Некоторое время они ехали молча. Шут грыз стебелек ромашки, легат, разложив карту на холке лошади, беззвучно шевелил губами, составляя план предстоящего сражения. От внезапно пришедшей в голову мысли он вздрогнул и, настороженно оглянувшись по сторонам, хрипло спросил:
— А если мы не успеем?
— Куда? — сварливым тоном поинтересовался Лидлл. — К ужину? Или к теще на блины?
— Что будем делать, если княжна принесет Клятву Кольца?
Подняв глаза к небу, карлик помолчал минуту и, трижды сплюнув через левое плечо, выразительно провел ладонью по шее.
— Благо Империи превыше всего. Даже, если это жизнь особы императорской крови. Трон не может быть захвачен заговорщиками — помни это, легат!
— Император не мог отдать такой приказ! — охнул Клавий.
— Если мы казним княжну, древнее Проклятие пойдет по следу… Ладно, мы с тобой… Но император?
— Он не отдавал такой приказ, — карлик поднял воспаленные глаза и после долгой паузы глухо обронил: — Этот приказ отдаю тебе я.
* * *
Обильный ужин и свежая кровь сделали свое коварное дело — Высший вампир, блаженно моргнув на секунду, открыл глаза лишь с первыми лучами утреннего солнца. Плюнув, привычно помянув всех богов и святую инквизицию, он сладко потянулся и приготовился к перевоплощению. Легкий шорох и пыльное облачко, вылетевшее из отверстия под потолком камеры, заставили его выругаться еще раз: дернул же нечистый местного трубочиста лезть спозаранку на крышу!
Метнувшись к стене, магистр Цириус ласково провел рукой по шероховатой поверхности, одними губами читая заклинание. Взгляд потомственного кровососа мгновенно помрачнел — мелкая каменная крошка, забив воздушный канал, замкнула магическую сеть, охраняющую крепость. Путь на свободу оказался отрезан.
— Спрячемся в этой камере.
Чуткий слух уловил чей-то шепот за дверью. Бросившись к входу, вампир прижался к гранитной стене, пытаясь слиться с ней в единое целое.
— А вдруг и здесь привидения? — послышался второй голос.
— Это вряд ли, — неуверенно ответил первый.
— Почему?
— По колчану! — последовал раздраженный ответ. — Открывай скорей, сам увидишь.
Дверь взвизгнула замочной скважиной, скрипнула несмазанными петлями и нехотя раскрылись. Две громоздкие туши, сопя, пыхтя и толкаясь, ввалились в камеру. Дверь со скрежетом захлопнулась.
— Видишь, нет никого, — облегченно выдохнула левая туша, вытирая обильный пот со лба.
— А это кто? — испугано вопросила правая, кивая на высушенные останки коменданта крепости.
— Не знаю… — лязгнула зубами левая.
Воспитанный аптекарь невольно поморщился: называть незнакомцев «левый» и «правый» правила хорошего тона не рекомендовали. Отделившись от стены, вампир вкрадчиво попросил:
— Не могли вы назвать ваши имена, господа?
— А-а-аааа! — подпрыгнул до потолка левый незнакомец.
— П-п-п-ппп! — с разбегу попытался вынести дверь его кривоносый товарищ.
— Будьте любезны, повторите еще раз — я плохо вас расслышал, — как можно вежливее сказал магистр Цириус.
— М-мы с-с-стражники м-м-м-местные, в-в-в-ваша п-п-п-призрачность, — выдавил кривоносый страж, пытаясь поймать вырывающуюся из рук челюсть.
— Очень хорошо! — одобрительно кивнул вампир, слегка выпуская клыки. — Но мне хотелось бы услышать ваши имена.
— А-а-а-а-а… — долгой нотой затянул «попрыгунчик» и одним резким выдохом закончил: — Л» Шот.
— Прекрасно! — задушевным тоном подбодрил его магистр и повернулся ко второму стражнику: — А вас как величать, молодой человек?
— Ш-ш-шой Т-т-та, ваша п-призрачность, — сжимая челюсть двумя руками, промычал кривоносый страж.
— Великолепно! — широко улыбнулся Цириус, демонстрируя клыки во всей своей красе. Пройдясь взад-вперед перед стражниками, он сцепил руки за спиной, покачался с пяток на носки и безразличным, холодно-равнодушным голосом бросил: — Где княжна?
— К-какая княжна? — попятился Ал-Шот.
Вампир глубоко задумался: и в самом деле — какая?
— Обыкновенная, — выкрутился он.
— У нас только плененная имеется, — пояснил воспрявший духом Шой Та.
Привидение было настроено явно дружелюбно, и страх исчез сам собой.
— Это, типа, беглая, но ее поймали, — добавил его товарищ.
— И где она сейчас?
— Рядышком, в соседней камере, — засуетился Ал-Шот.
— А где Антон? — продолжал допрос магистр.
— Какой Антон? — недоуменно вылупился Шой Та.
— Обыкновенный, — уже привычно ляпнул вампир.
— Это, типа, тренер? — догадался Ал-Шот.
— Он самый, — кивком подтвердил Цириус.
— Нет его больше, — огорчено поведал кривоносый страж. — Мы ему бежать помогли, а он обратно вернулся… — и уточнил: — Призраком вернулся. Голым.
— Его, скорее всего, зарезали, — вмешался второй стражник. — Разоблачили и зарезали.
— Он в женское платье переоделся, вот его и разоблачили. Это раздели, если вы вдруг не поняли.
— Сначала раздели, а потом разоблачили, — возразил Ал-Шот.
— То есть, два раза раздели? — недоверчиво уточнил Шой Та.
— Идиот! Разоблачили — это аллегория.
— Аллегория — это крокодил…
— Заткнитесь! — ласково посоветовал вампир. — Вы можете отвести меня к тренеру?
— Он это… — кривоносый страж смущенно замялся.
— Они там вдвоем, с диким привидением, — пришел на выручку товарищ и красноречивыми жестами изобразил, чем занят в данную минуту призрак невинно убиенного тренера.
Магистр хмыкнул. Окинув стражников насмешливым взором, он ехидно поинтересовался:
— А княжна?
— Она одна, — обрадовано доложил Ал-Шот. — Ее никто не разоблачал.
— Она, типа, одетая, — неуверенно заметил Шой Та. — Благородные сами раздеваться не умеют, им служанка нужна.
— А служанки у нее нет.
— Значит, должна быть одетой.
— Если призрак у нее в камере не завелся.
Стражники испугано переглянулись.
— Со мной вам нечего бояться, — поспешил их успокоить вампир. — Я наложу заклятие и привидения примут вас за своих.
— Тогда пойдемте, ваша призрачность, — повеселевшим голосом предложил Шой Та.
Одним рывком распахнув протестующе завизжавшую дверь, он крадучись, на цыпочках прошествовал до соседней камеры и кулаком постучал по решетке смотрового окошечка.
— Кто там? — промурлыкал сонный голосок.
— Это мы, ваше высочество… — радостно известил кривоносый стражник. — Призраки.
* * *
Франт-инквизитор долго тряс руку, горячо заверял свое искреннее почтение новой имперской службе и обещал каленым железом выжигать любую скверну, включая ведьм, яйца, глистов и… Тут он запнулся, провожая жадным взглядом уходящую с драконицей красавицу-ведьму, затем попытался вырвать щегольскую тросточку из пасти неугомонного варранга, и с полной безнадегой в голосе предложил Вовке купить у него редкие коллекционные монеты.
Недорого.
Местный староста, потирая ушибленное на всякий случай темечко, почтительно внимал инструкциям о мерах пресечения: с селян было велено собрать подписки о невыезде. На робкие возражения, что справная лошадь в деревне всего одна, и что выезжать-то им, собственно, некуда, грозный столичный инспектор внимания не обратил, еще раз доходчиво объяснив правила внеплановой проверки. Уши у старосты после этого стали разниться в размерах и окрасе. Прямо, как у варранга — у того тоже одно ухо отличалось по цвету от другого.
Перед уходом имперский санитарный инспектор велел собрать образцы продуктов для экспертизы. Больше всего его интересовали копчености, вина и домашние колбасы. Младший инспектор затребовала для проверки все сорта меда, имеющиеся в наличии. Мохнатый член выездной бригады удовлетворился вяленым пудовым сомом. Словом, когда внезапно нагрянувшая инспекция скрылась за околицей, вся деревня вздохнула с облегчением. Сами проверяющие, добравшись до уютной полянки в двух лигах от селения, устроились на пикник. Отдохнуть от трудов и забот государственных.
