Команда ТелеVIP

— Жуть, — поддакнул Владимир. — Что ж, не буду больше вас задерживать.

— Я перезвоню утром или ближе к обеду, — пообещал профессор. — Желаю вам удачи, мой друг.

— И вам того же.

Владимир положил трубку на телефон, тот тихонько звякнул, и в этот момент в дверь постучали. Не дожидаясь ответа, вошла Кристина. Владимир увидел в ее руках кипу папок и ужаснулся: не дай бог, новые дела на расследование. Разбираться с подобным объемом преступлений и врагу не пожелаешь.

— Владимир Федорович, это не вам, — пояснила Кристина, увидев расширившиеся глаза Владимира.

— Не мне? — протянул он. — Спасибо, Кристина! Что случилось?

— В коридоре сидит человек, он утверждает, что является свидетелем взрыва. Он живет в доме напротив, и как раз снимал с балкона, как его сын играет на детской площадке.

— Так, зови его скорее! — воскликнул Владимир.

В кабинет протиснулся мужчина лет двадцати семи с полиэтиленовым пакетом в руке.

— Здравствуйте! — он нерешительно потоптался у входа и внезапно быстрым шагом направился к стулу для посетителей. Тот жалобно скрипнул, когда на него уселись, а Владимир с гордостью отметил, что стул продержится еще какое-то время. По его собственным предположениям, старый стул сумеет выдержать вес еще тридцати семи посетителей, после чего сломается и отправится в мусорный бак, а в кабинете наконец-то появится хоть что-то новое.

— И вам добрый вечер, — ответил он. — Слушаю вас, э-э-э…

— Меня зовут Юрий, — представился посетитель.

— Владимир. Итак?

Посетитель не стал отнимать много времени на вступительные речи и сразу приступил к цели визита.

— Вам стоит на это посмотреть, — Юрий достал из пакета видеокамеру и включил ее в режиме просмотра. Владимир заглянул в окуляр и нажал на проигрывание — с камерами он умел работать, и не боялся, что они внезапно взорвутся, если он нажмет не на ту кнопку. Проскочила невнятная мысль о том, что в новые телевизоры начали-таки встраивать системы самоуничтожения — на случай попытки фирм-конкурентов или мастеров-самоучек открыть крышку и разобраться со схемами модели. Или же телевизоры настроили на самоуничтожение при попытке их украсть.

На экранчике крупным планом появился мальчишка лет пяти, игравший в песочнице с пластмассовыми фигурками-формочками. Неподалеку на скамейке сидела его мама, обсуждая с подругой им одним известные проблемы. Владимир не умел читать по губам, хотя много раз пытался научиться, смотря, что говорят герои фильмов. И даже понимал, о чем речь, если звук не был отключен. Но результат чтения по губам ухудшался пропорционально громкости телевизора: чем тише становился звук, тем непонятнее становилось движение губ. В конце концов Владимир плюнул на бесполезное занятие и занялся более важными вещами.

Крупный план сменился общим, и буквально в это же время в левой стороне экранчика появился мотоциклист. Дорогой мотоцикл моментально привлек к себе внимание Юрия, и он переключился со съемок жены и сына на съемку спортивной техники.

Крупный план сменился общим, и буквально в это же время в левой стороне экранчика появился мотоциклист. Дорогой мотоцикл моментально привлек к себе внимание Юрия, и он переключился со съемок жены и сына на съемку спортивной техники. Владимир отнесся к этому с пониманием: сам такой. Семья всегда рядом, а увидеть такой мотоцикл — дело случая.

Байкер носил оригинальный костюм — сзади на кожанке был вышит подмигивающий череп, и Владимир не сдержался, чтобы не подмигнуть в ответ.

— Ага, — подметил Юрий. — Я сделал то же самое.

Владимир улыбнулся:

— Да, трудно удержаться.

Байкер вошел в подъезд, а спустя минуту к мотоциклу уверенным шагом подошел молодой паренек и как бы невзначай попытался откатить мотоцикл в сторону от дороги. Знал бы парень, что его действия снимают на видеокамеру — зарекся бы подходить к машинам без черных очков или натянутых на голову черных чулкок. Мотоцикл не сдвинулся с места ни на миллиметр, и парень решил завести мотоцикл на месте.

И все бы ничего, но гулявшие поблизости мальчишки окружили парня и набросились на него с просьбами прокатиться. Владимир не мог услышать, что они говорили, но сразу понял, что они хотят: что еще могут попросить мальчишки у человека с мотоциклом?

Парень кивал головой и похлопывал себя по карманам в поисках якобы потерявшихся ключей. Отыскал вместо ключей отмычку и заковырялся в замке.

В этот момент из подъезда вышел байкер вместе с исчезнувшим владельцем квартиры. Владимир напрягся: байкер мог стать как минимум свидетелем исчезновения жильца, а как максимум — его убийцей.

Незадачливый воришка получил по заслугам и позорно ретировался с места событий, а мотоциклист с пассажиром разогнали мальчишек и напоследок показали каскадерский трюк: перелетели через гаражи.

Юрий, несмотря ни на что, продолжал снимать. Он правильно определил, что самое интересное еще не закончилось. И когда увидел, как байкер указывает на подъезд рукой, направил камеру на дом.

К подъезду подъехала ничем не примечательная легковушка, а из нее вышли — Владимир напрягся еще больше — три белочкарика, один из которых нес алюминиевый дипломат.

— Твою мать, — пробормотал он, испытывая чувство наподобие дежа вю.

Ребенок играл в песочнице, его мама вела нескончаемую дискуссию, но Юрий совершенно забыл о съемках семьи на прогулке. Он ждал продолжения истории и чувствовал, что намечается нечто захватывающее. Но даже он не мог представить, что произойдет спустя считанные минуты.

Люди в белых очках вышли из подъезда и уехали, а вскоре грянул взрыв. У Владимира отвисла челюсть: он воочию увидел последствия взрыва телевизора. И если спецслужбы на самом деле в этом не участвуют, то что здесь происходит? Сцепились между собой бандиты или тайные общества уничтожают адептов-отступников?

— Что вы намерены сделать с пленкой? — поинтересовался Владимир, когда запись закончилась. Далее пошли недостертые записи чьего-то дня рождения, но это Владимира уже не интересовало, и он выключил камеру.

— Странный вопрос… — ответил Юрий, принимая переданную Владимиром камеру. — Конечно, продать запись на телевидение: там такое любят.

Следователь едва заметно кивнул: он сам поступил бы аналогичным способом — за ценный материал телекомпании выложат немалую сумму.

— Давайте договоримся, — предложил он. — Я сделаю служебную копию, а вы отправите пленку на телевидение после того, как мы закончим дело.

Юрий запротестовал: он уже позвонил на телевидение и предложил им сенсационный материал.

— Редактор обещал купить пленку как только наберет нужную сумму, — пояснил он. — А вам какая разница, покажут ее во время или после расследования?

— Понимаете, Юрий, — ответил Владимир. — Не все так просто, как кажется.

— Это конечно, — согласился Юрий. — За кажущейся простотой постоянно скрывается уйма сложностей.

— Я не об этом, — уточнил Владимир. Пришлось объяснить Юрию элементарные вещи: он снял на пленку лица основных участников и тем самым подставил себя под удар: бандиты вряд ли обрадуются показу их работы по центральным каналам. — Ради вашей же безопасности предлагаю дождаться, пока мы не поймаем организаторов взрыва. Они могут вам отомстить.

— За что? Они сами виноваты, — ответил Юрий.

— Не думаю, что они поймут свою ошибку и раскаются в содеянном. Скорее, они сделают так, что в содеянном раскаетесь вы. Вы понимаете меня, Юрий? Вы сделаете их известными, а они не любят огласки.

Посетитель нахмурился, достал из видеокамеры кассету и покрутил ее в руке.

— Слушайте, а если я продам запись вам? — воскликнул он. — Я слышал, что вы тоже практикуете покупку информации.

Владимир постучал пальцами по столу и перевел взгляд с собеседника на стену. Висевшая на ней картина — пейзаж в обрамлении оконной рамы — создавала впечатление, что за стеной не соседний кабинет, а спокойный мир, полный лесов, полей и рек. Мир без криминала, о котором остается мечтать, разгребая сотни уголовных дел. С каждым годом Владимир все чаще думал о том, что реально избавиться от бандитов можно одним-единственным способом — усыпить их, но помалкивал, понимая, что подобные настроения официально никто из начальства не одобрит. Да, на кухонных посиделках начальство само предлагало кардинальные методы ликвидации преступности, но понимало, что между фантазией и реальностью пролегала непреодолимая пропасть.

Предложение Юрия прозвучало в духе времени: зачем отдавать пленку за так, если ее можно выгодно продать? Но платить столько, сколько он пожелает, Владимир не мог — лучше потратить эти тысячи на покупку новой мебели. У телевидения намного больше шансов получить эксклюзивный материал, чем у ничем не примечательного отделения милиции.

— А если мы возьмем пленку в аренду? — спросил Владимир. — Скажем, минут на двадцать, пока не скопируем пленку для собственных нужд?

— Нет.

«Что ж, этого стоило ожидать…» — подумал Владимир. Но все же его предупреждения дошли до мозга посетителя, и он понял, что следователь не станет напрасно пугать картинками кошмарного будущего.

— Как долго продлится ваше следствие?

— Я не могу дать конкретный ответ, — пояснил следователь. — Если бы преступность работала по заранее составленным и одобренным в высших преступных кругах планам и разнарядке, то мы точно знали бы — где, кого и на сколько лет ловить, и для ответа я просто посмотрел бы на дату поимки данных преступников. Но, к сожалению, таких планов не существует: бандиты работают спонтанно. А в данном случае мы столкнулись с необычным делом, и оно может затянуться на длительное время.

— Мне это не годится, — ответил Юрий. — У меня небольшая зарплата, вещи и мебель стареют, а гонорар за этот материал составит несколько тысяч долларов.

Владимир пожал плечами. Возразить нечего, собеседник прав — телекомпании не поскупятся средствами: потраченное вернется им за счет надоевшей любому зрителю рекламы.

— В таком случае, — ответил он, — отправляйте пленку, куда хотите, но оставьте нам служебную копию.

— В таком случае, — ответил он, — отправляйте пленку, куда хотите, но оставьте нам служебную копию. И съездите в отпуск или на деревню к дедушке. У вас есть родственники в деревне?

— Есть.

— Вот и отлично, — обрадовался следователь. — А в случае таинственных звонков или явных угроз немедленно звоните мне — я постараюсь обеспечить вам посильную защиту.

Юрий ушел вместе с Кристиной переписывать отснятый материал на кассету — Владимир сначала не понял, почему Юрий сам не догадался сделать копию, но потом до него дошло — кассета стоит денег. А поскольку Юрий изначально пришел с требованием денег за материал, то заниматься благотворительностью он точно не станет.

— Елки-моталки, — в сердцах бросил следователь, — когда же людям станут платить такую зарплату, чтобы они перестали крохоборствовать?

В кабинет вошел коллега Владимира — Эдуард. Услышав последние слова, он истолковал их по-своему.

— Кстати, насчет крохоборства, — заметил он, — я тут на днях разбирался с двумя боровшимися крохами… боровы те еще, крошили все подряд. И представляешь, пока крушили окна и били в двери — были боровами, а как их поймали, моментально стали крохами. Мамочку позвали, она скандал на половину отделения устроила… отпустили пока что. Мамочку, я имею в виду. А этим ремня всыпали и выписали счет на ремонт сломанных окон и выбитых дверей.

Владимир погрозил пальцем:

— Негуманно поступаете, товарищ коллега! — укоризненно сказал он. — Надо было их спать уложить и чаем накормить. А поутру с честью проводить до дома и написать в газету о славных парнях, благодаря которым жильцы дома купят новые стекла и замки, тем самым обеспечив полную занятость нашей промышленности.

— Вот я их уложу — не встанут… — проговорил Эдуард, потирая ладонью кулак. — Глядишь, меня еще и медалью наградят за ударную работу с молодежью. Ладно, но я чего зашел-то…

— Хотел отобрать у меня половину дел? — с надеждой в голосе спросил Владимир.

— Не совсем, — ответил Эдуард. — Я хотел добавить свои. Надеюсь, ты справишься — у тебя на столе всего тридцать папок, и у меня — двадцать семь. В сумме получится…

— В сумме ничего не получится, — прервал его Владимир.

— Почему это?

— Потому что я убью тебя и сдамся с повинной, — пригрозил Владимир.

Коллега потер подбородок.

— Значит, так и запишем, — он открыл блокнотик и вычеркнул фамилию Владимира, — что ты — бездушный работник правопорядка. Ты мне больше не коллега!

— И сколько у тебя коллег осталось? — едва сдерживая смех, спросил Владимир.

— Пока трое… Надеюсь, они согласятся забрать мои дела добровольно, иначе я останусь единственным следователем в отделе. А ваши фотографии повешу на стенд «Тамбовский волк им товарищ!»

— Хорош дурью маяться, иди работай, — предложил Владимир. — У тебя отпуск через две недели.

— Через две вечности… — со вздохом подметил Эдуард. — Ты представляешь, какое дело мне только что подсунули? Несчастный случай со священником из деревни Черемушки. По словам очевидцев, ему было под сорок нынешним утром, а врачи после вскрытия утверждают, что ему далеко за семьдесят и что умер он от старости. Свидетели говорят, что он изгонял злых духов из телевизора — целая деревня клянется, что так оно и было! И что прикажешь делать? Выдать ордер на арест потусторонней телевизионной силы?

— Запиши, что состава преступления нет, и успокойся, — предложил Владимир.

Эдуард вздохнул, махнул рукой и вернулся в свой кабинет.

Этой ночью Владимир долго не мог уснуть. Ему снились кошмары со «специально приглашенными звездами» — троицей с чемоданчиком и байкером, гоняющим по крышам города на спортивном мотоцикле, время от времени трансформирующемся в двухместный самолет.

И когда раздался звонок в три часа ночи, проснувшийся Владимир не знал, что делать: поблагодарить звонившего за пробуждение от бредового кошмара или обматерить, чтобы не звонил в такое время — в другой раз он может прервать сон с куда более приятным содержанием. Он долго не вставал, уговаривая себя не обращать внимания на треньканье — мол, еще немного, и оно само пройдет, и тогда не придется выбирать между руганью и благодарностью.

Звонивший оказался упорным. Он не бросал трубку, а терпеливо ждал ответа, подсчитывая в уме, когда Владимир встанет, выругается по поводу ночных телефонных визитеров и дотянется до трубки, чтобы высказать в нее немало нелестного относительно манер невидимого собеседника.

Владимир подошел к телефону, намереваясь произнести короткую и угрожающую реплику, но когда поднес трубку к голове, предательский язык привычно выдал вежливое:

— Алло, я вас слушаю! — и выругаться пришлось мысленно: после такого приветствия обкладывать звонившего матом уже язык не повернется.

— Доброй ночи, господин Куликов.

— Вам тоже доброй ночи, — автоматически ответил Владимир. — И позвольте на дружеском обмене пожеланиями считать нашу беседу оконченной.

— Предложение не принимается, — вежливо, но твердо ответил незнакомец. — У меня есть сведения, где вы можете найти известного вам маньяка.

— Какого маньяка? — переспросил Владимир. Сон постепенно отходил на второй план, но был готов в любой момент вернуться.

— А разве их много?! Вот не знал… — изумился собеседник. — Сочувствую. Давайте, уточню.

— Давайте, только побыстрее, а то сейчас засну, — предупредил Владимир, с намеком зевая в телефонную трубку. Собеседник взял быка за рога.

— Маньяк, который ходит в кожаной куртке с подмигивающим черепом!

Сон моментально пропал, словно его и не было. Владимир вскочил и подхватил ручку с бумагой — они всегда лежали на столике ради подобных случаев.

— Рассказывайте! — потребовал он, нажимая на колпачок ручки. — Все, что вам о нем известно.

— Разумеется, Владимир, разумеется, — ответил незнакомец, — в данный момент он находится в гостях у алкоголика Бориса, намереваясь похитить его и взорвать его квартиру. Я уже сообщил об этом, и милиция выехала по адресу. Вам остается только последовать за ними и…

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39