О драконах он и не мечтал — попробуй, явись к дракону и предложи ему, чтобы он покатал тебя туда?сюда! Тот только посмеется, а затем выдохнет из своей огромной пасти первородный огонь, заложенный в нее Отступником, пожарит наглеца заживо и съест. Или наоборот, сначала пожарит и съест, а затем посмеется, даже если этот наглец — ближайший помощник его бывшего хозяина. Против первородного огня любая магия бессильна.
То же самое относилось и к балрогам, полностью сотворенным из первородного огня. Зато неподалеку от Барад?Дура жило летучее чудовище, сотворенное Мелькором из черного воздуха и мало чем уступавшее даже драконам. Оно имело не более двух десятков шагов в размахе пепельно?черных кожистых крыльев, но было быстрым и проворным. Его острые когти дробили гранит, а длинный зубастый клюв мог перекусить корову пополам.
Саурон не знал имени этого чудовища и не помнил, как оно называется. Он даже сомневался, говорил ли ему это Мелькор. Большая стая таких чудовищ жила в Ангбанде и почти вся погибла во время Войны Гнева, но одно из них жило в юго?восточных скалах Мордора, оставленное там Отступником для каких?то своих целей. Орки называли его попросту — Черным Ужасом, оно кормилось в южных степях, отлавливая там кочевников и их скот. По старой памяти оно не разбойничало в Барад?Дуре, поэтому его соседство считалось терпимым.
Во всяком случае, при провале переговоров с ним можно было уцелеть. Саурон прихватил с собой несколько защитных амулетов, потребовал подать коренастую оркскую лошадь и погнал ее в юго?восточный угол долины, где обитал Черный Ужас. К вечеру следующего дня он прибыл туда и вскоре по запаху и разбросанным костям обнаружил скалу, служившую местом дневки чудовища.
Когда он подъехал к скале, ее пепельно?черная верхушка вдруг развернула перепончатые крылья и устремилась на него. Майар с трудом удержал на месте вскинувшуюся лошадь.
— Именем Мелькора, выслушай меня! — закричал он, не дожидаясь, пока чудовище подлетит вплотную.
На его счастье, Черный Ужас больше маялся скукой, чем голодом. Он развернулся в воздухе и уселся на ближайший к Саурону выступ.
— Именем Мелькора… — прошипел зубастый клюв. — Кто ты такой, чтобы обращаться ко мне именем Мастера?
— Я был его ближайшим помощником, а теперь продолжаю его дело. Мне нужна твоя служба, Черный Ужас.
— Ты даже не знаешь моего подлинного имени, — презрительно фыркнул тот. — Ты из этих, в Барад?Дуре… ты — слуга Мастера, как и я. Его дело — это власть над миром и создание таких же, как я. Ты на это не способен, значит, ты не годишься продолжать его дело. Не тебе, слуга, тщиться стать Мастером.
— Да, я служил ему, но я не такой, как остальные слуги. Мелькор передал мне частицу своей силы, и с ее помощью я добьюсь власти над миром.
Мелькор передал мне частицу своей силы, и с ее помощью я добьюсь власти над миром.
— Передал, говоришь… дай, взгляну… — Черный Ужас наклонил голову по?птичьи и уставился на майара одним глазом. — Вижу, есть. Откровенно говоря, Мастер не слишком?то потратился на тебя. Даже если ты добьешься власти, ты не сумеешь создавать мне подобных.
— А зачем тебе нужно, чтобы появились еще такие же, как ты? Ты так могуч и так великолепен, что тебе нет равных в округе. Зачем тебе соперники?
— Соперники нужны. Я померялся бы с ними силой и победил бы их всех. Еще мне нужна самка для продолжения рода. Одному здесь жить хорошо, но скучно.
— Во время последней войны Мелькора уцелели две самки твоего рода. Я скажу тебе, где они живут, если ты сослужишь мне службу.
Черный Ужас мерзко зашипел и защелкал клювом, что, видимо, означало у него радость.
— Раз я знаю, что они где?то живут, я и сам смогу найти их, — бесцеремонно заявил он, закончив свои рулады. — Но ты принес мне хорошую новость, и я расположился к тебе. Какую ты хочешь от меня службу?
— Мне нужно как можно быстрее попасть в Ангмар, чтобы поднять свою армию на врагов.
— Хорошее дело. Но Ангмар далеко на севере, а я не люблю холод — у меня крылья на лету зябнут.
— Моя магия защитит тебя.
— Да и поесть бы не помешало перед дорогой…
— Бери мою лошадь.
— Эту? Тощая какая?то, да загнанная. Ну ладно, съем — слезай. А где живут мои самки? Неохота мне разыскивать их по всему Средиземью.
— Я скажу тебе это в Ангмаре. — Саурон спешился и расседлал лошадь.
Черный Ужас снялся с выступа и спикировал ей на спину. Лошадь дернулась прочь, но когти чудовища раздробили ей позвоночник, а удар зубастого клюва проломил череп. Съев половину конской туши, Черный Ужас почистил клюв о землю.
— Лететь лучше налегке — доем, когда вернусь, — сказал он Саурону. — Садись ко мне на спину, да не забудь прикрыть меня от холода.
Майар взобрался на спину чудовищу и вцепился в жесткую темно?серую шерсть на его спине. Черный Ужас ударил крыльями о воздух и быстрее любой птицы помчался на север.
Гора Ветродуйная стояла примерно на полпути между Мглистыми и Синими горами, к северу от западной дороги. Это была одинокая сопка посреди сплошного лесного массива. Ее крутые склоны поросли деревьями, а с безлесной вершины открывался дальний вид на окружающие окрестности. В конце Первой эпохи, когда в Эриадоре воевали все и со всеми, на вершине была построена смотровая башня, с которой дозорные высматривали приближение северных орков. Когда орки были оттеснены далеко в Ангмар, башня потеряла стратегическое значение и была давно заброшена.
Хотя она оставалась самой высокой точкой на много лиг вокруг, орлы не гнездились на ней, тем более гигантские — размах крыльев не позволял им охотиться в лесу. Тем не менее, в последние дни они зачастили на эту башню. Случалось даже, что они привозили на себе седоков, высаживали их и улетали прочь, а седоки оставались жить в башне. Время еще не разрушило ее и она была пригодна для жилья, если не быть слишком требовательным. Но ее новые жильцы и не были такими — они отнюдь не собирались поселиться здесь навсегда.
Они выглядели кем угодно, только не отшельниками — слишком много было в них жизни, чтобы захотеть отвернуться от мира и его событий. Кроме того, они вряд ли ужились бы друг с другом, если бы остались вместе — не та у каждого из них была сила, чтобы спокойно воспринимать соседство другой силы. Они сознавали, что встретились ненадолго, и проводили время в разговорах и обсуждениях новостей. Разговорами верховодил длиннобородый старец, одетый в поношенный серый балахон, трое остальных — немолодой мужчина в бурой охотничьей одежде, высокий старик в синем балахоне и могучий рыжебородый гном — прислушивались к его высказываниям и отвечали на его вопросы.
Все четверо выглядели заинтересованными собеседниками, но в то же время чувствовалось, что они чего?то ждут.
Это событие случилось несколько дней спустя, когда все четверо обитателей башни по своему обыкновению проводили время на ее верхушке. В небе появилась темная точка, быстро приближавшаяся к башне с запада.
Первым ее увидел немолодой мужчина в буром.
— Это Торонтор, царь орлов,- сообщил он остальным, кивнув на нее. — А на нем Каранир.
— У тебя, Радагаст, у самого глаз, как у орла, — заметил гном, вглядываясь в небо. — Я допускаю, что эта точка — гигантский орел, но увидеть, что там на его спине…
