— Вот как? — тихо переспросил раззак.
— Хватит с нас ваших дурацких приказов! Осточертело слушать ваше щёлканье и свист — тоже мне чайники! Меня уже тошнит от одного вашего вида, уроды! Я уж не знаю, что вы сделали с Сардсоном, но повторяю: если вы тут ещё хоть на одну ночь задержитесь, мы вас мечами?то продырявим и поглядим, такая у вас кровь, как наша, или не такая. Хотя девчонку можете оставить, она будет нас…
Закончить говоривший не успел. Тот раззак, что был покрупнее, прыгнул через костёр прямо ему на плечи, похожий на огромную ворону. Солдат с громким криком рухнул на землю и попытался выхватить меч, но раззак два раза клюнул его в шею своим страшным клювом, и несчастный замер без движения.
— И с этими мы должны сражаться? — услышал Роран шёпот Айвора.
Солдаты, застыв от ужаса, смотрели, как раззаки лакают кровь, льющуюся из раны на шее убитого. Напившись досыта, монстры преспокойно заявили:
— Ну что ж?ш?ш, мы уходим, а вы, если хотите, оставайтесь; подкрепление всего в нескольких днях пути отсюда. — И раззаки, закинув головы к небесам, принялись издавать пронзительные крики, порой человеческое ухо даже отказывалось воспринимать эти звуки.
Роран тоже посмотрел в небо. Сперва он ничего там не увидел, но в душе его зародился какой?то непонятный страх. Вдруг высоко над отрогами Спайна показались, закрывая звезды, две тёмные неровные тени. Тени быстро приближались, становились все больше и наконец закрыли собой полнеба. Дурно пахнущий ветер пронёсся над землёй, и Роран, закашлявшись, узнал тошнотворный запах серы.
Солдаты, бормоча проклятья, тоже стали прикрывать носы рукавами и перчатками.
А тени стали плавно спускаться, и вскоре весь лагерь окутала мгла. Факелы жалобно замигали, грозя вот?вот погаснуть; впрочем, они все ещё давали достаточно света, и стало видно, что прямо на лагерь спускаются два крылатых чудовища.
Тела у них были голыми, совершенно лишёнными растительности, точно у новорождённых мышат; серая шкура туго обтягивала мощную грудь и брюхо. Больше всего они походили на огромных тощих псов с удивительно мощными задними лапами, которым явно ничего не стоило бы превратить огромный валун в песок. На продолговатой голове каждой твари из затылка торчал невысокий шип — на одной линии с длинным, мощным угольно?чёрным клювом; казалось, этот клюв специально создан, чтобы рвать свою жертву в клочья.
Глаза у этих неведомых монстров были такие же крупные, круглые и выпуклые, как у раззаков. На спине вздымались огромные крылья, и воздух стонал под их мощными взмахами.
Попадав на землю ничком, солдаты в ужасе закрывали лица, стараясь не смотреть на чудищ. Сразу чувствовалось, что эти чудовища — не просто разумные существа; от них исходила какая?то жуткая неземная мудрость. Видимо, они были представителями куда более древней и куда более могущественной расы, чем люди. Рорану вдруг стало страшно; надежда на благополучный исход таяла на глазах. Он услышал, как Хорст у него за спиной шёпотом приказал людям не двигаться с места и оставаться в укрытии, иначе все могут погибнуть.
Раззаки поклонились чудовищам, затем проворно скользнули в одну из палаток и вскоре вернулись, неся Катрину. Девушка была крепко связана. За нею шёл… Слоан! И он?то связан не был!
Роран так и застыл, не в силах понять, каким образом Слоан умудрился попасть в плен. У него ведь и дом совсем не близко от Хорста, думал он. И тут до него дошло.
— Он же нас предал! — прошептал он изумлённо. Рука его сама собой стиснула рукоять молота, когда он окончательно осознал весь ужас происходящего. — Значит, это он убил Бирда! Да, конечно! Его он убил, а нас предал! — От гнева у него даже слезы выступили на глазах и потекли по щекам.
— Роран, — услышал он шёпот Хорста, — слушай, Роран, сейчас мы не можем напасть на них: они нас попросту прикончат! Роран!.. Ты меня слышишь?
Роран слышал, но не понимал ни слова: он не мог оторвать глаз от жутких тварей. Тот раззак, что поменьше, прыгнул крылатому чудовищу на спину, а второй бросил ему связанную Катрину. Похоже, теперь уже и Слоану стало страшно. Он принялся о чем?то спорить с раззаками, тряся головой и указывая на землю. В конце концов более крупный раззак так ударил его прямо в губы, что он рухнул как подкошенный. Раззак подхватил его и вместе с ним вскочил на второго крылатого монстра.
— Мы вернемс?с?ся, как только с?с?станет безопас?с?сно. Убейте мальчишку, и тогда ваши жизни будут спасены, — прошипел крупный раззак, обращаясь к Хорсту. Крылатые твари, слегка присев, в один миг взмыли в небо и вскоре вновь превратились в тени на фоне звёздного неба.
У Рорана не осталось ни слов, ни чувств. Он почти не сознавал, что происходит. Теперь осталось только перебить этих солдат, тупо подумал он и встал, поднял молот, собираясь нанести первый удар, и вдруг в голове у него молнией сверкнула острая боль, на которую тут же откликнулось и раненое плечо, перед глазами вспыхнул ослепительный свет, и он без чувств рухнул на землю.
РЕШЕНИЕ ПРИНЯТО
Роран, лёжа на кровати в комнате Балдора, гневно смотрел на Хорста и слушал, как он говорит: — Чего ты от меня хочешь? Ведь ты же без сознания свалился! А остальные прямо?таки оцепенели — так перепугались. За что ж их винить? Я и сам чуть язык себе не откусил, когда этих чудищ увидел. — Хорст тряхнул пышной гривой, словно прогоняя неприятные воспоминания. — Мы вроде как в старинную сказку попали! Только знаешь, Роран, что?то сказка эта мне ни капельки не понравилась! (Роран продолжал не мигая смотреть на него.) Нет, ты, конечно, можешь и с этими солдатами расправиться, коли так уж хочешь, только сперва хоть немного в себя приди. С тобой теперь любой пойдёт; люди тебе доверяют — особенно после того, как ты вчера стольких солдат прикончил. — Поскольку Роран продолжал молчать, Хорст вздохнул, потрепал его по здоровому плечу и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Роран даже не посмотрел ему вслед. В жизни у него было лишь три великих ценности: семья, дом и Катрина. Но семья его была уничтожена, дом сожжён, хотя земля, конечно, осталась, а Катрина исчезла.
Глухое рыдание вырвалось у него из груди, в горле стоял колючий горький ком.
Глухое рыдание вырвалось у него из груди, в горле стоял колючий горький ком. Он столкнулся с поистине непреодолимыми трудностями, и это ранило его в самое сердце. Единственный способ спасти Катрину — последовать за раззаками, но это означало, что Карвахолл и вся долина Паланкар будут разграблены солдатами Гальбаторикса. Роран не мог этого допустить. Как не мог и позабыть о Катрине.
«Моя любовь, моё сердце или мой дом?» — с горечью думал он. Но одно без другого попросту не имело смысла. Если он пойдёт и перебьёт этих солдат, то будет, пожалуй, только хуже: вряд ли после этого раззаки — да ещё вместе с Катриной — сюда вернутся. Тем более, как сказали раззаки, подкрепление близко, а прибытие нового отряда воинов наверняка будет означать падение Карвахолла.
Роран стиснул зубы — боль в раненом плече возобновилась с новой силой. Он даже глаза закрыл. «Надеюсь, что и Слоана эти твари съедят, как беднягу Квимби, — думал он. — Что ж, так ему и надо, предателю!» Роран поносил мясника последними словами.
