— А вот я спрошу! — Отец хозяйским жестом вновь притянул ее к себе и прожег меня взглядом. — Вас обоих! Что, пепел крыльев, вы двое забыли у глубинного дьявола?
— Любимый, чуть позже! — Эллеайз тенью выскользнула из его объятий и шагнула к нам. — Тариймаар, я буду помогать тебе. Даже отсюда. И ждать тебя.
— Почему ты зовешь меня Тариймаар? — Брилл продолжала стоять, не выпуская из цепких пальчиков мою руку, словно это могло что-то изменить.
— Потому что это твое имя, королева.
— Но я же не королева!
— Ты даже больше королева, чем я. Просто не тебя выбрала игрушка Лучезарного, но все может измениться. — Эллеайз взглянула на помалкивающего у перехода Васиэля. — Береги ее, крылатый!
Тот лишь смерил нас взглядом и молча кивнул.
— Мне, наверное, уже пора? — Брилл выпустила мою руку и обернулась ко мне.
— Наверное… — Я замолчал, не зная, что сказать. А что тут скажешь?
— Пора. Не стоит заставлять ждать Высшего архангела, — поторопил ее отец, и смертная, словно ожидая этого, не прощаясь развернулась и подошла к крылатому.
— Счастливо оставаться. — Васиэль обнял ее за плечи и прощально махнул рукой. — Кстати, Элекз, а неплохой у нас получился альянс?
— Отличный! — Я не сдержал улыбки. — Может, как-нибудь еще поволнуем миры? Все втроем?
— Может. В игре Вседержителя сам Лучезарный ногу сломит! Так что кто знает. — Он подвел смертную к порталу и обернулся. — Только больше не приходи к ней. Я не хочу, чтобы ты рисковал.
Шаг, и их не стало. Словно и не было.
Смерч перехода растаял.
Не приходи… Легко сказать!
В груди заворочался червячок, вгрызаясь в сердце.
Даже не больно — противно, что зависишь от каких-то там крылатых. Пришел небожитель, цыкнул, и все словно бесы попрятались!
— Элекзил!
Я с неохотой посмотрел на отца.
— Я освобождаю тебя от твоего слова! Теперь ты волен сам выбрать дорогу, но я бы очень хотел, чтобы ты стал одним из моих мастеров Совета.
— Но я ничего не умею! — Я попытался за улыбкой спрятать рвущиеся наружу мысли. Ну хоть эта печаль ушла. Хотя я и не сомневался. — Ты забыл, что моя жизнь прошла в казармах? Я наемник, а не советник.
— Значит, будешь мастером Оружия. — Отец категорично нахмурился, всем видом показывая, что сейчас в пререкания с ним лучше не вступать.
Положение спасла Эллеайз:
— Князь, пусть твой сын побудет один. Я считаю, что он не пойдет против воли отца, но он должен ее осознать и принять! К тому же помимо обсуждения планов нам есть чем заняться, если ты хочешь, чтобы твоя королева взошла на трон вовремя! Насколько мне известно, подготовка к ритуалу коронации занимает весь красный день, а я еще даже не видела моих мастеров Совета.
— А действительно! — Он, невиданное зрелище, виновато ей улыбнулся. — Я что-то совсем забыл! И если мы хотим сегодня провести обряд, то…
— Сегодня уже не успеем! — Она подошла к наполненному жидким огнем бассейну и чуть коснулась украшавших его плит.
Тихо проскрежетав, две половинки сошлись, скрывая под собой черный трон и корону Лучезарного, теперь, я уверен, ненадолго. Затем, подчиняясь ее беззвучному приказу, плиты взлетели, выстраиваясь в спираль. Темный свод нехотя лязгнул ушедшей в сторону здоровенной плитой, и над головами засиял яркий квадрат багрового света.
— Закат! — воскликнула Эллеайз. — Предлагаю сегодня собрать объединенный Совет всех мастеров Правящих, а завтра с полудня начнем подготовку!
— Отлично! — Отец одобрительно кивнул и потребовал: — Но вначале я хочу услышать все с того дня, как ты исчезла!
— Именно об этом я бы и хотела с тобой поговорить, пока твой друг-привратник будет сообщать всем о Совете, назначенном на серединный час ночи. — Она так мило улыбнулась Самуайгру, что все возражения, явственно промелькнувшие на его лице, так и остались только гримасой. Довольно кивнув, она подхватила под руку явно слегка ошалевшего отца и потянула его к ступеням.
— Вот так и приходит начало нового: не скандаля, не захватывая земли. Всего лишь несколько беззащитных улыбок, приказы нежным голоском. И вот наступает день, когда ты понимаешь, что все уже пляшут под ее дудку, но ничего не делаешь, потому что тебе это нравится. Перья архангелов! — Глядя им вслед, Самуайгр тихо ругнулся и обернулся ко мне. — А ты? Что ты думаешь делать сегодня вечером?
Проводив их взглядом, я дождался, пока затянется люк, бесшумно вернутся на место плиты, и посмотрел ему в глаза.
— Да есть у меня один должок! Вот и думаю — чего тянуть?
— Ты о глубинном дьяволе?
Я молча кивнул и направился к выходу.
— А давай я пойду с тобой? — Обрастая броней, Самуайгр заторопился следом. — Вместе, может, чего и придумаем! Он же не дает невыполнимых заданий!
— Смотря для кого невыполнимых! — Мои губы покривились в усмешке. Память услужливо подсунула сегодняшнюю сценку.
— Это ты о чем? — Привратник не сводил с меня настороженного взгляда.
— Сегодня в обмен за одну услугу он потребовал у Эллеайз, чтобы она приняла корону Всевластия.
— Сегодня в обмен за одну услугу он потребовал у Эллеайз, чтобы она приняла корону Всевластия. С одной стороны, это всем на руку, но с другой — если бы на ее месте был я?
— Ну ты же не на ее месте! Тебе он уже точно такого не прикажет!
— Хвала Лучезарному! — не удержался я, вышел на площадку и начал спускаться, но привратник остановил меня:
— Через клетки идти хочешь?
— А есть варианты? — Я обернулся к нему.
— Варианты есть всегда! — Он глубокомысленно хмыкнул и, подцепив громадным ногтем, вытянул у меня из-за пазухи ключ от тюрьмы. Прижав к незаметной щели, он вдруг вдавил его и изящно отпрыгнул. Каменный прямоугольник исчез в стене, явив нам потайной ход. — Путь ведет напрямую, минуя клетки. Будем в пещерах раза в три быстрее!
— Спасибо, но медленный вариант в этом случае меня устраивал куда больше! — ухмыльнулся я, поглядывая на скрывающий дорогу полумрак.
— Перед развоплощением не надышишься! — Хлопнув по плечу, Самуайгр втолкнул меня в тоннель.
Шагнув следом, он дернул потайной рычаг, и плита задвинулась за нами, отрезая путь к отступлению.
До пещеры мы дошли на удивление быстро. Рассчитывая на долгое блуждание по старым катакомбам, я был приятно удивлен, когда внезапно темнота коридора сменилась пляшущими по гладким, будто отполированным стенам бликами, идущими от бурлящих огнем луж.
— Никого! — решительно ступая в центр пещеры, тихо произнес Самуайгр, с опаской огляделся и, словно стараясь ободрить нас, зычно продолжил: — Значит, твое время отдавать долг еще не пришло! Пойдем отсюда.
— Нет, ну какова наглость! Сижу им тут моргаю! Обернуться мозгов не хватает?! — раздался позади возмущенный тоненький голосок, заставив нас подпрыгнуть и последовать совету.
На пепельно-сером огромном валуне, памятником возвышающемся посреди здоровенной лужи, нервно распушив крылышки, сидела золотистая ящерка, внимательно буравя нас угольками глаз.
— Так надо было громче моргать! — Легкий мандраж, донимавший меня на протяжении всего нашего пути, вдруг куда-то делся, едва я увидел это чудо.
Мало того! Тело наполнила бесшабашная легкость и какое-то равнодушие. Я сделал что должно, а теперь пусть будет что будет!
— Нет, когда им надо — всё увидят и всех найдут! А когда мне — «никого нет, пойдем отсюда».
