Во многом были виноваты и сами люди. Хоть они и не воевали с эльфами, как орки, но в обиходе мало чем отличались от орков. С первых лет появления аданов в Средиземье эльдары стремились привить им культуру и знания — такова была воля Эру, да и самим Перворожденным не хотелось иметь дикарей под боком. Линдонские эльфы преуспели в этом, окультурив соседние роды, ведущие начало от Балана, Мараха и Халдада, но по другую сторону Синих гор людские племена были предоставлены самим себе, пока после Войны Гнева туда не пришли нолдоры. Сейчас аданы усилились так, что шаткое равновесие сотрудничества грозило рухнуть в любой день, и это оказалось главным доводом в решении Общего Совета эльфов и гномов.
Простодушный гном не заметил скрытой иронии эльфа.
— Да, мы особенные, — энергично подтвердил он. — Мы — дети Махала и подданные Дарина, Который Перевоплощается.
— Как я понимаю, это уже случилось дважды? — хмыкнул Фандуил, потому что сейчас первым кланом горных гномов управлял Дарин Третий.
— Как я понимаю, это уже случилось дважды? — хмыкнул Фандуил, потому что сейчас первым кланом горных гномов управлял Дарин Третий.
— Да, и старейшины говорят, что наш нынешний король — вылитый портрет своего великого деда. Когда я делал «Гриндель», я от души надеялся, что именно это кольцо попадет к королю Дарину.
— Это еще как решит… — Фандуил вдруг остановился, охваченный внезапной догадкой.
Гном тоже остановился и обеспокоенно глянул на своего напарника:
— Ты чего? Какой Небесный Молот благословил твою макушку?
— Послушай, Горм… — потрясенно прошептал эльф. — Он же не смог прикоснуться к «Нэину»…
— Кто?
— Он. Аннатар.
— Что значит — не смог? Я видел сам — он хотел взять «Нэин», но передумал.
— Нет, не передумал. Дело в том… — Фандуил запнулся, не решаясь выдать секрет своего учителя, но все?таки продолжил: — Дело в том, что на эти кольца наложено заклятие, такое же, как на сильмариллы. Может, не такое сильное, но оно делает то же самое.
— Неужели? — вытаращился на него гном. — Откуда ты знаешь?
— Мастер Келебримбер — внук великого Феанора, он узнал это заклинание от деда. Два дня назад он позвал меня к себе и сказал, что такие могущественные кольца, как «Нэин», «Вэйал» и «Наир», нужно защитить от попадания в дурные руки, так как слишком опасно оставлять их незащищенными. И еще он сказал, чтобы я, как самый лучший его ученик — среди эльфов, конечно, — поспешно добавил он, увидев, как надулся гном, — чтобы я побыл с ним и посмотрел бы, как делаются такие заклинания. А затем он прямо там, при мне, наложил заклятие на кольца, чтобы они жгли руку каждого, кто прикоснется к ним с дурным умыслом.
— И ты все время молчал? — буркнул обиженный Горм. — Даже со мной?
— Мастер велел молчать. Но сейчас до меня наконец дошло, что «Нэин» обжег Аннатара. Я видел по его лицу — ему было больно. Да и этот ночной поход в рабочую комнату мастера… конечно, Аннатар может позволить себе многое — но такое… По?моему, все это нужно рассказать учителю.
— А если ты ошибся? Мы — только ученики и не можем знать всего, что решают между собой мастера. А вдруг они договорились заранее? Как тогда мы будем выглядеть перед учителем? Ведь это же Аннатар, понимаешь — сам Аннатар!
— Да, верно. — Фандуил потупился, представляя в красках нарисованную гномом картину. — Наверное, об этом лучше промолчать. Ты ведь не проболтаешься, Горм?
— Когда это мы, гномы, болтали?! — возмутился Горм. — Это не нас зовут квэнди!
Дом ремесел располагался в наземной части Ост?ин?Эдила. Здесь же размещались торговые лавки, дома для приезжих учеников и гостиницы для посетителей города. Сами нолдоры жили в его древесной части, в дубраве, посаженной в первые годы их прибытия и широко разросшейся за истекшие полтора тысячелетия. Небольшие каменные домики эльфов были живописно разбросаны под дубами и вокруг дубов, а на толстых ветвях могучих тысячелетних деревьев были размещены деревянные веранды и пристройки, к которым вели винтовые лесенки вокруг узловатых стволов.
Фандуил был нечастым гостем в древесных жилищах нолдоров, Горм и вовсе не бывал там, потому что боялся высоты. Оба друга целыми днями работали в мастерских, а нередко и вечерами, если им поручали срочную работу. Если же выдавался свободный вечер, они проводили его в таверне наземного Ост?ин?Эдила или отправлялись на поляну песен, располагавшуюся на опушке древесного Ост?ин?Эдила. Правда, за время работы над кольцами Горм с Фандуилом успели забыть, когда в последний раз навещали эти места.
Наутро они встали ни свет ни заря и поспешили в кузницу, надеясь успеть туда до прихода мастера.
Наутро они встали ни свет ни заря и поспешили в кузницу, надеясь успеть туда до прихода мастера. Но когда они, запыхавшись, влетели в дверь, то первым, что они увидели, был Келебримбер, который с интересом разглядывал меч Фандуила, лежавший у него на ладонях.
Оба ученика глянули на меч, затем на лежавший на лавке топор, затем друг на друга, затем на мастера.
— Мы закончи… — хором начали они, перебив друг друга, и замолчали.
Мастер Келебримбер перестал разглядывать меч и остановил взгляд на учениках. Высокий и стройный, темноволосый, как большинство нолдоров, он считался красивым даже среди Перворожденных. Его безупречная золотистая кожа выглядела покрытой легким загаром, хотя была такой от рождения. Солнце было не властно над кожей Перворожденных, как и погодные условия, поэтому кожа каждого из эльфов в течение жизни сохраняла оттенок, доставшийся от предков. Серые глаза Келебримбера — типично эльфийские глаза, миндалевидные, чуть раскосые — смотрели спокойно и внимательно.
Горм прокашлялся и начал снова:
— Мы закончили работу, учитель.
— Вечера вечером кольца смотрел сам Аннатар и одобрил их, — добавил Фандуил.
— Да, я тоже посмотрел их, — кивнул Келебримбер. — Хорошая работа. Теперь на кольца осталось наложить заклинание приязни. Поскольку еще не родился гном, способный выполнить такое заклинание, я сделаю это сам.
— А что теперь мы будем…
— А что теперь нам будет…
Они снова перебили друг друга и снова замолчали.
— Вам? — Келебримбер на мгновение задумался, и им вдруг показалось, что в глубине его серых глаз скользнула тайная искорка улыбки. — А теперь вам нужно будет пойти и нарезать тисовых веток для луков. В мастерской осталось мало сырья.
Эта работа была, пожалуй, даже почетной. Мастер никогда не послал бы неопытного новичка за древесиной для луков, потому что искусство изготовления лука начиналось с умения выбрать и срезать подходящую ветку. Никто из эльфов не позволил бы попусту портить деревья и ценное сырье.
— Да, учитель! Мы мигом!
Оба так поспешно развернулись к выходу, что непременно столкнулись бы лбами, если бы голова Горма не находилась на уровне груди Фандуила.
— Постойте! — окликнул их Келебримбер. Тайный огонек улыбки в глазах мастера проявился и выскользнул наружу. — Вы забыли взять свои поделки.
Они отнесли оружие домой и пошли за тисовыми ветками. Подходящие деревья росли и в окрестностях древесного Ост?ин?Эдила, но только невменяемый рискнул бы навлечь на себя гнев эльфов, занявшись заготовкой сырья рядом с их жилищами. В ближних лесах трудно было найти хорошую древесину для луков, поскольку заготовки велись постоянно, зато в трех лигах к северу начинался большой смешанный лесной массив. Он тянулся вдоль Мглистых гор до самого северного края хребта.
