* * *
О'Дей приехал как раз в тот момент, когда дети возвращались в боковую дверь здания — наступило время посетить туалет. Он знал, что это серьёзное мероприятие. Инспектор подкатил к «Гигантским шагам» в своём дизельном пикапе чуть позже четырех. У него на глазах произошла смена агентов. У передней двери появился Расселл и занял свой обычный пост — так происходило всегда, когда дети заходили в здание.
— Ну как, встретимся завтра?
— Слишком скоро, — покачал головой Дон. — Давай перенесём состязание на пару недель — ровно через две недели, в два часа. У тебя будет возможность попрактиковаться.
— А у тебя не будет? — заметил О'Дей, входя в здание детского сада. Он увидел, что Меган не заметила приезда отца и вошла в туалет для девочек. Ну что ж, подождём. Он присел рядом с дверью, чтобы застать её врасплох, когда она выйдет из туалета.
* * *
«Артист» занял место наблюдателя на площадке для стоянки автомобилей к северо?востоку от детского сада. Он заметил, что на деревьях начала распускаться листва. Здание «Гигантских шагов» было все ещё хорошо видно, но хуже, чем раньше. Однако несмотря на это, все казалось обычным, так что с этого момента все в руках Аллаха, сказал он себе и удивился тому, что употребил имя Аллаха в столь безбожном деле. У него на глазах автомобиль номер один повернул направо, приближаясь к детскому саду с севера. Этот автомобиль проедет мимо него, развернётся и направится обратно.
Автомобиль номер два был белым «линкольном». Он ничем не отличался от такой же машины, принадлежащей семье, ребёнок которой находился в детском саду. Эта семья состояла из двух врачей, хотя ни один из террористов не знал этого. Сразу за «линкольном» ехал красный «крайслер», как две капли воды похожий на автомобиль снова беременной жены бухгалтера. «Артист» наблюдал за тем, как оба автомобиля въехали на стоянку и остановились напротив друг друга, как можно ближе к выезду на шоссе.
* * *
Скоро приедет Прайс. Расселл заметил, как на стоянку въехали два автомобиля, но не обратил на них особого внимания, думая о том, как быть более убедительным в предстоящем разговоре с начальником президентской охраны. Заходящее солнце отражалось от ветровых стёкол автомобилей, и он не мог рассмотреть, кто находится внутри. Он видел только силуэты водителей. Обе машины приехали слишком рано, но ведь сегодня пятница…
… регистрационные номера на автомобилях?
… глаза Рассела чуть сузились, когда он упрекнул себя за то, что не запомнил их…
* * *
И всё же номера запомнили. Джефферс поднял бинокль, машинально осматривая прибывшие автомобили как часть окрестного наблюдения. Он даже не подозревал, что обладает фотографической памятью. Агент привык запоминать все, и это было для него так же естественно, как и дышать. Ему казалось, что на это способны все.
— Внимание, внимание, здесь что?то не так. Это не… — Он поднял рацию. — Расселл, эти автомобили не принадлежат родителям наших детей! — выкрикнул он. Его предупреждение запоздало всего лишь на пару секунд.
* * *
Плавным движением оба водителя одновременно открыли дверцы машин, повернулись на сиденьях и опустили ноги на асфальт, сжимая в руках оружие. Две пары террористов, сидевших в каждом автомобиле на задних сиденьях, тоже распахнули дверцы.
* * *
Правая рука Расселла опустилась к кобуре и выхватила пистолет, а левая поднесла к губам микрофон, прикреплённый к воротнику.
— Тревога! — произнёс он.
Инспектор О'Дей, находившийся внутри здания, услышал что?то, но не разобрал слово. К тому же он смотрел в другую сторону и не заметил, что агент Марселла Хилтон отвернулась от ребёнка, который обратился к ней с каким?то вопросом, и опустила руку в сумочку, где хранился её пистолет.
Это были самые простые из всех кодовых слов. Через мгновение Расселл услышал те же слова, повторяемые у него в наушнике — это Норм Джефферс выкрикнул их в командном посту. Рука чернокожего агента нажала на другую кнопку рации, включился канал радиосвязи с Вашингтоном.
— Песчаная буря, Песчаная буря, Песчаная буря! — понеслось в эфир.
Подобно большинству кадровых полицейских, специальному агенту Дону Расселлу никогда не доводилось применять своё оружие в настоящей перестрелке, но после многих лет постоянной подготовки его движения были такими же естественными, как земное притяжение. Первое, что он увидел, был поднятый ствол автомата АК?47 и зубчатая мушка на его конце. И тут же Дон превратился из бдительного полицейского в систему наведения пистолета. «Сиг?Зауэр» оказался у него в правой руке, ладонь левой поднялась, чтобы обхватить кисть правой, колено подогнулось, тело опустилось, чтобы уменьшить профиль мишени и улучшить твёрдость контроля за пистолетом. Мужчина с автоматом успеет выстрелить раньше его, сообщил Расселлу его мозг, но пуля пролетит выше. Три пули просвистели у него над головой и вонзились в дверную притолоку. Тишину разорвал гром выстрелов. Пока это происходило, покрытая тритием мушка пистолета остановилась на лице террориста, державшего в руках автомат. Расселл нажал на спусковой крючок, и с расстояния в пятнадцать ярдов выпущенная им пуля попала точно в левый глаз стрелка.
Расселл нажал на спусковой крючок, и с расстояния в пятнадцать ярдов выпущенная им пуля попала точно в левый глаз стрелка.
* * *
У находившегося внутри помещения О'Дея начал срабатывать профессиональный инстинкт, когда Меган, поправляя подтяжки на своём комбинезоне, вышла из туалета. И тут же агент, которого дети звали мисс Энн, выбежала из соседней комнаты, обеими руками сжимая пистолет с поднятым вверх дулом.
— Боже, — успел произнести инспектор ФБР, когда мисс Энн помчалась прямо на него, оттолкнув в сторону, словно защитник команды Национальной футбольной лиги. О'Дей упал на спину у ног своей дочки и ударился головой о стену.
* * *
На противоположной стороне улицы два агента выскочили из парадного и побежали к детскому саду, держа в руках автоматы «Узи». Джефферс остался в доме, продолжая передавать сигналы тревоги. Он уже успел сообщить кодовые слова о нападении террористов в штаб?квартиру Секретной службы, а теперь связался по прямому телефонному каналу с полицейской казармой штата Мэриленд на Роу?бульвар в Аннаполисе. Вокруг гремели выстрелы, царила неразбериха, но агенты были отлично подготовлены. Задача Джефферса заключалась в том, чтобы передать сигнал тревоги, а затем поддержать огнём двух агентов, которые пересекли улицу и вбежали на лужайку перед детским садом…
… у них не было никаких шансов. С расстояния в пятьдесят ярдов стрелки, находившиеся в автомобиле номер один, сразили обоих градом пуль. Джефферс видел, как агенты рухнули на землю, пока он устанавливал связь с полицией. У него не было времени на то, чтобы испытать шок. Как только полиция подтвердила его сообщение, Джефферс схватил автомат М?16, снял его с предохранителя и бросился к выходу.
* * *
Расселл перенёс огонь на другую цель. Стрелок, стоявший рядом с первым, совершил ошибку, стараясь прицелиться как можно лучше, и две пули, выпущенные агентом Секретной службы, разнесли его голову, словно перезревший арбуз. Расселл не думал, не чувствовал — он просто стрелял в цель, как только успевал заметить её. Вражеские пули продолжали свистеть у него над головой, и тут он услышал позади себя крик. Бессознательно Расселл опознал его, как предсмертный крик Марселлы, и в следующее мгновение что?то тяжёлое рухнуло ему на спину и сбило на землю. Боже мой, это действительно Марселла, пронеслось у него в голове. Её тело придавило ему ноги, и в тот момент, когда Расселл перекатился в сторону, чтобы освободиться, в поле его зрения появились четверо мужчин. Они бежали к нему, ничто не закрывало их от его огня. Агент выстрелил и попал прямо в сердце одному из них. Глаза террориста расширились от шока, но вторая пуля ударила ему в лицо. Расселлу казалось, что воплощается его мечта — пистолет сам делал за него всю работу. Уголком глаза он заметил движение слева — группа поддержки, но нет, автомобиль ехал через игровую площадку прямо к нему, не «сабербен», какой?то другой. Расселл не успел разобрать, мушка его пистолета остановилась ещё на одном стрелке, но тот вдруг упал — в него попали три пули из пистолета Энн Пембертон, которая стояла в дверном проёме позади него. Остались двое — только двое, у него ещё есть шанс, и тут Энн упала вперёд, раненная в грудь, и Расселл понял, что остался один, совсем один, только он преграждал этим говнюкам путь к «Песочнице».
