Она сидела рядом с Расселом Уоттсом, старательно держась от него на расстоянии.
Профессор Коул отложил нож с вилкой и мечтательно сказал:
— Через два года выйду на пенсию. Психиатрией я занимаюсь уже почти двадцать пять лет, и за это время она из серьезной медицинской науки превратилась в разновидность государственной службы, к которой нет никакого доверия. Психология теперь — козел отпущения любой болезни, которую обществу посчастливилось подцепить. И мне представляется совершенно уместным, что в конце своей карьеры я клею из газет аппликации — под руководством человека на десять лет младше моего младшего сына. Сегодня, — продолжал он, оглядев аудиторию, внимавшую ему с потрясенным вниманием, — у меня должна была состояться встреча в Министерстве внутренних дел, где предполагалась обсудить случай шизофрении у молодого человека, находящегося на моем попечении.
Я единственный, кто может дать квалифицированное медицинское заключение по этому случаю, но встреча пройдет без меня. Таковы реалии современной психиатрической практики в Лондоне.
— Полагаю, больного хотят выписать? — спросил доктор Майерс.
— Да. Больничных коек не хватает, а его состояние в последние недели стабилизировалось.
— Навсегда?
— Нет. Только благодаря нашим усилиям.
— Так они его не выпишут?
— Надеюсь, что нет. Но такое возможно.
— Он опасен?
— Очень. — Профессор Коул устало поднялся и сказал:
— Пожалуй, пойду прилягу. Увидимся через полчаса.
Когда он ушел, доктор Дадден начал разливать кофе, фыркнув:
— Динозавр. Ему надо идти в ногу со временем.
— Не забывайте, что в отличие от вас, не все с восторгом принимают свободный рынок, доктор Дадден, — возмущенно сказал доктор Майерс.
— Придется принять, — ответил Дадден. — У вас нет иного выбора.
— Полагаю, ваша клиника процветает?
— У нас все нормально, все нормально.
— Не слишком много антирекламы?
Доктор Дадден перестал размешивать кофе.
— То есть?
— Меня интересует одна мелкая неприятность, которая случилась в прошлом году с тем молодым человеком. Его звали Уэбб, не так ли?
— Стивен Уэбб погиб в дорожной аварии. Это не имеет никакого отношения к моей клинике.
— Да, конечно. И все-таки это событие по-прежнему привлекает определенное внимание…
Доктор Дадден пожал плечами:
— Меня это не удивляет. Но и не беспокоит, по правде говоря.
— Возможно. — Доктор Майерс замешкался, словно собираясь поднять деликатную тему. — И все равно, я считаю, вам следует знать: я потребовал создать комитет для расследования этого случая. Вскоре вас об этом известят официально, в письменном виде.
Доктор Дадден замер с открытым ртом, не донеся до губ чашку с кофе. Лицо его побледнело.
— Понятно, — спокойно сказал он.
Доктор Херриот спохватилась, что тишина за столом слишком уж очевидная, и попросила Рассела Уоттса передать сахар. Он протянул ей лоханку с бело-коричневыми пакетиками, а другой рукой провел по ее бедру.
— Я более чем уверен, — прошептал он, — что твоя киска раскалилась.
— По-моему, пора возвращаться в конференц-зал, — сказала доктор Херриот, резко вскакивая. Голос ее прозвучал чересчур пронзительно.
Вторую половину дня участники семинара играли в изощренную игру «детки-пришельцы». С этой целью Тим Симпсон и Марк Макгуайр натянули над полом несколько веревочных кругов. Круги имели примерно двенадцать футов в диаметре, в центре каждого стояло ведерко, наполненное мармеладными фигурками.
— Вам может показаться, что это обычный мармелад, — сказал Тим Симпсон, — но на самом деле это зародыши внеземной формы жизни. Они только что приземлились у вас в саду, через тридцать минут вылупятся и превратятся в огромных, грозных чудовищ, способных уничтожить весь мир.
— Более того, — сказал Марк Макгуайр, — они уже излучают мощную и смертоносную радиоактивную энергию, так что всякий, кто войдет внутрь круга, погибнет.
— Есть только один способ уничтожить пришельцев, — сказал Тим Симпсон. — Они боятся воды. Погрузите их в воду, и они тут же погибнут.
Каждую группу снабдили ведром с водой и пятью веревками, длиной восемь футов каждая. Затем игроков известили, что в их распоряжении есть тридцать минут, чтобы переместить мармеладки из одного ведра в другое: при этом нельзя попадать в смертельно опасное радиоактивное поле, нельзя касаться руками ведра с пришельцами и нельзя вытаскивать его за пределы круга.
Затем игроков известили, что в их распоряжении есть тридцать минут, чтобы переместить мармеладки из одного ведра в другое: при этом нельзя попадать в смертельно опасное радиоактивное поле, нельзя касаться руками ведра с пришельцами и нельзя вытаскивать его за пределы круга.
Доктор Дадден принял руководство своей группой.
— Давайте не будем торопиться, — сказал он. — Не будем пороть горячку и пять минут поразмыслим над стратегией.
— По-моему, все ясно, — сказал доктор Майерс. — Один из нас должен войти в круг и засунуть их в ведро с водой.
— Но он же погибнет, — сказал доктор Дадден.
— Ну и что? Он же спасет все население земли. За это стоит умереть, разве нет?
— Давайте кинем жребий, — предложила доктор Херриот. — Или вытянем спичку.
— Но вы же умрете, как только войдете в круг.
— Нам не сказали, что смерть наступает мгновенно. Возможно, у нас есть десять секунд, тридцать секунд или даже минута.
Доктор Дадден обратился с вопросом к Марку Макгуайру, и тот сообщил, что смерть наступает мгновенно; к тому же, человеческие жертвы противоречат духу упражнения. Вернувшись, Дадден обнаружил, что профессор Коул пытается завязать свою веревку петлей.
— Что вы делаете?
— Ясно что, — ответил профессор. — Надо накинуть на ведра лассо. Одной петлей затянем ведро с водой и втащим его на середину круга. Затем четверо с разных сторон накинут лассо на ведро с мармеладом, натянут веревки и приподнимут ведро, после чего мармелад просто надо будет высыпать в воду. Смотрите, — он показал на остальных, — они уже приступили.
Доктор Дадден задумчиво нахмурился.
— Может, и получится.
Задача оказалась на удивление трудной, и лишь минут через двадцать удалось накинуть четыре петли на центральное ведро. Все приготовились натянуть их по команде доктора Даддена.
— Отлично, — сказал он. — Теперь на счет «три» мы поднимаем ведро и…
— Можно мне кое-что сказать? — подал голос Рассел Уоттс.
— Что? — рявкнул доктор Дадден. Он был мокрый от пота, да и само задание начало казаться ему несколько нервным. — У нас осталось всего шесть минут.
— Ну, я просто подумал. Может, мы подходим не с того конца.
— В смысле?
— Ну, мы полагаем, что этим тварей надо уничтожить.
— Да?
— Но, может, стоит попробовать с ними договориться?
Кристофер Майерс с Сюзен Херриот отпустили веревки и с отчаянием переглянулись. Профессор Коул, напротив, казалось, не слушал. На его лицо вернулось сонное выражение. Он размышлял о пропущенной встрече, о пациенте-шизофренике, который находился на его попечении последние несколько недель, он спрашивал себя, что произойдет, если администрация больницы решит выписать этого человека.
Нападавший был ростом шесть футов и два дюйма, одет в черные джинсы и зеленую армейскую куртку
— Договориться? О чем вы толкуете?
— Возможно, это первый контакт с внеземной цивилизацией, а мы собираемся их убить, даже не попытавшись наладить общение.
