Калитка, ведущая на улицу, была заперта изнутри на щеколду. Николай без труда открыл ее и очутился на улице.
Улица как улица. Коттеджи за кирпичными заборами, хороший асфальт. Район 'явно не бедный.
Николай засунул пистолет в сохранившуюся плечевую кобуру. В плену никто его не раздевал и не обыскивал.
Вытащили оружие и оставили в покое. Даже документы и деньги по-прежнему лежали во внутреннем кармане пиджака. Он лишился только мобильного телефона. Со связью ему в последнее время тотально не везло.
Впрочем, похитители не делали лишних телодвижений. Зачем отбирать у него документы? Абсолютно бессмысленно. Да и пистолет… По большому счету избавься он от какой-то ипсилон-проекции, серьезного вреда врагам это не причинило бы. А путь Давыдова должен был рано или поздно закончиться в подвале захваченного бандитами особняка.
Николай присматривался к коттеджам, мимо которых шел. Что делать? Постучать в ворота какого-нибудь особняка? Но что там за хозяева, откроют ли ему, не спустят ли собак? К новым русским Давыдов относился с предубеждением. И себя к таковым он не причислял — хотя и владел сейчас двумя автомобилями, хорошей квартирой и дачами за городом и у моря. Да и уровень дохода у него соответствовал, наверное, уровню дохода среднего класса, строящего эти самые особняки, или даже был выше. Но «своим» среди обитателей коттеджей Давыдов себя не чувствовал. Не тот менталитет…
Пока что Николай решил идти вперед. Подальше от резиденции глобулистов. Может быть, ему удастся остановить машину. Или найти телефон. А может, он выйдет к станции железной дороги. Это было бы лучше всего — уехать незаметно, на электричке, не оставив никаких следов. И явиться прямо в Думу. А перед этим успеть бы снять гостиничный номер, привести себя в порядок…
На улице — ни души. Похоже, местные, как американцы, вообще не ходят пешком, а ездят крайне редко. Да и куда им ехать на ночь глядя? Нет, все эти элитарные поселки хороши только для их обитателей. Рейсовый транспорт здесь вряд ли ходит, магазин — один на весь поселок, дежурный… Впрочем, приезжает ведь сюда каким-то образом прислуга? Не всех же привозят хозяева?
Размышляя, Давыдов брел по дороге. Становилось все темнее. Несмотря на то что поселок производил впечатление богатого, фонари горели вовсе не у каждого дома. Почему? Может быть, часть домов пустовала? Или жители экономили электричество?
Сзади раздался шорох шин по асфальту, и мимо Николая промчался спортивный кабриолет ярко-красного цвета.
От неожиданности и чтобы привлечь к себе внимание, Давыдов подпрыгнул довольно-таки нелепым образом и замахал вслед уносящейся машине руками. В полутьме было не слишком хорошо видно водителя, но все же Николаю показалось, что это девушка.
«Не остановится, — подумал Николай. — Какой-то растрепанный полудурок плетется по дороге, да еще и прыгает. Я бы и сам не остановился. А тут — одинокая девушка в роскошном автомобиле. Как она еще одна ездить не боится?»
Давыдов даже не расстроился.
Скорее его обрадовало, что кто-то здесь все же ездит. И тут кабриолет вспыхнул красными тормозными огнями и застыл на дороге. Потом ярко загорелись белые фонари заднего хода, и автомобиль покатился назад.
Давыдов с трудом удержался от того, чтобы вновь не подпрыгнуть, на этот раз — от радости. Еще несколько прыжков, и владельцы окрестных домов вызовут «скорую». Не хватало им психа, разгуливающего по улице?
Стараясь не делать резких движений, Давыдов вежливо, по возможности убедительно произнес:
— Извините, вы не поможете мне добраться до станции? Мне нужно в Москву… Я заплачу!
Пожалуй, последнее заявление было лишним. Уж если девушка за рулем автомобиля, стоящего не один десяток тысяч долларов, и согласится его подвезти, то не за символическую плату в десять или даже сто рублей. Хотя, с другой стороны, машина, может быть, не ее, а денег на косметику, как всегда, не хватает…
Девушка приподнялась на сиденье, рассматривая Николая. Покачав головой, она спросила: — Давыдов, ты, что ли?
Услышав свою фамилию, Николай едва не бросился прочь от кабриолета. Бандиты вновь нашли его! Но почему тогда женщина-водитель не спешит ухватить его за шиворот и тащить обратно, в пыточную комнату?
Голос девушки показался Давыдову знакомым. Но это была не госпожа Игами. Та говорила совсем с другими интонациями, да и тембр сильно отличался…
— Да, это я, — не стал отрицать очевидного Николай. Что толку заявлять, что он Федя Иванов? Если это враги, они обязательно проверят. А друзья могут и правда подумать, что он — Иванов, и оставить одного на темной дороге. Кроме того, «правдосказ» продолжал свое действие, и при мысли о том, что можно соврать, к горлу математика подступила тошнота.
— И что ты здесь делаешь? — заинтересованно спросила девушка.
— Заблудился, — ответил Николай.
Это было почти правдой. Давыдов не знал, где он, не знал, как отсюда выбраться. А уж как он сюда попал — вопрос второй.
— Ты не меня искал?
— Нет, — честно ответил Давыдов, хотя в другой раз обязательно сказал бы обратное. — С какой стати я бы вас здесь искал?
— Любопытно, — протянула девушка. — Ну что же, садись в машину!
Дверца распахнулась, и Николай опустился на широкое и удобное кожаное сиденье, подвинув изящную кожаную сумочку. Наконец-то у него появилась возможность посмотреть прямо в лицо незнакомке. Увидев, кто она, Давыдов не сдержал изумленно-испуганного возгласа. Женщина бы на его месте взвизгнула. А Давыдов вскрикнул — хрипло, полузадушенно.
За рулем кабриолета сидела Даша Белова. Шелковая черная блузка со шнуровкой, расклешенные брюки, туфли на высоком каблуке… Тщательно уложенные волосы. Выглядела она еще лучше, чем несколько дней назад, когда они ездили в «Хоббитский уголок». Но в этом ли дело? Само появление ее на темной улице какого-то подмосковного поселка было диким, невероятным, нелепым!
— И откуда ты здесь взялся? — повторила вопрос Даша, пристально вглядываясь в Давыдова. — В таком виде… Губы разбиты, костюм весь измят… Плетешь непонятно что, дергаешься!
После первого вопроса Даша пустилась в рассуждения, и поэтому Давыдов, игнорируя посылы «правдосказа», смог не ответить напрямую, а тоже начал рассуждать:
— Это еще что… Хорошо хоть ребра целы.
Хотя, наверное, грудь вся в синяках. И пальцы болят.
— Тебя били?
— Еще как. Японцы и их пособники.
— Японцы? Ну и ну! — покачала головой Даша. — Да откуда они здесь?
— Из другого измерения.
— Понятно.
Даша смотрела на Николая округлившимися глазами. А Давыдов, обрадованный, что вопросы девушки иссякли, перехватил инициативу:
— Сама ты откуда здесь взялась? Да еще на такой машине… Все это очень подозрительно!
Николай резал правду в глаза. Если случайную встречу с Дашей в Москве можно было как-то с натяжкой объяснить, то ее появление в нужный момент на роскошном автомобиле именно здесь не поддавалось логике.
Девушка расхохоталась:
— Ты наглец, Давыдов! Спрашиваешь, что я тут делаю?
— Спрашиваю. Почему бы и нет?
— А сам ты забрел сюда совершенно случайно!
— Нет вообще-то. Меня похитили бандиты и привезли сюда.
— Вот как? — нахмурилась Белова. — А почему именно сюда?
— Потому что у них здесь конспиративная квартира. На месте американского посольства.
