— Спасибо, Марьванна, недосуг. Вечером на игру выезжаем, еще дел полно.
— Антош, а ты рыбки не привезешь?
— Какой рыбки?
— Жирненькой!
Жалобно так протянула, словно на паперти. Антон пожал плечами:
— Воблу, что ль? Так не на Волгу едем.
— Да нет! — замахала руками бухгалтер. — Не вобла… Не помню, как называется. У них там озеро есть, рядом с Магниткой, рыбаки на плавучих островах лунки бурят и на мормышку ее ловят. А вот названье, хоть убей меня, не помню.
— Хорошо, Марьванна, если будет — привезу.
Хорошая тетка, и про мормышку знает. Антон усмехнулся.
Ладно, командировочные получил, пора и честь знать. Забежать в профком, огрести напутственных звиздюлей, Что еще? Форма готова, мячи в автобусе.
Забежать в профком, огрести напутственных звиздюлей, Что еще? Форма готова, мячи в автобусе. Вроде бы ничего не забыл. Да, пару «Жигулевского» Сергеичу, начальнику вохра надо захватить в заводском буфете. К директору заходить не стоит — опять состав на игру диктовать начнет.
Ну, все, с богом! Впереди — главная игра сезона.
Автобус вынырнул из тумана, как самолет перед посадкой. «Тещин язык», долгий тягучий серпантин через перевал. Летом еще, куда ни шло, а зимой — жуткое дело. Ездили как-то на охоту в эти края. В гололед. Тяжело груженая вертлюга доползла до середины горы и встала. Из-под колес пар идет — она ни с места. Шлифует. А потом заскользила. Обратно под гору. Еле в кювет порскнуть успели. Они-то успели, а две легковушки нет. Так и ушли в обрыв втроем.
Жуть.
— Слышь, Лис, хреновы наши дела, — рядом подсел Кот, основной голкипер. — Магнитогорцы из «Шахтера» донецкого второго вратаря в аренду взяли.
— На одну игру?! — брови сами поползли вверх от изумления.
— Да им по… — выругался Кот. — Что хотят, то и творят.
Антон помрачнел. Знал он этого горняка — классный воротчик. Хоть и запасной. Высшая лига, тудыть ее етить.
— Значит, пойдем в подсобники, — невесело пошутил он.
— Да ну тебя! — огорченно махнул рукой Кот. — Думай, что делать будем. Михалыч нарезался уже, празднует.
Михалыч, администратор команды, храпел через ряд, калачиком свернувшись на мягком сиденье. Полгода до пенсии, ему уже все равно.
В город въехали за полночь. На КП почти час гаишники мурыжили. Дело привычное — на войне все средства хороши. И гостиница — Антон был уверен в этом — окажется рядом с какой-нибудь стройкой и без горячей воды. Лишь бы клопов не было.
Так и вышло. И клопы имелись в достаточном количестве. Злые и голодные.
Играли в обед. Выходной. Трибуны битком — тысяч десять, даже в проходах стоят. Молодцы южноуральцы, умеют болеть. Словно на кону не путевка во вторую лигу, а финал Лиги чемпионов.
Свисток судьи. Поехали!
Первый гол привезли себе сами. «Девятка» соперника, рыжеволосый крепыш с хорошим стартовым рывком, перехватив поперечную передачу, оторвался от защитника, проскочил фланг и навесил в штрафную. Удар головой в упор и мрачный Кот, выплюнув от досады жвачку на жухлый газон, достает мяч из сетки. 1:0. Такой и Яшин не вытащил бы.
Трибуны чуть с ума не сошли.
Кот со злостью выбил мяч в центр. Желтая карточка, судья уже руки тянул к мячу.
До середины тайма держались. Первый натиск отбили, пришли в себя. На двадцатой минуте Суслик обыграл троих на носовом платке и щечкой катнул в угол. 1:1.
Красавчик! Таньку напою и сам раздену! Если еще один положишь… Антон на радостях пнул бутылку с водой.
Держимся! Только в защиту не отходить — сожрут и не подавятся.
Тридцатая минута. Пенальти! Судья, ну нельзя же так нагло! До штрафной еще три метра было. Откуда пендаль?! Тьфу, бесполезно это.
Кот прыгает в один угол, мяч — в другой. 2:1.
Центральный нап Магнитки лыбится. Доволен. Каланча под два метра ростом, его в «вышку» зовут, уйдет в межсезонье. Лучше бы ты раньше ушел.
Что ж вы делаете?! Опять оборона зевнула. «Каланча» продавил центр и вышел один на один. 3:1.
Еще семь минут до перерыва.
Антон схватился за голову и сел на скамейку.
Все! Прощай вторая лига, премии и ключи от новенького «Москвича». Выйти самому? Один тайм колено стерпит. А что остается? Только надежда на чудо. Он быстро скинул спортивный костюм, переобул бутсы. Меняем защитника, делать нечего — будем рисковать. Резервный судья дал отмашку. Вовремя! Штрафной у ворот соперника.
Трибуны свистят. Недовольны.
Не свистите, денег не будет. До ворот метров тридцать, под любимую левую. Больную. Горняк в рамке мечется, орет, но «стенку» грамотно выстроил. Ну, ничего. Его в сборную не за красивые глазки брали. Этот удар он с детства тренировал. Сложный. Если один из сотни сможет повторить, то уже хорошо. Гарринча так бил, носком бутсы по верхней части мяча, как топ-спин в настольном теннисе.
Разбег… удар! Мяч перелетел через «стенку», нырнул перед вратарем, ударился об землю и скользнул по рукам.
Гол!!!
3:2.
Еще две минуты до перерыва. Дотерпеть!
Не дотерпели. Аукнулся деф, тяжело втроем в обороне. И Кот зевнул на радостях — чистой воды «бабочка».
4:2.
Трибуны чокнулись окончательно.
Перерыв.
В раздевалку, протяжно зевая и прикрывая ладонью рот, вошел Михалыч. Пьяно ухмыльнулся:
— Ну что орлы, летим?
— Да пошел ты… — тихонько буркнул Кот. — И без твоих подъ… тошно.
Остальные промолчали. Сидели, повесив носы, и вытирая полотенцами красные потные лица. О чем говорить, когда и так все ясно?
— Ладно, парни, не грустите, — неожиданно трезвым голосом сказал Михалыч. — Наш первый договорился с ихним. У того должок был за хоккей. Так что две банки положите и ничья в кармане.
Он расплылся в довольной улыбке. Обкомы перетерли между собой, а остальное ему до лампочки. Привычное дело.
— А что, до начала матча нельзя было сказать? — ломким юношеским баском начав фразу, пискнул Димка.
Суслик — он и есть суслик.
— Нельзя, — тряхнул седой гривой Михалыч. — Спортивно все должно выглядеть. По-честному.
Спортивно… хе-хе.
Второй тайм начался с атак Магнитки. Трибуны беснуются, как ни в чем не бывало. Вот только рыжий хав в центре, ожидая свистка арбитра, глянул так тоскливо, что тошно сделалось на душе. Антон сплюнул на газон. Бросить бы все. Достали эти договорняки, купленные судьи и внерегламентные аренды. Вот только куда идти? В детскую спортшколу на 120 рэ? Лучше уж за станок встать. Подъем в шесть утра под гимн радиоточки, и толчея в переполненном трамвае пять дней в неделю. День за днем. И за годом год.
Антон проскочил по краю, на замахе убрал защитника, бросившегося в подкате, и сделал передачу в центр. Суслик ловко прокинул мяч между ног опорника, догнал и с ходу пробил. Твою… за ногу! Штанга!
Трибуны взвыли.
Ладно, время еще есть.
Еще атака, навес, скидка головой, удар… Мимо ворот.
Кот выбил мяч от ворот далеко в поле. Защитники расступаются, дают выиграть подбор. Антон пробил с лета, вложив всю злость в удар. Мяч по низкой дуге смачно впечатался в перекладину и отскочил за ленточку.
4:3.
Семьдесят вторая минута. Красивый гол, даже трибуны похлопали.
Атака Магнитки. Рыжий сыграл в стеночку с каланчой и вывалился на ворота. На паузе, успев подмигнуть киперу, ударил в угол. Мяч скользнул по траве и намертво приклеился к перчаткам.
Мяч скользнул по траве и намертво приклеился к перчаткам. Кот — ты красавчик! Антон облегченно выдохнул. Так тоже надо суметь, даже после подсказки.
Трибуны тоже выдохнули, но огорченно.
