, будто силясь рассмотреть что-то. Что ж, остроухая, ты вольна называть это как угодно. Я свёл счёты с обидчиками… правда, нажил и несколько врагов. И пусть проклянут меня, если к их действиям я не начну готовиться со всей возможной в моём положении поспешностью…
— Ты немного разобралась в моей душе. Вот и скажи, так ли она страшна?
Тэлль отвернулась. Посмотрела на печально бездействующий посреди площади фонтан, где облупленные ангелочки напрасно наклоняли позеленевшие от времени бронзовые кувшины.
— Бывают и хуже, скажем так, — негромко отозвалась она.
А Валлентайн уже поворотил гнедого в боковую улицу. И через весьма малое время остановил его у дверей двухэтажного особняка, который выглядел чуть почище и богаче остальных. Он не соизволил спуститься из седла, а бесцеремонно погнал коня на ступени крыльца, откуда со страхом и любопытством пялились двое солдат. Дверь распахнулась от мощного пинка ногой.
— Хозяина мне сюда, — коротко и страшно распорядился он.
И едва через видный в проём двери тускло освещённый холл спешно прибежал едва одетый пухлый и благообразый человек, которого так и хотелось назвать пренебрежительно «мужчинка», как волшебник небрежно процедил ему:
— С завтрашнего дня маркиз в этом городе я. Если до утра успеете убраться подальше, а потом до конца дней ни разу не попасться мне на глаза и даже на слух — считайте, что вам повезло.
Всего лишь на миг он встретился с холёным мужчиной глазами, как того от страха и омерзения едва не вывернуло наизнанку. Что ж, бывает. Правящий по праву рода должен быть готов к тому, что найдётся тот, кто займёт его место — по праву сильного.
К тому же, насчёт права рода тут тоже сомнения имелись. Валлентайн специально не проверял — но донёсся как-то до его ушей слушок, что нынешний бывший маркиз в прошлом своём был самым отпетым в этих краях пиратом. И сколотив как-то эскадру из пары фрегатов да полудюжины посудин поменьше, попросту захватил Ферри-Бэй…
«Голова эльфа» оправдала самые нехорошие предчувствия Тэлль. Гоблинская корчма во всей её неприглядности. Какие тут ещё слова нужны? Достаточно заглянуть в настежь распахнутые широкие двери. Грязища такая, что прежде чем мыть полы, следовало бы предварительно озаботиться навозной лопатой да засучив рукава хорошенько ею помахать.
Дым и смрад в зале прямо-таки нестерпимо хотелось потрогать рукой. А то, что судя по запахам, там подавали, эльфка не стала бы есть даже под угрозой голодной смерти.
Однако же, воистину — слухи тут распространяются со скоростью куда там эльфийской стреле! Тэлль просто-таки изумилась, когда прямо под копыта утомлённых коней выкатился гоблин, по всей видимости хозяин заведения. И тут же заюлил, непрестанно кланяясь.
— Ах, какая честь, ваша милость! Позвольте же поздравить вас первым!
Валлентайн с лёгкой улыбкой рассматривал худощавого юркого коротышку. Что правда, то правда — росту в том доставало едва-едва по плечо человеку, а его жидкие и сейчас неприлично растрёпанные седеющие волосёнки вкупе с по-гоблински торчащими в стороны остренькими ушами ничего кроме улыбки не вызывали. Равно как и засаленный, когда-то бархатный зелёный сюртучок с отроду нечищенными пуговками, и рукавами пузырём на локтях.
— Отчего в зале такой хлев, Гарри? — лениво поинтересовался волшебник.
В ответной речи гоблина прозвучало столько всякой ерунды и даже чепухи вперемежку с непрестанными извинениями и уверениями в своей преданности, что Валлентайн в конце концов попросту отмахнулся.
— Значит, так, — он полуобернулся и с высоты седла обозрел собравшуюся на улице немалую толпу. — Вы тоже. Поздравления и подарки завтра — если жив буду. Сейчас ужинать, немного отдохну. И пойду Замок смотреть.
— Распечатывать, значит? — давешний здоровяк-стражник, который, по-видимому, уже сменился со стражи, протолкался сквозь толпу и теперь озадаченно чесал в затылке. — А что, дело хорошее. Сколько ж ему стоять пустому? Опять же, авторитет в народе, стал-быть…
И оглянулся в поисках поддержки. Надо признать, что известие о том, что в кои-то веки Ферри-Бэй может попасть в крепкие руки не только хоть каким-то боком дворянина, но ещё и волшебника, произвело неизгладимое впечатление. Люди, гоблины, пара возвышающихся над головами троллей — все разом взволновались и зашушукались, обсуждая такую новость.
Поскольку с бывшим маркизом из города наверняка уберутся и его прихлебатели — а оставшихся всё равно придётся снимать и через одного вешать — Валлентайн с лёгким сердцем произвёл плечистого десятника в сотники.
— В воротах не испугался, стало быть — службу знаешь?
Здоровяк побледнел, маленько спал с лица и даже поёжился от такой ответственности. Однако громогласно заверил, что армейской службы он смолоду вдоволь хлебнул, а мзды сверх совести ни с кого никогда не брал.
— Оттого и засиделся в десятниках, — огорчённо он встряхнул коротко остриженной по-военному головой и решительно ударил оземь шлемом. — А, была не была! Приказывайте, ваша милость!
— До утра сам разберёшься. Принимай командование и делай пока, что считаешь нужным — ты здесь лучше ситуацию знаешь, — Валлентайн не стал загружать гудящую от усталости голову ещё и этим.
Здоровяк так ощутимо заколебался, что даже странно, как на нём не зазвенела потрёпанная кольчуга.
— А с пиратами как быть, ваша милость? — вполголоса осведомился он. — Прежний-то их привечал, и ежели по-хорошему, город и порт нынче самая настоящая база и есть. Закон и порядок тут и не ночевали.
В глазах его столь явственно виднелось недоверие и надежда, что волшебник даже отвлёкся от замечательного бараньего рагу с чесночным соусом.
— Кто до утра удерёт подальше, за теми гнаться не стану. Остальным придётся поумерить пыл, — великодушно отозвался он.
Тем более, что смекалистый Гарри сразу по прибытии распорядился вытащить прямо посреди улицы самый неколченогий из своих столов и за неимением чистых скатертей застелить позаимствованным у кого-то из соседей парусом.
Ну, и на столе уже как по взмаху волшебной палочки появилось всё, чему полагается для подкрепления сил. Ибо заходить внутрь заведения Валлентайн откровенно побрезговал.
‹Вставка 7›
