Нет ничего планомерного и организованного в кризисе, перед которым стоит наша страна. Пока мистер Райан принимал правильные и рассчитанные меры по стабилизации правительства. Его временное назначение на пост директора ФБР, например, Дэниела Мюррея — вполне приемлемо. Равно как и Джордж Уинстон станет, возможно, неплохим временным министром финансов, хотя и не обладает способностями политического деятеля. Скотт Адлер, исключительно талантливый кадровый дипломат, может стать лучшим выбором настоящего кабинета министров…»
Райан пропустил два следующих абзаца.
«Вице?президент Эдвард Келти, несмотря на свои личные недостатки, знаком с деятельностью правительства, и его умеренная позиция по большинству вопросов, затрагивающих судьбу страны, гарантирует правильный курс до тех пор, пока не будет избрана новая администрация. Но справедливы ли его утверждения?»
— А вам разве не все равно? — спросил Райан, обращаясь к передовой статье завтрашнего номера «Нью?Йорк таймс».
— Они знают его и не знают тебя, — ответил Арни. И тут зазвонил телефон.
— Слушаю.
— Звонит мистер Фоули, господин президент. Он говорит, что у него важный вопрос.
— О'кей… Эд? Я переключаю тебя на динамик. — Джек нажал на соответствующую кнопку и положил трубку. — У меня в кабинете Арни.
— Получены надёжные сведения. Иран вступает в игру, быстро и решительно. У меня есть отрывок телевизионной передачи, если хочешь посмотреть.
— Включай. — Джек знал, как это делать. В его кабинете, как и в других, стояли телевизоры, соединённые с Пентагоном и другими федеральными департаментами, защищёнными оптиковолоконными кабелями. Он достал из ящика стола пульт дистанционного управления и включил телевизор. «Шоу» продолжалось всего пятнадцать секунд, затем повторилось, и потом Райан начал смотреть его по отдельным кадрам.
— Кто они? — спросил Джек.
Фоули прочитал имена. Два из них Джек слышал раньше.
— Советники Дарейи, среднего и высшего уровня. Они в Багдаде, и кто?то решил объявить об этом. Итак, мы знаем, что высшие иракские чины улетают из страны.
Они в Багдаде, и кто?то решил объявить об этом. Итак, мы знаем, что высшие иракские чины улетают из страны. Теперь мы видим, как пять имамов говорят по национальному телевидению Ирака о восстановлении знаменитой мечети. Завтра они будут говорить уже громче, — пообещал исполняющий обязанности директора ЦРУ.
— Есть что?нибудь от наших людей в том регионе?
— Нет, — признался Фоули. — Сейчас я свяжусь с начальником станции в Эр?Рияде, чтобы он пробрался туда и поговорил с кем?нибудь, но к тому времени, когда он окажется там, говорить будет не с кем.
* * *
— Этот немного больше, — произнёс офицер на борту несущего вахту АВАКСа. Он считал знаки с буквенно?цифрового дисплея. — Полковник, — обратился он по командной связи, — я вижу самолёт, похожий на чартерный «Боинг?737», летящий из Мехрабада в Багдад, курс два?два?ноль, скорость четыре?пять?ноль узлов, высота двадцать тысяч футов. Из «Пальмы» поступило сообщение о том, что с того направления ведутся шифрованные голосовые переговоры с Багдадом.
Командир самолёта, находящийся в хвостовой его части, проверил дисплей. Лейтенант, сидящий перед экраном в носу, был прав. Полковник включил радио, чтобы доложить об этом в командный пункт, расположенный в военном городке короля Халеда.
* * *
Остальные генералы прибыли одновременно. Им бы лучше подождать, подумал Бадрейн, и приехать в аэропорт, когда самолёт уже совершит посадку, чтобы… но нет, они спешат.
Он с улыбкой посмотрел на них, этих вчера ещё могущественных людей. Неделю назад они важно расхаживали повсюду, уверенные в своём положении и своей власти, их мундиры цвета хаки украшены наградными планками, говорившими о многочисленных героических подвигах владельцев. Это было несправедливо. Некоторые из них действительно раз?другой вели своих солдат в бой. Может быть, один или два генерала и впрямь убивали врагов. Иранцев. Тех самых людей, которым сейчас они доверили свою безопасность, потому что боялись соотечественников ещё больше. И вот теперь они стояли маленькими группами, испуганные люди, не решающиеся доверять даже своим телохранителям. Особенно им. У телохранителей было оружие, и они стояли рядом, и генералы не оказались бы в столь сложном положении, если бы на телохранителей можно было положиться.
Хотя и его жизнь находилась в опасности, Бадрейн счёл это забавным. Он потратил всю свою жизнь на то, чтобы приблизить вот такой момент. Сколько раз он мечтал, как увидит высокопоставленных израильских офицеров, стоящих в аэропорту подобно вот этим генералам, улетающими в другие страны, оставляя позади свой народ, который ждёт неопределённая судьба, побеждённых его… но ирония судьбы вовсе не столь забавна, правда? Прошло больше тридцати лет, и ему удалось добиться лишь одного — уничтожить арабскую страну. Израиль по?прежнему существует, Америка все ещё защищает его, а он занимается тем, что меняет центры власти вокруг Персидского залива.
Он бежит точно так же, как вот эти генералы, подумал Бадрейн. Потерпев неудачу в деле всей своей жизни, он сумел успешно выполнять работу наёмника, и что дальше? У генералов хотя бы есть деньги, и впереди у них шикарная жизнь. У него нет впереди ничего, а позади одни неудачи. Подумав об этом, Бадрейн выругался, откинулся на спинку кресла и тут же увидел тёмную тень, промчавшуюся по ближней посадочной дорожке, замедляя свой бег. Телохранитель в комнате дал знак генералам. Через две минуты все увидели «Боинг?737». Дозаправки не требовалось. Механический трап поехал к самолёту и остановился одновременно с ним. Когда дверь открылась, трап был уже на месте, и генералы со своими семьями в сопровождении телохранителей, а некоторые и любовниц, поспешно вышли из здания терминала под только что начавшийся холодный моросящий дождь.
Бадрейн вышел последним. Даже ему пришлось ждать. Иракцы подошли к трапу толпой, толкая друг друга, забыв о своей важности и достоинстве в стремлении как можно быстрее подняться на борт самолёта. На верхней площадке трапа стоял член экипажа в мундире иранского лётчика, механически улыбаясь людям, которых ненавидел. Али подождал, пока трап опустел, прежде чем поднялся сам. На маленькой площадке перед входом в самолёт он остановился и оглянулся назад. Вообще?то в такой спешке не было надобности. Не было никаких приближающихся зелёных грузовиков, полных солдат. Оказалось, вполне можно было подождать ещё час. Но ещё немного, и они приедут сюда и не найдут ничего, кроме пустого терминала. Бадрейн покачал головой и вошёл внутрь самолёта. Член экипажа закрыл за ним дверь.
В кокпите пилоты связались с башней управления полётами и запросили разрешения на рулёжку. Оно поступило автоматически. Авиадиспетчеры уже передали по телефону имеющуюся у них информацию, но, не получив никаких инструкций, просто делали свою работу. У них на глазах самолёт вырулил на взлётную полосу, двигатели его взревели, он промчался по дорожке и исчез в темноте, в которую скоро погрузится вся их страна.
Глава 19
Средства
— Прошло немало времени, мистер Кларк.
— Это верно, мистер Хольцман, — согласился Джон. Они сидели в той же кабинке, что и в прошлый раз, в самом конце зала, рядом с музыкальным автоматом. «Эстебан» по?прежнему был хорошим семейным рестораном рядом с Висконсин?авеню и по?прежнему оставался популярным среди студентов и преподавателей Джорджтаунского университета, расположенного поблизости. Кларк отметил, что никогда не называл журналисту своего имени.
