Дарья с двумя другими девушками сидела за длинной конторкой в глубине библиотеки. Увидев Давыдова, она, казалось, растерялась. Потом вздернула подбородок и тихо сказала:
— Я тебя ждала, но потом поняла, что ты пошутил. А сейчас зачем пришел?
— Мы ведь собирались вместе пообедать. Извини, что не предупредил о задержке. Пресс-конференция затянулась.
Девушки, работавшие с Дашей, посмотрели на Давыдова неодобрительно.
— Съели уже все в столовой, — заметила Даша. — Да и перекусили мы. Спасибо.
— Поедем, а? — попросил Николай.
— Ладно, поедем! — с вызовом отозвалась Даша. — Подежурите без меня, девчонки?
— Не беспокойся, — прогудела рыжая толстушка. — Никто и не заметит.
— Не боишься? — вновь обратилась Даша к Давыдову.
— Не боюсь, — улыбнулся тот. — Мне-то чего бояться?
— Действительно, — тихо сказала девушка.
— И куда мы отправимся? — спросила Даша, усевшись вместе с Николаем на заднем сиденье. — И, главное, зачем? Я думала, ты просто хочешь поговорить.
Толик молча крутил руль, лавируя в густом потоке машин.
— Поговорить я хочу, — ответил Давыдов. — Но не просто, а очень даже серьезно. Куда мы направляемся… Выбирай ты. Я не слишком хорошо знаю, где сейчас можно хорошо посидеть.
— Вот как?
— Именно так.
Машина быстро миновала проспект Стачки, вылетела на мост через железную дорогу и начала кружить по переулкам, пробираясь на Большую Садовую.
— А давай сходим в китайский ресторан, — предложила вдруг Даша. — Я ни разу там не была. Правда, Люда говорила, что очень дорого. Чуть ли не по десять рублей с человека, если скромно заказывать.
Но я и есть-то не хочу. Только посмотреть…
— Знаешь, где это? — спросил Николай водителя.
— «Хуанхэ»? Как не знать. Через пять минут будем там.
Николай подумал, что и самому ему хочется сходить в китайский ресторан. Может быть, прежний Давыдов и бывал здесь — да и не только здесь. Приемы, фуршеты, банкеты… Но учителей на подобные мероприятия приглашают не слишком часто. А ходить по ресторанам на свои просто не хватало денег.
Китайский ресторан располагался в оживленном месте. Что было в этом здании в его бытность студентом, Давыдов не помнил. Вроде какой-то магазин.
Огромные окна ресторана украшали причудливые иероглифы, швейцар-китаец в национальной одежде, с косичкой приветливо улыбался посетителям. Перед Дарьей и Николаем он не только открыл дверь, но и проводил их в зал, где гостей встретила девушка-китаянка. И откуда здесь столько китайцев? Впрочем, может быть, за китайцев выдавали себя корейцы или вьетнамцы?
Девушка-распорядитель предложила посетителям выбрать столик. Зал оказался практически пуст. Только за столиком неподалеку от входа сидел мужчина лет пятидесяти и задумчиво что-то жевал.
Даша выбрала столик подальше, в темном углу, и села лицом к двери. Николай занял место по левую руку от нее.
Не успели молодые люди расположиться, как к ним поспешно мелкими шажками подошел китаец с полотенцами.
— Вытирайте руки, пожалуйста, — с легким акцентом, сюсюкая, предложил он.
Николай взял мокрое горячее полотенце и тщательно протер руки — они действительно были грязными.
Даша, протирая изящные пальчики, рассмеялась:
— Как дети!
— Обычай, — заменяя «ч» на «ц», прокомментировал китаец и уточнил: — Традиция.
Слово «традиция» прозвучало у него на удивление чисто.
Церемония продолжалась. Очередной китаец принес завернутый в полотенце стеклянный графинчик.
— Саке, — объявил он.
— А разве саке — не японская водка? — поинтересовался Николай.
Китаец только широко улыбнулся и разлил напиток в две маленькие фаянсовые рюмочки. А Давыдов не стал привередничать.
Жидкость обжигала горло и отлично согревала. В прохладном зале это оказалось кстати.
Тем временем та же девушка, что встретила их, а может быть, и другая, принесла меню. Названия мало что говорили неискушенному человеку. Даша заявила, что вообще не собирается ничего есть. Поэтому Николай взял инициативу на себя.
— Я вот слышал, утка по-пекински — это очень вкусно…
— Да, — улыбнулась китаянка. — Очень вкусно. И очень дорого. Такое блюдо сюит почти тысячу рублей. Поэтому в обычный ассортимент оно не входит. Но если вы непременно желаете отведать утку по-пекински, мы примем заказ и приготовим ее для вас. Не сейчас — через неделю или через две. Придется вызывать специального повара.
— Пожалуй, не стоит. — пошел на попятный Давыдов. — Нам бы чего-нибудь сейчас.
— Предлагаю утку по-шанхайски. Тоже очень вкусно и не слишком дорого — двадцать три рубля.
— Замечательно, — кивнул Давыдов. Даша под столом дернула Николая за полу пиджака и прошептала:
— Ты что! Очень дорого! Николай пожал плечами:
— Один раз живем.
Тебе не хочется попробовать? Девушка замялась, и Давыдов расценил ее минутное молчание как согласие.
— Ну и закусок всяких, — продолжил он. — Что там у вас положено? Овощей, мяса…
— Грибов, — подсказала — китаянка.
— Да, конечно.
— Змею не хотите?
— Не нужно! — изменилась в лице Даша.
— Вот и правильно. Сразу видно знатока. Змеи сейчас не очень вкусные. Жилистые. Не сезон, — объяснила китаянка. — А осенью обязательно приходите и закажите степную гадюку. Просто тает во рту!
— Если доживем, — пообещал Давыдов. Официанты разбежались по своим делам, а Даша смеющимися глазами рассматривала Николая.
— Ты на себя не похож.
Давыдов немного помедлил и тихо сказал:
— Понимаешь, Дашенька, я — это не я. Не тот Давыдов, которого ты знала. Тот умер. Погиб в аварии.
— Красиво излагаешь, — улыбнулась Даша. — Литературно. Не думала, что ты так можешь. Мне казалось, у тебя одни формулы на уме.
— Я тоже не знал, что ты — специалистка по змеям.
— Какая я специалистка? Просто змей боюсь. В любой сезон. Без разницы, жилистые они или нет. Николай улыбался.
— Нет, я правду говорю! А то еще подумаешь, что я змееедка какая-то!
— И я тоже говорю правду, — попытался объяснить Николай. — Я — другой человек.
— Ты хочешь сказать, что авария так изменила твою жизнь, так заставила задуматься над происходящим, что ты стал другим человеком? — уточнила девушка.
Николай покачал головой:
— Нет. Я и есть другой человек. Я действительно совсем не знаю тебя. Но ты мне очень понравилась. И начинать наши отношения со лжи я не хочу. Я — Давыдов, но Давыдов из другого мира. Ты слышала об экспериментах, которые проводит ИТЭФ?
— Краем уха, — ответила Даша. — Это ведь государственная тайна. Меня взяли на работу в вашу библиотеку потому, что у меня хорошая анкета. Хотя отец и не слишком хотел, чтобы я работала. Он мог бы содержать меня, пока я учусь…
— Но тебе хочется самостоятельности, — перебил Давыдов.
— Именно. Но ты говорил что-то об экспериментах?
— Да. Наши коллеги выудили меня из другой плоскости Вселенной. Там я работал учителем. И не помышлял о том, чтобы писать докторскую или даже кандидатскую диссертацию. Хотя я — самый настоящий Давыдов. Не двойник. Не самозванец. Просто моя судьба сложилась по-другому. Потому что другой была история нашей страны.
Даша глядела на Николая, улыбаясь:
— Знаешь, хоть ты и выгнал Вику, но в то, что ты говоришь, очень трудно поверить. Давыдов — он был ни на кого не похож. А я не вижу больших различий. Не в поведении, нет. В интонациях, оборотах речи, жестах… В тех вещах, благодаря которым узнаешь человека по голосу, по манере разговора, по силуэту…
