Что, в конце концов, и произошло. На королевском балу, посвященном празднованию его дня рождения, она произвела неизгладимое впечатление на сына одного из советников виновника торжества, от которого уже через месяц в Шалар прибыли сваты.
А спустя еще неделю это и началось. Свечение на кончиках пальцев. Мебель, что самостоятельно пыталась сменить свое местонахождение. Загорающиеся сами по себе свечи.
Городской маг, который был немедленно вызван, быстро определился с источником неожиданностей. Которым и оказалась юная барышня, неожиданно оказавшаяся на грани инициации. И если с вопросом: 'Что делать? — неясностей не было. Тем более что влюбленный юноша такому повороту событий только обрадовался. Все-таки наличие в семье мага весьма положительно сказывалось на дальнейшем положении семьи. То причина проявления стихии огня так и оставалась нераскрытой.
А в случайность управитель поверить был не готов.
А в случайность управитель поверить был не готов. И правильно, кстати, делал.
Его гонец прибыл ко мне несколько дней назад. Сразу, как его дом покинула четверка из принадлежащих разным направлениям магов из столичной Академии. С результатом, который он мне и отписал. Употребив при этом слова, которые в обычном состоянии в его речи звучали крайне редко. Лишь в минуты наивысшего недовольства.
И именно это и подвигло меня, на сей подвиг. Вытащив из-за высоких и надежных стен собственного замка, что достался мне в наследство от погибшего в схватке со степными орками отца около десяти лет тому назад. Потому что мало могло быть причин, которым удалось бы заставить меня это сделать.
После нескольких попыток убить меня, что были совершены, пока я возвращался в свои земли. И появления весьма экзотической парочки, под иллюзией у которых довольно ясно проглядывались хвосты с кисточками, а шею украшала татуировка оскаленной морды саруса. Почти полностью истребленного за редкий мех, похожий на струящееся серебро. И это несмотря на то, что их способность защищать себя и свое семейство используется для создания полноты картины, когда речь заходит об отваге и доблести.
Не зря же именно этот символ взяли для себя воины элитного подразделения гвардейцев Повелителя демонов.
Так вот, после того, как эти двое постучали в ворота моего замка и вслед за весьма коротким предисловием предложили вернуть то, что мне не принадлежит, я решил несколько ограничить свои передвижения. По-крайней мере, пока сам для себя не проясню, что это такое, кому принадлежит и чем грозит мне самому и другим, если попадет не в те руки.
Я выехал за пределы городских стен, когда солнце уже почти село. Стражники, которые хорошо меня знали не только потому, что я частенько наведывался в город к многочисленным приятелям и знакомым, но и потому, что наш род уже несколько столетий соседствовал с этим городком, разросшимся до нынешнего состояния уже на памяти моих родителей, пожелали спокойной дороги. Отметив, что получасом ранее меня из этих же ворот выехала в сторону Камариша, темно-эльфийского поселения, девушка-наемница.
Я уточнил, к какой расе она принадлежала. И получив, в ответ, что человеческой, позволил себе расслабиться. Многие наемники, успевшие неплохо заработать за лето, нанимаясь сопровождать торговые караваны, оседали до холодов в местах, где пересекались караванные пути. Переждать непогоду, когда торговля замирала, несмотря на то, что дороги поддерживались в довольно неплохом состоянии и оказаться поближе к возможному месту найма, когда снег окончательно укроет землю своим покрывалом.
Не успел я еще отъехать достаточно, чтобы городские стены стали неразличимы, как зарядил мелкий, но крайне нудный дождь. Я достал из седельной сумки эльфийский плащ, единственное, что могло спасти в такую непогоду и, накинул его на себя, даже не удосужившись спешиться. Натянул поглубже капюшон и, в очередной раз, посетовал на то, что нахожусь не с бокалом теплого вина в любимом кресле у камина.
Мой жеребец, довольно редкой породы, выведенной, не к ночи будут помянуты, демонами, пренебрежительно фыркнул. Не знаю, из каких таких соображений, но эта животина предпочитала более трудные условия своего времяпровождения, чем ровная дорога и ясное солнышко. И чем пакостнее было вокруг, тем с большим задором мой верный друг переступал своими копытами.
Так мы и продвигались. Я, прячась под обработанной магией эльфийской тканью, которая не пропускала под себя ни холод, ни влагу, ни ветер. А мой скакун, гордо задрав морду и приподняв хвост, едва не пританцовывая на усыпанном мелким камнем полотне дороги.
Что не помешало ему первым почувствовать неладное. Его уши настороженно застыли.
Но я, задумавшись над той проблемой, что вот уже второй месяц не давала мне покоя, заметил это лишь тогда, когда тот неожиданно притормозил. Резкий толчок не только вывел меня из раздумий, но едва не впечатал лицом в шею этого четвероного создания, которое застыло скульптурой с поднятым над землей правым передним копытом. Предупреждая меня об опасности, что подстерегала впереди.
Я спустил с ладони поисковик и замер, чуть склонившись к рукояти меча, что был приторочен к седлу. Заклинание вернулось довольно быстро. Развернув перед глазами смутную картинку.
То, что заставило насторожиться моего красавца, происходило за ближайшим поворотом. И выглядело как не очень-то благородное нападение. Троих. Одним, из которых, был демон, а двое оставшихся — полукровками, тоже с примесью этой же крови. На одного.
А в качестве жертвы выступала, похоже, именно та наемница, о которой меня предупредила стража.
Первый порыв, незамедлительно кинуться на выручку, был мгновенно остановлен ехидным замечанием самому себе. О том, что именно таким способом, некоторых простаков, очень похожих на меня и заманивают во всякие неприятности. Но темный глаз моего рысака, что укоризненно посмотрел на меня когда его морда повернулась в мою сторону, заглушил все мои опасения. И я, дал жеребцу шенкелей, рекомендуя ему поторопиться.
Деревья, что росли довольно близко к дороге, не давали мне возможности рассмотреть происходящее, а постоянный шелест дождя сглаживал шум схватки.
И лишь когда мы оказались достаточно близко, чтобы я мог в сгустившемся сумраке разглядеть фигуры тех, кто участвовал в поединке, я понял, почему ничего не услышал. Слушать было нечего.
Потому что….
Это было завораживающее зрелище.
Она не сражалась. Шансов выстоять против троих у нее не было никаких. Она танцевала. Шаг, подскок. Корпус чуть в сторону, пропуская чужой меч мимо себя. Кувырок, прямо под ноги нападающему. Маленький щит-наручень принимает скользящий удар, а она, уже ящерицей, скользит по мокрой земле. Она не атакует…. Но то, как она защищает свою жизнь… Чтобы добиться такого умения, в нее было вложено немало времени и сил.
И ни вскрика. Ни восклицания.
— Держитесь.
И я натягиваю повод, когда мы уже фактически сравниваемся с ними. Марелас встает на дыбы, не давая копытами немедленно меня атаковать, а я, вытягивая меч из ножен, соскальзываю по его крупу.
Девушка лишь на краткое мгновение отвлекается от ритма боя, встречаясь со мной взглядом. Резкий удар в живот тому, что ближе всего к ней, бросок в мою сторону и….
